Безымянный клан (СИ)

— Ты есть Грут, — хихикнула Вика.
Сергеичу было не до смеха. Он и правда стал напоминать древесный ствол: потемнел, покрылся струпьями, но вроде перестал так сильно вонять.
— Что со мной теперь будет? — бормотал он, оглаживая лысый череп, будто поросший корой.
«Активность» и уровни он не терял, слабым и больным не выглядел, а я не видел подсказок относительно того, что за метаморфоза с ним произошла. Оставалось только ждать и надеяться, что это ничем ему не грозит.
  
— Я хочу быть обычным мужиком! — разорялся Сергеич. — Верните мне мое тело! Нормальное! Человеческое!
Теперь центром внимания был Сергеич. Все обступили его. Вечный стукнул пальцами по его предплечью, и звук был такой, как если бить по дереву.
— Чувствуешь что-нибудь?
— Толчок, — ответил Сергеич, — но не кожей чую, а внутри отдается. Тепло, боль я не ощущаю. Одеревенел… Я на такое не подписывался! — крикнул он и вдруг повернулся к нам спиной, отошел на несколько шагов, полез себе в штаны.
Окрестности огласил вопль, полный отчаянья.
Никто, даже Вика, не осмелился спросить, что стало с его детородным органом: в сучок он превратился или в корень.
— Пространственная стабильность, — произнес Вечный, задумчиво глядя на Пролетария. — Может, ты был нестабильным, потому гнил, а стал стабильным и одеревенел. Ты теперь как тот каменный мужик из «Фантастической четверки». Может, мы тобой сможем стены прошибать?
Сергеич развернулся прыжком и вызверился на него:
— Ага, стены! А баб мне чем трахать?
— Покажи, — попросила Вика, но Пролетарий показал ей лишь средний палец, тоже сучковатый, весь в струпьях.
— Ты на этих ящеров стал похож, — продолжил рассуждать Вечный. — Тоже будто в чешуе, но не вырос, значит, не обращаешься в них. Или хвост растет?
Сергеич повернулся к нам задницей и покрутил ею, демонстрируя отсутствие хвоста. Гнить он перестал, это точно. Может, Вечный и прав: разложение было обусловлено некой нестабильностью. Но тогда что с ним сейчас?
— Пролетарий, — сказал я, — но ведь от проклятия гниющей плоти ты, похоже, избавился! Не воняешь больше. Значит, ты больше не нежить.
К нему подошла Вика, шумно втянула воздух.
— Ага, не воняешь. Ура! Ты теперь не нежить, а голем!
Даже Бергман поднялся на локтях, чтобы посмотреть на это чудо. С его волос посыпалась земля, и он принялся тереть лицо. Я прищурился, вспоминая, как от таблетки полного исцеления у Лизы восстановились глаза. Может, и с Тетыщей такое возможно?
Я молча достал из рюкзака по два тюбика белковой пасты и раздал всем, кто был ранен, в том числе Бергману. Сергеич всосал два и пожаловался:
— Я б сожрал слона. Будь другом, не жмись, дай еще! — Он протянул руку, и я увидел, что борозды между струпьями углубились.
Жадничать я не стал, отдал ему еще два. Сергеич проглотил их, потом опустошил банку рыбных консервов, которую намародерил на заводе.
И тут из редеющего тумана вышел Маурисио.
Просто вышел — грязный, ободранный, с выпученными глазами, но живой. Левая штанина задралась, обнажая изуродованную шрамами кожу. Я глянул на его системку: претендент 17-го уровня. Неплохо подрос с 13-го, на котором был до боя с Го Дзи.
— Мау! — ахнула Вика. — Ты как⁈
— Меня… вмуровало… в бетон, — выдавил он, опираясь на стену заброшки. — Одной ногой. Думал, всё. А потом оно… отпустило. Пошли левелапы, ну, я и подумал, что твари конец, вытащил ногу… Уф, вы бы видели, что с ней стало — котлета! Но вот все зажило. Правда, сил нет.
Сергеич вытащил из своего рюкзака две банки рыбных консервов.
— Держи, брат!
Маурисио поймал их на лету, тотчас вскрыл и съел. И, только немного восстановив силы, заметил произошедшие с Сергеичем перемены.
— О, вижу, ты излечился, но…
— Но, — пресек его попытку философствовать Пролетарий.
— Давайте отсюда уйдем, — предложил Дак. — Уж очень место неприятное.
