Верить ли словам? (СИ)

Я чувствую, как потеют ладони и ускоряется пульс. Я нервничаю. Снова. В который раз, когда оказываюсь рядом с ним.
– Я за Мариной, – повторяю чуть наклонившись, на что в ответ получаю лишь короткий кивок головы в сторону танцпола.
Решаю так же молча откланяться, когда замечаю лежащий на столе чек-бук.
– Я уже оплатил, – слышится мне голосом Марата, едва тянусь к кошельку.
  
Смотрю в счет. Почти шестнадцать тысяч.
«Неплохо вы наотдыхали» вертится на языке. Но вместо того, чтобы это озвучить, я достаю нужную сумму и кладу перед ним.
Темные брови недовольно съезжаются к переносице, а губы раскрываются.
– Убери деньги, Диана. Я в состоянии заплатить за свою команду. У нас корпоратив, – давит взглядом, буквально заставляя забрать красные купюры. – Жаль, что ты пришла лишь под конец.
Надо что-то сказать?
Но в моей голове сейчас ни единого подходящего ответа.
Мы просто продолжаем смотреть друг на друга. Глаза в глаза. Словно соревнуясь, кто сдастся первым. Или словно Марат просто не может отвести свой взгляд, как и я.
Смуглая рука с короткими темными волосками протягивает мне деньги. Машинально забираю и сую в карман.
Понятно, что спорить с ним бесполезно. Мужчины не любят обсуждать с нами финансовые вопросы и совершенно не важно, какой они национальности.
– Хорошего вечера, – наконец-то выдавливаю из себя, разворачиваясь и торопливо двигая в сторону танцпола.
В любой непонятной ситуации важно сохранять невозмутимость и хорошие манеры. Это залог ко всему. Уметь держать лицо, которое сейчас у меня вовсю пылает.
– Простите, – говорю, протискиваясь сквозь толпу танцующих. – Извините, – повторяю уже кому-то другому, понимая, что меня вряд ли услышат.
Музыка играет слишком громко, и я не знаю, как можно находиться тут добровольно.
«Забрать Марину и скорее уехать домой», подбадриваю себя, наконец-то заметив сестру. Она в компании Амины и Артура. Весело выплясывает, запрокинув голову вверх и скользя руками по телу.
– Нам пора, – стучу ей по плечу.
– О, систер! Я не поеду, – отмахивается Марина.
– Что значит, не поеду? Ты пила что-то? – пытаюсь поймать ее расфокусированный взгляд.
– Всего один шот.
– На выход, живо!
– Да отпусти, ты, Ди! Я остаюсь! Ясно?
– Ты. Едешь. Домой! – чеканю. – Ты разбудила меня среди ночи и заставила нестись сюда для чего? Чтобы я посмотрела на твои развязные танцы?
– А я тебя просила? – кричит так, что Артур озадаченно косится на нас. – Я просила тебя приезжать? Я хочу уехать с Маратом, ясно тебе? И провести эту ночь у него.
  
Глава 28.
 
