Золотая кровь (СИ)

Ей нужно уничтожить его. Вот только как это сделать?
— Сеньор Виго, вы говорили ещё, что нужно взять образцы микстур из комнаты дона Алехандро, — произнесла она как ни в чём не бывало.
Ей нужно отвлечь сеньора Виго от этого устройства, чтобы он не успел включить его сегодня. И ей нужно сегодня же утащить бриллиант и скрыться из этого дома, пока не стало поздно.
— Точно, я и забыл! Увлёкся работой, — сеньор Виго снял нарукавники и фартук. — Возьми вон в той коробке набор пробирок и пробки. И… спрячь куда-нибудь, в карман что ли. Не нужно, чтобы мачеха или служанки видели, что мы делаем.
Эмбер аккуратно обмотала пробирки тканью и сунула в необъятные карманы своего мешковатого пиджака. И, наблюдая за тем, как она одергивает полы, сеньор Виго неожиданно произнёс:
— Завтра мужской портной Агиларов мейстер Салазар привезёт в особняк костюмы для фиесты. Я скажу ему, чтобы снял с тебя мерки. Тебе пора сшить пару приличных брюк, жилетов и рубашек.
— Нет, нет! Что вы, сеньор Виго! Я не могу! Это же… очень дорого! Это же мейстер Салазар! Он не шьёт костюмы для таких, как я! Я не могу этого принять, сеньор Виго! — воскликнула Эмбер.
Мейстер Салазар считался самым дорогим портным на Голубом холме. Он шил костюмы для королевского двора и грандов, и сама мысль о том, что он будет шить костюмы для кого-то без роду и племени, была возмутительной. И, будь на её месте Лино Вальдес, от подобной чести он должен был просто лишиться чувств. И, разумеется, отказаться, таковы правила.
Но Эмбер смущало вовсе не это, а то, что, снимая мерки, мейстер Салазар уж точно поймёт, что она не мужчина! Не хватало ещё, чтобы у неё всё сорвалось перед самой фиестой из-за пары новых брюк!
— Мейстер Салазар даже знать не будет, кто ты такой, — усмехнулся сеньор Виго, — скажем, что ты мой родственник. Кузен. А насчёт стоимости — не беспокойся. Твои волшебные капли сняли головную боль. И я до сих пор не могу в это поверить, так что это лишь малая часть моей благодарности. И уж точно я не приму никакого отказа! — отрезал он категорично.
Эмбер открыла рот, чтобы снова возразить, но тут же закрыла его, видя, каким странным взглядом смотрит на неё Морис. И она лишь пробормотала многочисленные слова благодарности.
Да как же так она умудрилась за один вечер влипнуть в историю с этим ауроскопом, да ещё и с портным!
— И вот, возьми, − сеньор Виго достал из ящика стола какую-то бумагу и протянул её Эмбер, − это рекомендательное письмо от моего имени. Когда пойдёшь в университет, или ещё куда понадобится, по этому письму тебя везде примут, как моего помощника. А теперь идём, — сеньор Виго решительно направился к двери.
− Спасибо, сеньор! — Эмбер быстро спрятала письмо во внутренний карман.
А вот это очень удачно!
— Ну, а я пока что побеседую с Делисией, — Морис встал и, ещё раз посмотрев на Эмбер, вышел из кабинета вслед за хозяином.
Галерея тонула в полумраке, и лишь фонари на стенах выделялись тусклыми жёлтыми пятнами, давая света ровно столько, чтобы было видно мозаичный пол. Луна ещё не взошла, и поэтому в центре патио было темно, лишь тихо журчала вода в фонтане. Ночь была достаточно прохладной, чёрное небо усыпано крупными звёздами, и ночные цикады запели в ветвях впервые за долгое время, ознаменовывая окончание сезона дождей. Теперь целых полгода каждую ночь с наступлением сумерек и до полуночи они будут петь в ветвях цезальпиний*, которые растут под окнами особняка.
До покоев дона Алехандро спутники Эмбер дошли в полном молчании. А у дверей в спальню им навстречу из темноты неожиданно выбежал огромный пёс, и Эмбер замерла на месте, вспомнив, как эта же собака встретила её в коридоре в ту ночь, когда она ходила в сокровищницу. И, если сейчас она бросится на неё…
— Не бойся, Эмерт, это Као. Он тебя не тронет, — произнёс Виго и погладил ищейку по голове.
Но пёс не откликнулся на ласку, а рванул прямо к Эмбер и едва не сшиб с ног, поставив лапы ей прямо на плечи. Она замерла от ужаса, глядя в его оранжевые глаза. Но пёс не вцепился ей в горло, как она ожидала, не повалил на пол, как обычно делают ищейки, он лишь залаял громко, а потом заскулил и лизнул Эмбер в щёку, едва не содрав с неё парик своим огромным мокрым языком.
 
— О мой бог! — усмехнулся сеньор Виго. — Као, да ты что творишь?! Определённо, Эмерт, ты ему понравился! Никогда не видел, чтобы он позволял себе такое с незнакомыми людьми.
А пёс бросился к двери и, встав на задние лапы, начал скрести по ней и лаять, а затем обернулся и посмотрел на Эмбер и сеньора Виго.
— Као! Да успокойся ты!
Сеньор Виго оттащил пса за ошейник, спросил у гвардов, кто в комнате, и они ответили, что, как обычно, у постели мужа донна Виолетта. И что собаку она велела не впускать.
Сеньор Виго открыл дверь, шагнул в комнату, и Эмбер последовала за ним. А пёс, улучив момент, прошмыгнул между ними и метнулся внутрь спальни с яростным лаем. И в ту же минуту сеньор Виго выругался такими крепкими словами, которых не ожидаешь услышать от сына гранда. Его рука схватила Эмбер за плечо и отодвинула назад. Она оказалась прикрыта спиной сеньора Виго и от неожиданности вскочила на цыпочки, чтобы увидеть, что привело в ярость пса и его хозяина.
В глаза бросилась мрачная комната, полная удушливых запахов лаванды, микстур, болезни и свечного угара. Окна были плотно занавешены вишнёвым бархатом. Повсюду горели свечи: у статуи Святой Маргариты, на столе и комоде, на тумбочках у изголовья, и от этого в комнате было нечем дышать. На большой кровати с балдахином лежал измождённый старик, и очевидно было, что это и есть дон Алехандро. Рядом у его кровати в большом кресле сидела женщина в чёрном шёлковом платье с молитвенником и чётками в руках.
И всё это выглядело, как обычная комната больного, если бы не уродливая тварь, сидевшая у изголовья дона Алехандро и присосавшаяся к его шее. У Эмбер в голове мгновенно всплыла нарисованная картинка, которую Морис пришпилил на стене в кабинете.
Чупакабра!
Лысое тело, гребень жёстких волос, идущий по всей спине до самого хвоста, трёхпалые лапы с когтями и острые клыки. Она оторвалась от шеи больного и, подняв голову, посмотрела на вошедших «красными, как у демона, глазами».
Као бросился к кровати и принялся яростно лаять на чудовище. А донна Виолетта вскочила из своего кресла и прикрикнула на собаку:
— Опять ты! Да успокойся уже! Сеньор Виго, почему вы сквернословите здесь?! Святой Ангел Скорбящий, разве можно! И зачем пустили собаку? Сеньор Виго, да что с вами?!
И Эмбер мгновенно поняла: донна Виолетта не видит твари, сидящей на шее её мужа. И в том, что её видела сама Эмбер, не было ничего удивительного, а вот почему её увидел сеньор Виго?!
— Донна Виолетта, медленно отойдите назад, — произнёс сеньор Виго спокойным ледяным голосом, — и не трогайте собаку.
Не сводя глаз с твари, он нащупал стоявшую у двери тяжёлую трость, с которой иногда ходил дон Алехандро, и медленным шагом направился к кровати.
− Сеньор Виго, не подходите к ней! — Эмбер схватила его за локоть, но не смогла остановить.
— Что вы делаете?! — взвизгнула донна Виолетта, не понимая, что происходит.
— Уйдите, живо! — рыкнул на неё сеньор Виго. — Эмерт?! Ты тоже это видишь?
− Сеньор Виго! Не подходите к ней! — крикнула Эмбер своим почти настоящим голосом, забыв о всякой маскировке.
Эта тварь может быть очень опасна!
Она и раньше видела сущностей, живущих в тонком мире, не видимом обычному человеку. Но все они были больше похожи на сгустки тумана, на что-то расплывчатое и серое, имеющее смутные очертания. А погружаться дальше и глубже, чтобы их рассмотреть, она никогда не хотела, на это нужны силы, да и зачем? Ведь, когда ты видишь их, они начинают видеть тебя.
Но эта тварь находилась в реальном мире. Она как-то пробралась в него, и теперь её могли видеть не только эйфайры, но и обычные люди, вроде сеньора Виго или Делисии. И что она могла сделать, об этом знал, наверное, только красноглазый Турун!