— Тут пока безопасно, — сказал я, окинув взглядом свой потрепанный отряд, запрокинул голову, посмотрел на тусклое солнце, плывущее в белесой дымке.
Туман почти рассеялся, открывая вид на промзону. Обычная промка: бетонные заборы, ржавые трубы, разбитый асфальт. Никаких призраков прошлого, никаких искривлений пространства, единственная странность — отсутствие растительности. Даже птичий щебет откуда-то доносился, а значит, живность сюда вернется.
— Надо выбираться, — сказал Дак. — Найти люк и вернуться в город тем же путем.
— Или просто пойти по поверхности, — предложил Рамиз. — Аномалий больше нет.
Я посмотрел на артефакт в своем инвентаре — «Квантовый стабилизатор пространственных аномалий». Штука, которая, судя по описанию, могла создавать или нейтрализовывать подобные аномалии в радиусе километра. Очень полезная вещь, если знать, как ею пользоваться.
Ну и мы сказочно богаты.
— Народ, тут пока безопасно, — повторил я. — Давайте немного восстановимся, я отпишусь нашим на базу, и двинем. Пусть хоть магнитные ружья откатятся, вдруг опять драться придется. К тому же я получил вознаграждение за квест и считаю справедливым поделиться…
— Ты мне пятьсот штук должен, — вспомнил Бергман.
— Охреневший! — Вика от него отодвинулась. — Мы же в одном клане!
— Когда договаривались, не были, — отчеканил Бергман. — Мне нужны эти деньги для усиления собственного клана. — Он посмотрел на Маурисио. — У меня солдаты голы и босы.
Парень просиял.
— Это значит, что ты берешь меня в клан?
— Конечно, ты показал себя храбрым бойцом, готовым прикрыть товарищей. Потому да, отныне ты в клане.
Закатив глаза, Маурисио дернул кадыком. Он отлично понимал, что это билет в жизнь.
Я перевел деньги Бергману и сказал:
— Маурисио, как старший по званию, считаю своим долгом вооружить и вознаградить тебя за смелость и самоотверженность. Премию получат все, по пятьсот тысяч уников, Маурисио — в двукратном размере.
Я открыл клановый магазин, купил «Броню легкую универсальную» и спросил у Маурисио:
— Ты хочешь качаться как боец ближнего боя или тебе больше по душе работать с дистанции?
Открыв рот, Маурисио застыл с отрешенным видом: он изучал функционал клана, ничего не видел, никого не слышал.
— Мау! — рявкнул я, парень вздрогнул.
— Я бы купил нож, как у Бергмана, — выразил пожелание Маурисио. — Реально полезная штука.
— Держи! — Я протянул ему броню и меч.
Парень чуть не прослезился от моей щедрости.
— Спасибо! Я не подведу, клянусь!
Он с благоговением взял в руку меч… нет, скорее, тесак, сделал пару взмахов, улыбнулся мне.
— Правильный выбор, — оценил Тетыща и посмотрел на меня… двумя глазами! У него восстановился глаз!
— Костя, ты видишь… — Я покрутил пальцами возле лица.
Чуть подняв уголки губ, он кивнул и сказал без эмоций:
— Спасибо за таблетку. Помогла. Теперь я полноценный боец. Ты уже отписался нашим, что мы справились с заданием?
— Пока нет, — ответил я и обратился ко всем: — Отдыхайте, мне нужно несколько минут для коммуникации.
Погрузившись в себя, я принялся писать Лизе… Точнее, стоило мне сформулировать мысль и изъявить желание, как все само материализовывалось буквами.
Я рассказал все как есть: про глубинника, аномалии, космический корабль, Го Дзи и вознаграждение за квест.
И вдруг понял, как обезглавить вражеский клан!
Идея была простая и страшная одновременно. Кристалл на инопланетном корабле активировал систему самоуничтожения с радиусом поражения в пять километров. Раньше к кораблю было не подобраться из-за пространственных аномалий, которые перемалывали всех, кто пытался проникнуть в сектор семь-три-девять. Но теперь Го Дзи мертв, аномалии исчезли — и путь открыт.
  
Хорхе Уй, глава «Щита», жаждет заполучить инопланетные технологии. Его люди уже пытались добраться до корабля и потеряли несколько экспедиций. Если узнает, что дорога свободна…
Он придет. Лично. Такой шанс он не упустит.
А когда придет, я заберу кристалл.