Мозг за секунду обрабатывает информацию и теория, которая зарождается в голове, мне абсолютно не нравится.
Марат ведь для чего-то отплатил счет. Может, теперь и правда, он ждет от Марины благодарности? Большинство мужчин именно для этого и зарабатывают. Чтобы иметь возможность впечатлить девушку широтой своей души, а потом и шириной кровати. Почему Марат должен быть другим? Потому что я против? Потому что мне хочется схватить сестру за руку и силой вытянуть на улицу?
– Не глупи, Марин.
– А ты перестань быть такой правильной. Бесишь. Аж до тошноты, – выкрикивает Марина, не забыв для убедительности приложить ладонь к горлу.
– Все сказала?
– Нет! Перестань всех контролировать. И себя заодно. Ты хоть когда-нибудь делаешь то, что тебе хочется, а не что от тебя требует твой Исаев? Четко отрепетированная речь, интонации, движения. Где твои эмоции, Ди? Они есть у тебя вообще? Может тебе стоит хоть иногда расслабляться? Или ты не умеешь? Эй, Гриша, или как тебя там, – кричит стоящему неподалеку бармену. – Сделай свой фирменный «Улет» для моей сестры. Пусть хоть на вечер она снимет свою маску «Мисс-идеальность».
– Это называется ответственность, Марин. Заранее думать, как твои слова и поступки отразятся на твоих близких.
– Это не ответственность, а рамки, в которые ты себя загнала, думая, что так проще жить. Ты же не можешь сейчас забраться на барную стойку и станцевать там. Скорее метеорит упадет на Землю, чем ты сотворишь нечто подобное, да? Что подумают, что скажут? Это же тебя заботит? Репутация? Видимость счастливой жизни? Успешный муж, который относится к тебе как к вещи? Его сраное мнение? А вот я чихать на него хотела, представляешь? Могу и станцевать, и напроситься в гости к понравившемуся парню.
Мы никогда прежде с Мариной не ссорились. Даже в детстве. Поэтому сейчас я смотрю на сестру и не узнаю. Словно это не тот человек, которому я когда-то отдавала свои конфеты из новогоднего подарка и привозила дорогущие туфли из новой коллекции Диор.
Я в абсолютном непонимании и раздрае. С одной стороны, хочется также вывалить все, что мне не нравится. А с другой… Тогда мы просто окончательно разругаемся. Впервые в жизни. Стоя посреди танцпола новомодного бара на Тверской.
Хочу ли я этого? Нет.
В отличие от Марины, я совершенно трезвая и могу держать себя в руках. Поэтому и разворачиваюсь в сторону лестницы, так ничего не сказав в ответ.
Или все-таки зря? Ведь злость во мне требует выхода.
– Пятьдесят грамм текилы, – уверенно говорю бармену, изменив маршрут на длинную мраморную стойку.
Бородатый парень кивает и, пока я рассматриваю логотип с названием бара на его бирюзовой футболке, он ловко взмахивает руками.
Раз, два, три и передо мной уже маленькая рюмка с долькой лайма.
Помню как пила подобное один единственный раз. На студенческой вечеринке лет восемь назад. Тогда мы водили кусочком лимона по руке, посыпали солью, слизывали и только потом запивали кактусовой водкой.
Сейчас же я обхожусь без всех этих хитрых манипуляций и просто опрокидываю в себя содержимое стакана. Во рту появляется уже знакомый слегка солоноватый привкус, но горечи или огненного жжения, я не чувствую.
– Повторите, – прошу, глядя как сестра подходит к фиолетовому диванчику, на котором сидит Марат.
Снова отпиваю, закусываю лаймом и кривлюсь в моменте, когда Марина усаживается рядом с Темировым и что-то ему говорит.
Между ними нет и лишнего сантиметра. Сестра нарочно склоняется слишком близко, задевая своей грудью мужское плечо. Без слов намекая, что готова уехать отсюда прямо сейчас.
– Еще, – я уже требую у бармена, усаживаясь на высокий стул.
Выпиваю. Достаю из кармана одну из смятых бумажек. Кладу на барную стойку, понимая, что изображение медленно расплывается.
– Если можно, вызовите трезвого водителя. Хотя нет. Не нужно.
Хочу немного пройтись пешком. Когда я в последний раз просто гуляла в центре? Кажется… Никогда.
Уже у лестницы, я зачем-то еще раз оборачиваюсь. Марина с Маратом все так же сидят за столиком. Сестра соблазнительно улыбается, не сводя с Темирова глаз. Он вроде бы ей отвечает. Или что значит его ленивая недо-улыбка?
– Осторожнее, девушка, – смеется какой-то парень, когда я спотыкаюсь о первую ступеньку. – Давайте помогу.
Все вокруг плывет. Большое зеркало перемещается в пространстве. Железная дверь, кажется, то справа, то слева. Поэтому как бы мне не хотелось возразить «я сама», но отказываться глупо. И превращать эту несчастную лестницу в свой личный Эверест тоже.
– Спасибо, – бормочу, уже на улице.
Свежий воздух отрезвляет, но совсем немного.
Я напилась. Господи! Так быстро и так, что с трудом стою на ногах.
Едва незнакомец убирает руку и отступает на шаг, меня ведет в сторону.
– Эй-эй, – снова успевает подхватить, прижимая меня к себе уже крепче, чем до этого.
  
– Я в порядке, спасибо, – вру, чтобы он меня отпустил. Мне не нравится, как его ладони скользят по моим бедрам. Мне не приятно. Я хочу попросить убрать руки. Пробую дернуться.
– Поехали ко мне, я тебя спать уложу.
Отрицательно трясу головой, отчего она лишь сильнее кружиться начинает. Да так, что мне слышится голос Марата: