Безымянный клан (СИ)

Вика не стала вникать, принялась нажимать на панели, говоря, что это:
— Микроволновка. Гриль. Какой-то биосинтезатор.
Открылась полка с какими-то приборами.
— О, соковыжималка, миксер, блендер! Кофемолка! — Она резко обернулась, раскрасневшаяся от впечатлений. — Знаете, как это подписано? «Архаичные аборигенные кухонные принадлежности».
Вика достала скалку, ударила себя по ладони.
  
— Позаботились так позаботились, — проговорила Эстер, подходя к Вике и заинтересованно изучая панели.
— Оружие универсальное против человеческих самцов, — прокомментировала Вика. — Деморализует жертву на минуту.
— А где столы? — спросил Рамиз. — Самим делать? Тащить из отелей?
Он прошелся по пустому гулкому помещению справа, заинтересовался панелью с бегущей строкой, провел по ней. Что-то щелкнуло — он отпрыгнул. Из стены выдвинулся продолговатый пластиковый столик на четверых, а из пола поднялись четыре стула.
— Ох ни фига себе! — оценил Макс.
Рамиз провел рукой по тому же месту в обратную сторону, и все задвинулось обратно. Судя по количеству панелей, тут было десять выдвижных столов и, соответственно, сорок стульев. В шкафах на стенах имелась посуда и прочие приборы, некоторые совершенно непонятные и на вид инопланетные.
Дальше мы попали в узкий коридор, где двоим можно разойтись только боком, перпендикулярно шли еще два длинных прохода с белыми пронумерованными дверями с обеих сторон.
— Это спальни, что ли? Или какие-то ячейки? Для спальни маловато будет.
Макс тронул дверь с номером 1, на уровне его груди вспыхнули буквы:
Спальня №1 требует активации.
Для активации требуется приложить ладонь к панели. После этого попасть на личную территорию сможете только вы.
На панели зажглась пятерня, горящая красным. Макс недолго думая приложил ладонь — пятерня вспыхнула зеленым, с легким щелчком распахнулась дверь.
— Приветствую тебя, Максим Тертышный! — приятным голосом поздоровалась спальня со своим хозяином.
Абсолютно пустое помещение заканчивалось стеклом во всю стену и было суперкомпактным: метра четыре в длину, два с половиной в ширину.
Я вошел вслед за Максом, нажал панели, на которых загорелись надписи, поясняющие, где что спрятано. Но активировать их я не мог, потому попросил это сделать Макса, пока остальные наблюдали из коридора.
Раз — из выпуклости в стене опустилась двуспальная кровать. Макс провел по панели в обратную сторону — она спряталась. Вторая панель активировала письменный стол и кресло. Третья — шкаф. Четвертая — душ. Он вместе с унитазом образовался в конце комнаты и сразу отгородился.
— Нам вроде капсулу восстановления обещали. И где она?
— А вот! — Макс активировал панель внизу, выехала капсула с прозрачным верхом, к которому крепилась маска и что-то еще.
— Фантастика! — выдохнул Рамиз. — Но места маловато. Как-то в стамбульском аэропорту останавливался в капсульном отеле, так сбежал оттуда, чувствовал себя как в склепе.
— Мало личного пространства, — пожаловалась Лиза.
— Активируйте себе комнаты, — посоветовал я. — Видимо, и ячейки при входе станут вашими, согласно той же нумерации.
Все ломанулись искать правильный номер, мне досталась комната-пенал с номером 2. За седьмую Вика и Элеонора чуть не подрались, но ее активировал Эдрик.
— Поторопитесь! — скомандовал я, погладив котенка на плече, и направился по зеленым стрелкам к лестнице на второй этаж. Первая лестница находилась в холле.
Получилось, что исследовать второй этаж мы начали с конца, с подсобных помещений, где были забранные панелями солнечные батареи, генераторы, опреснители. Кристаллы, которые я видел при монтаже, тоже скрылись под панелями. Если их тронуть, появлялся светящийся текст: «Вмешательство человека не требуется. Самовосстанавливающееся».
