Страсть Селии

Сэр Джейсон опасался, что неожиданное появление этого джентльмена на пороге его дома не предвещает ничего хорошего. Несмотря на тесноту в доме с голубыми ставнями, граф д'Арси особенно не торопился уезжать. Тонкие намеки сэра Джейсона относительно того, что его другу, наверное, не терпится вернуться в Париж, граф пропускал мимо ушей. Приближалось лето, и от нараставшей жары сэр Джейсон становился раздражительным и недоверчивым. Вдруг он начал замечать то, что казалось немыслимым… например, горящие карие глаза д'Арси, когда тот созерцал розовую наготу Селии, или недвусмысленно облизывал губы, когда девушка широко раздвигала бедра, обеспечивая доступ языку партнерши. Однако, вместо того чтобы положить конец этим спектаклям, сэр Джейсон решил проверить свои опасения. А что, если они отнюдь не плод воображения, а сущая правда? Будто ему и так не хватает забот со снедаемым любовью кузеном, который слоняется по дому и напрасно разбрызгивает семенем во все стороны.
  
Видя, что у него нет иного выбора, сэр Джейсон принял трудное решение сделать то, что обещал больше никогда не делать: показать свое искусство в присутствии чужого мужчины. Конечно же, своего младшего кузена он не относил к этой категории; потакать своим похотям перед Колином являлось частью его плана по наказанию парочки за все прегрешения. К сожалению, стало очевидно, что графу необходимы новые свидетельства того, в сколь полной мере хозяин обладает молодой женщиной, находившейся на его попечении. Новый спектакль способен раз и навсегда доказать его полную власть над Селией, которую не сможет нарушить появление какого-то английского денди.
На следующий день, пока граф д'Арси задумчиво разглядывал двух исполнительниц и особенно ту, выбритые прелести которой после того, как он подвинул стул, оказались в непосредственной близости от него, сэр Джейсон невольно вступил в сексуальную битву. К тому времени, когда его пенис извергнет мужские преподношения, ни у графа, ни у пленницы сэра Джейсона не возникнут сомнения относительно степени власти последнего. Сэр Джейсон начал спектакль с того, что некоторое время с удовольствием унижал Селию, а это лучше всего было сделать, войдя в заднее отверстие ее новой партнерши, хорошо ухоженный анус которой сверкал между широко раздвинутых ягодиц, словно раскаленный уголек. Он знал по встрече с тем же прославленным местом исполнительницы канкана, сколь эффектным может показаться такое вторжение как зрителю, так и самому объекту. Не успел Хардвик пристроить головку своего члена к напряженному и эластичному ободку, находившемуся перед ним, как его слуха достиг жалобный стон.
Еще раз наблюдать, помимо своей воли, за тем, как гигантский член сэра Джейсона проникает в заднее отверстие другой женщины, оказалось для Селии более унизительно, чем это впервые случилось в памятный день с Мартиной, особенно когда симпатичный граф стал свидетелем ее ухаживаний за пропитанными влагой женскими складками. Сэр Джейсон Хардвик прежде всего был мастером анальных искусств. С каждым умелым толчком члена розовая ткань, образовавшая устье влагалища и находившийся повыше соседний раздувшийся нарост плоти высовывались наружу, словно выражая недовольство габаритами столь твердого и назойливого гостя. Однако словесного выражения недовольства не последовало — слышны были непрерывные стоны, которые безошибочно свидетельствовали о наступлении экстаза. По велению сэра Джейсона Селия воткнула свой язык в сузившееся отверстие, причем ее клитор затрепетал, реагируя на это. Ее нос оказался в месте слияния, цилиндр атакующего члена сэра Джейсона запечатлел на его кончике не один десяток смачных поцелуев. Возбуждающий аромат этого слияния наполнял ей ноздри, и Селии стало ужасно стыдно. Однако ей скоро покажут истинные размеры позора.
Подлый кузен Колина припас для Селии еще немало унижений, чтобы продемонстрировать их в присутствии графа. «Моя дорогая Селия, думаю, тебе лучше лизать мой член каждый раз, когда он входит в очаровательную задницу твоей подруги», — заявил сэр Джейсон, расточая слова и облекая явный приказ в форму вежливой просьбы. Можно было подумать, что он попросил налить ему чашку чая, столь безобидным оказался его тон.
