Гость из будущего. Том 5 (СИ)

— Да ну тебя, — ещё сильнее обиделся Генка.
— Ладно, я с твоей Анюткой проведу воспитательную беседу, — усмехнулся я. — Поверь, для каши, борща и бутербродов с плавленым сырком большого ума не требуется. И вообще нарисуйте график дежурства — день ты готовишь, день она.
— А в воскресенье?
— В воскресенье можно поесть и в столовой, — буркнул я. — Не надо создавать проблемы, там, где их нет. Другое дело если вам говорить друг с другом не о чем, если ваши интересы и чувства юмора не совпадают. Это значительно хуже. В этом случае лучше развестись, чем мучиться.
  
— А у вас с Нонной есть о чём поговорить? — проворчал мой друг.
— Есть и о чём поговорить, и есть о чём помолчать, — сказал я и, встав со скамейки, предложил Генке попить чая или кофе с местной выпечкой: самсой и зангазой.
А на площадке перед летней кухней Нонна и Сава Крамаров устроили небольшой модный показ. Они с важным видом прохаживались под музыку взад и вперёд, а женская часть съёмочной бригады, кусая губы, тихо завидовала. В доме моды на Кузнецком мосту, как и в лучших модных домах мира и Европы до такого дизайна одежды ещё не скоро додумаются. Кстати, к этому моменту к общему столу вышли Олег Видов и Виктория Лепко. Ребята вообще в последнее время много времени проводили вместе. Только неизвестно было это к худу или к добру.
— Феллини, надо поговорить, — взяла меня под руку Мила Романовская. Манекенщица отвела меня чуть в сторону, где не так громко гремел магнитофон и с жаром зашептала, — я хочу сниматься. Помнишь ты говорил, что у тебя в сценарии есть женский инопланетный экипаж?
— Помню. Но этот фрагмент мы начнём снимать в кинопавильонах «Мосфильма» в ноябре. И я от своего обещания не отказываюсь.
— А здесь в Ташкенте? — Романовская так вцепилась в мою руку, что я чуть не взвыл.
— По сценарию в город Ташкент выходят на прогулку только Сава и Нонна, — нудным голосом пробормотал я и вдруг подумал, что ребят на шаттле с орбиты на планету земного типа может отвезти и кто-нибудь из инопланетянок. — Ладно, сделаю я с тобой маленький фрагмент.
— И у меня будет такой же наряд? — Мила кивнула на Савелия Крамарова и Нонну Новосядлову.
— Этот вопрос у нас решает художник по костюмам, — буркнул я и, с силой вырвав руку из цепких пальцев манекенщицы, предложил спокойно попить чаю.
Само собой спокойно попить чай с самсой мне дали. Сначала для секретного разговора меня отозвала в сторону манекенщица Галя. Она тоже хотела принять участие в съёмках и также желала получить костюм, пошитый по лекалам журнала «Бурда» из грядущих 80-х годов. За это манекенщица поклялась, что улетит в Москву сама, без посторонней помощи. И я подумал, что если в шаттле есть один пилот, то почему бы не посадить рядом и второго помощника? Поэтому на условия «шайтан-бабы» согласился. А художник по костюмам Галина Васильевна сказала, что при наличии здесь в Ташкенте подходящей ткани сошьёт два костюма как у Нонны за три-четыре дня.
Наконец со мной решила серьёзно поговорить и Виктория Лепко. Кстати, на музыку, смех и веселье из своего домика к общему столу подтянулись парни из технической бригады, а также Левон Кочарян и Дмитрий Месхиев. И только я подумал, что этот вечер закончится тихо и мирно, как на столе появились две 5-литровые бутылки местного разливного вина.
— Феллини, как считаешь, я — красивая актриса? — спросила меня Лепко.
«В драме „Иду на грозу“, где твоими партнёрами станут советские кино-плейбои Александр Белявский, Василий Лановой и Лёв Прыгунов, ты не затеряешься», — буркнул я про себя, но вслух ответил вопросом на вопрос:
— А что по этому поводу думает товарищ Видов? — я покосился на Олега.
— Можно без шуточек? — обиделась актриса. — Ты взял в фильм этих кривляк-манекенщиц, а меня нет! Почему?
— У этих манекенщиц эпизодические и бессловесные роли, так что завидовать нечему, — протараторил я. — У меня, конечно, есть большая и хорошая роль — принцесса Лея Органа. Но она появляется только во второй части «Звёздных войн». Выбирай: либо маленькая роль без слов сейчас, либо большая роль со словами, но потом?
— Да? — Лепко посмотрела на меня своими большими глазами. — Прямо настоящая принцесса?
— Настоящая, только из космоса, — кивнул я и подумал, что Виктория будет красивее, чем актриса Кэрри Фишер, американская Лея Органа, в несколько раз. — В общем подумай. И кстати, в декабре совместно с центральным телевидением я начну снимать «Новогодний кабачок 13 стульев». Будет тебе ещё одна творческая работёнка.
И тут я с тревогой посмотрел на разгоравшееся застолье, где техник Сашка снова стал задирать парочку осветителей. «Значит по-хорошему отдыхать мы не хотим? — прошипел я про себя. — Тогда сейчас отдохнёте у меня по-плохому».
— Извини, я отойду, — буркнул я Виктории Лепко и трусцой побежал в комнату, где хранились все наши киношные костюмы.
  