Двери отъезжали сами, стоило тронуть сенсорную панель.
За одной оказался актовый зал, за другой — склад с одеждой и множеством шкафов, полок, где в идеальном порядке были сложены вещи, которые могли пригодиться: от лопат до ласт и маски для подводной охоты. Также тут имелись пистолеты типа «Макарова», но неизвестной модели, видимо, творчество жнецов, и «Скорпионы», но без логотипа. Бронежилеты, каски. Я для интереса взял броник.
— А где медицинский модуль? — спросил доктор Рихтер то, что его интересовало больше всего. Я оставил соклановцев потрошить склад, а сам с Рихтером и Элеонорой прошел в конец помещения и остановился напротив двери с горящей надписью «Медблок».
Внутри оказалось куча медицинского оборудования, инструментов, но главное — две реанимационные капсулы. Врачи потеряли связь с реальностью, изучая доставшееся им богатство.
Я крикнул:
— Народ, собираемся на совет в актовом зале! На сборы две минуты. Ничего никуда не денется.
Я открыл клановый чат, чтобы скопировать то же самое письменно, открыл непрочитанные письма и обнаружил весть от Сергеича:
«Ден екмакарек это что-же у нас почта образовалась?»
Н-да, орфография и пунктуация авторские.
«Да, Пролетарий, мать твою! — ответил я. — Что там у вас происходит?»
Ответ пришел мгновенно:
«П…ц происходит вот что! Всех перебили. Я как крыса прячусь. Зря наверно я тебе это написал ты типерь не прейдеш».
«Сейчас всех соберу на совет, и расскажешь», — написал я.
И тогда Сергеич сделал то, что умел делать лучше всего:
«Тут блин, такое! Такое! Давай скорее вдруг подохну!»
Заинтриговал.
 Глава 8 
 Я бы прибухнула! 
«Что происходит, мать твою так? Сергеич? Пролетарий, але!»
Ответа не последовало, а я поймал себя на том, что в голос ору, словно Сергеичу это поможет меня услышать.
«Сергеич, не томи», — написал Рамиз.
«Дед, вот приду в этот твой Хреноблок, хрен тебе оторву», — это Вика.
— Вот же козлина! — выдохнул Макс. — Издевается, что ли?
Он сразу же скопировал свои претензии в чат, и Сергеич ответил:
«Бежим. Не отвлекайте. Сама ты бабка Вичка».
«Что с „Ковчегом“? — написал я. — Где бежите? От кого, что с тобой?»
«От зомбей. Ща».
И снова тишина. Соклановцы начали бомбардировать чат вопросами, но я прикрикнул на них:
— Тишина в эфире! Пока запрещаю вам писать Сергеичу и отвлекать его. Узнаю, кто в личке его дергает, башку сверну. Непонятно, что ли, он в опасности.
— Жрать охота, — невпопад пожаловался Эдрик.
Все смолкли, и в этой тишине закурлыкали животы.
— Это да, — подтвердила Керстин. — Сегодня мы только завтракали и целый день бегали по джунглям от бездушных, стрессовали.
— Я так вообще раненый был, — сказал Макс и кивнул на доктора Рихтера. — И он вот. Голова кружится, жуть. Если не поедим, я кого-нибудь точно сожру.
— На кухне что-нибудь было? — поинтересовался Рамиз с надеждой.
— Ничего, только техника, — ответила Вика. — Это тебе не скатерть-самобранка.
— А биосинтезатор? — спросил Рамиз.
— Так надо его заправить, — ответил я, изучив описание девайса. — Еды у меня немного: сахар, рис, консервы — тунец и морские гады. Если все это смешать, получится условно съедобная рисовая каша. Еще есть элитный алкоголь и консервированные ананасы. На два раза должно хватить.
— Все, блин, тут гниет, — пожаловался Макс. — Давайте хоть такую хавку зафигачим. И я б бухнул, стресс снял.
— Тут каждый день — один большой стресс, — проговорила Элеонора. — Давайте спустимся, приготовим. Питаться надо. Произошедшие с нами изменения бешено разогнали обмен веществ, у меня в восемнадцать лет такой фигуры не было.
  
Элеонора покрутилась, подняв руки. Роста она была невысокого, ее тело напоминало фарфоровую статуэтку. Ну никак у меня не получается совмещать эту Элю и ту пухлую, одутловатую из прошлой жизни.