Слезы застлали ярко-синие глаза жертве жестокости сэра Джейсона, и она послушно вытащила язык из влажных глубин влагалища другой женщины. Прикоснувшись языком к стержню входящего пениса, Селия подняла глаза и заметила устремленный на нее изумленный взгляд гостя. Пожалуй, она тоже испытала удивление; вопреки унизительной природе ее действий, Селия не пыталась воздержаться от них. А не лучше ли положиться на милость графа и молить его о помощи? Попросить у него несколько франков, чтобы оплатить дорогу домой, даже если при этом придется оставить любимого Колина? Но Селия ничего подобного делать не стала, она высунула язык и без колебаний взялась исполнять свой долг.
При каждом глубоком толчке пениса сэр Джейсон преувеличенно стонал, словно привлекая внимание к своему сверкающему инструменту и рабским ухаживаниям за ним его пленницы. Разве он не знал, какие кулинарные яства достанутся ее скромным устам? Селия весьма старательно обхаживала разгоряченную поверхность его пениса. Хотя эти действия сильно возбуждали сэра Джейсона он не сомневался, что в запасе осталось достаточно толчков, прежде чем наступит кульминация. Он хотел отсрочить завершающее удовольствие до тех пор, пока не посчитает, что этот момент настал.
Стараясь выступить в роли мучителя и властного хозяина, сэр Джейсон покинул прямую кишку гостьи. Там ему оказали самый радушный прием, и он решил при случае вернуться туда на более длительное время. А пока свет дня еще отбрасывал тени и, самое главное, тени от находившихся в поле зрения женских складок и расщелин, ему предстояло многое успеть. По мнению сэра Джейсона, ни одна лампа, какой бы яркой она ни была, не могла состязаться с естественным и до жестокости правдивым освещением солнца. Даже самым позорным действиям не скрыться от его лучей. И зритель никоим образом не сможет превратно воспринять утонченное искусство одной молодой женщины, даже если ему захочется противоположного.
Пока солнце заливало пол блестящими лучами, сэр Джейсон поднес свой пенис ко рту Селии. «Думаю, ты заслуживаешь особой награды, моя дорогая, за то, что хорошо приняла нашего гостя». Его эрегированный пенис непристойно покачивался перед её лицом, от него исходили благоухающие волны жара. «Возьми его в рот!» — приказал он, ткнув выпуклой головкой ей в губы. Охи удивленной аудитории слились со звуками уст Селии, которая взяла предложенную ей пульсирующую плоть. Она с поразительной жадностью водила языком вверх-вниз по влажному стержню и даже под мешочком с яичками мучителя, не оставив ни одного нетронутого места. Сэр Джейсон ждал момента, чтобы перекочевать из рая ее уст в тот рай, который с самого начала предназначался конечным пунктом назначения. Каждое щедрое движение языка Селии извлекало бусинку влаги из крошечного отверстия на кончике его пениса. Подозревая, что для намеченной цели ему будет дорога каждая увлажняющая капля, сэр Джейсон распределил их по всей короне, не успокаиваясь до тех пор, пока не смазал нижнюю часть окружавшей ее толстой кромки.
Удовлетворенный тем, что совершил задуманное, сэр Джейсон отбросил медовые косы Селии к месту пира, ожидавшего ее между бедер партнерши, пиру, который он с гордостью устроил, а сам пристроился позади разведенных полушарий ее ягодиц. Селия казалась ему такой восхитительной, только когда выпячивала и обнажала зад, и, судя по вытянутым шеям Колина и графа д'Арси, они разделяли его ощущения. Хотя сэру Джейсону не терпелось приступить к делу, он выдержал паузу, чтобы незваный гость мог полностью оценить величие того, что сейчас произойдет. Воистину, природа не обидела сэра Джейсона, наделив его пенисом такой длины и окружности, что даже у джентльмена с репутацией графа д'Арси возник повод для зависти. Толстый стержень поднялся вверх и отклонился от живота, сверкая в лучах угасающего дня. Однако больше всего внимания привлек утолщавшийся конец. От прежних набегов он пылал доселе неутоленной жаждой. Когда сэр Джейсон направил эту непокорную головку к цели, ее озарил сверкнувший луч, выхватывая словно прожектором. Липкие капельки, сверкая, словно алмазы, струились с кончика и барабанили по полу. Селия повернула голову, желая выяснить, что творится позади, и ее глаза округлились от страха, когда она увидела, как этот исполнитель главных ролей ждет сигнала. Заметив тревогу в глазах намеченной жертвы, сэр Джейсон сжал пенис прямо под короной и без предупреждения вонзил эту багровую луковицу в устье ануса Селии.