Глава 12
 
Московская красавица Нонна Новосядлова стремительные перемены в своей судьбе воспринимала с чувством одинокого путника, который оказавшись в чистом поле вдруг попал под проливной дождь. Мокро, холодно, страшно, но поделать ничего нельзя. Стихия к чувствам маленького беззащитного человека, как правило, слепа и глуха. И этой «стихией» в её жизни стало знакомство с начинающим ленинградским режиссёром Яном Нахамчуком.
Нонна множество раз думала, а что было если весной этого года в Щукинском училище Ян выбрал бы не её, а Настю или Марианну Вертинскую? То она лишилась бы сразу двух главных ролей — в «Зайчике» и в «Тайнах следствия». А ведь эти фильмы сейчас шли в Москве с большим успехом. И теперь она, ещё недавно никому неизвестная студентка Щуки, не могла появиться на улицах столицы без чёрных солнцезащитных очков. Кстати, Марианна Вертинская как-то в приватной беседе обмолвилась, что тебе Ноннка невероятно повезло, я бы такого за такого перспективного парня руками и ногами держалась. Потому что нет ничего лучше, чем встретить молодой актрисе своего режиссёра.
А ещё за это лето и часть осени Нонна выступила перед большой зрительской аудиторией больше раз, чем за всю свою предыдущую жизнь. Кроме того, ей очень понравилось петь и в «Поющих гитарах». Как говорил Ян: «Этот ансамбль далёко пойдёт. И скоро имена музыкантов и весь репертуар будет знать вся советская страна, а возможно и весь цивилизованный мир». И этим словам Нонна конечно же верила.
Однако человек, который пообещал сделать её звездой и постепенно выполнял своё обещание, отчего-то не понравился её маме. После первого же знакомства она сказала, что этот молодой ленинградский режиссёр тебя погубит. Разобьёт сердце и бросит, когда на его горизонте замаячит другая молоденькая и красивая актрисулька. Ибо все режиссёры одинаковы, им постоянно нужна новая и молодая муза. Её мама даже намекнула, что между их хорошими знакомыми — актрисой Тамарой Макаровой и режиссёром Сергеем Герасимовым тоже не всё ладно.
«Твой Ян немного сумасшедший и неуправляемый как ураган, — добавила она. — Ты посмотри, как он нелепо обращается с деньгами. Мыслимое ли дело — спустить 4 тысячи рублей за одну неделю! Не знаю, дочка, подумай сто раз прежде, чем выходить за него замуж. А ещё лучше обрати внимание на Борю Терентьева. Он — серьёзный молодой человек, архитектор. И родители у него не последние люди в Киеве».
Конечно, Нонна в свете последних событий ни на какого Борю Тереньтева смотреть не хотела. Но её пугала перспектива, что у Яна, когда на него свалилась всесоюзная слава, появится множество любовных интриг на стороне. При одной мысли об этом девушку охватывала брезгливая дрожь. «Неужели всё режиссёры одинаковы? И что же мне тогда делать?» — буркнула Нонна про себя, когда примеряла свой новый сценический костюм.
  
Необычный жакет с большими ватными плечами и брюки в форме бананов смотрелись и странно и в то же время привлекательно. А дополняли киношный инопланетный образ ботинки на толстой подошве. Так как Ян сказал, что в туфлях с каблучками в космосе не воюют, поэтому привыкать придётся именно к такой солдатской обувке. И только тут Нонна заметила, что тёплый узбекский вечер и приятная беседа за общим столом куда-то улетучились. С гор на территорию пионерского лагеря «Акташ» прорвался колючий и прохладный ветер, а ребята из технических цехов затеяли очередную ссору.