Осколки Протокола. Пенталогия (СИ)
* * *Выбить дверь изнутри оказалось значительно проще, чем снаружи. Несколько мощных ударов ногой в область замка – и металл поддался. Дверь распахнулась и грохнула о стену, открыв нам поистине ужасающую картину.
Месиво. Другого слова не подберешь. Сломанные гортани, вспоротые животы, вырванные конечности. В крови все: стены, пол, даже потолок в брызгах. Пахло медью и чем‑то едким – может, спинномозговой жидкостью.
А над этой бойней, прямо посреди лужи крови, совершенно по‑собачьи, обернув себя хвостом, сидел геллхаунд.
Огромный. Метр двадцать в холке, может больше. Массивный корпус обтянут синтетическими мышцами, покрытыми короткой серой шерстью. Правый глаз – обычный, карий, живой. Левый – красная линза электронного сенсора, мигающая в такт дыханию. Пасть приоткрыта, из нее капает слюна, смешанная с кровью охранников.
На звере был штурмовой обвес – бронированный шлем, защищающий череп и шею, легкий панцирь на груди и боках, что‑то вроде усиленных ботинок на лапах со стальными когтями. Серьезная боевая единица.
И этот монстр смотрел прямо на меня. Преданно, ожидающе. Как собака, которая ждет команды хозяина.
Ида вскрикнула, отшатнулась назад. Крон вскинул автомат, целясь в голову зверя.
– Стой! – остановил я его. – Спокойно. Это наш.
– Наш? – недоверчиво переспросил Крон, не опуская оружие.
– Милый песик теперь играет на нашей стороне, – усмехнулся я, глядя на геллхаунда.
Будто подтверждая мои слова, зверь несколько раз вильнул хвостом. Движение вышло неуклюжим – механика не совсем справлялась с имитацией собачьей непосредственности, – но намерение было ясно.
– Господи, – прошептала Ида. – Это же… это же Рекс.
– Что? – обернулся я к ней.
– Рекс, – повторила девушка тише. – Так техники называли этого геллхаунда. Я его видела, когда меня водили на процедуры.
М‑да. С фантазией у них явно так себе. Ну, хоть не Тузик, и то хорошо.
Геллхаунд – Рекс – повернул голову к Иде. Живой глаз моргнул. Электронный продолжал бесстрастно светиться красным.
«Контроль стабилен», – доложил Симба. «Механоид полностью под внешним управлением. Все базовые функции доступны: атака, защита, патрулирование».
– Отлично, – кивнул я. – Тогда пошли дальше. Рекс, впереди. Расчищай дорогу.
«Он не понимает команд, им управляю я», – тут же отозвался Симба.
«Ну, должен же я хоть что‑то ему говорить, чтоб меня свои же не посчитали совсем уж монстром?», – резонно заметил я. Симба ничего не ответил.
Геллхаунд поднялся на все четыре лапы и… потянулся. Когти противно скрежетнули по бетону, а потом зверь выпрямился и двинулся вперед. Двигался он плавно, почти бесшумно, несмотря на размеры.
– Это безумие, – прошептал Крон, глядя на удаляющуюся спину механоида.
– Безумие – это то, что здесь творят корпораты, – отрезал я. – А мы просто используем их же оружие против них. Пошли.
Мы двинулись по коридору к женскому блоку. Рекс шел впереди, оторвавшись метров на тридцать, массивная фигура скользила в полумраке технических переходов. Я слышал только периодическое лязганье когтей по бетону да тяжелое дыхание Крона с Идой позади.
Первые крики донеслись через минуту.
– Что за… Стоять! Свой! Прекрати!
Рык. Автоматная очередь – короткая, заполошная. Еще один рык, теперь яростный. Крик боли, обрывающийся на полуслове. Хруст костей. Бульканье.
Тишина.
Мы ускорили шаг. Когда добрались до места стычки, увидели трех охранников – вернее, то, что от них осталось. Один лежал с вырванным горлом, второй – со вспоротым животом. Третий пытался отползти, оставляя за собой кровавый след, но у него не очень хорошо получалось – со сломанным позвоночником особо не наползаешься… Прицелившись в голову, я добил его одиночным выстрелом.
Рекс сидел рядом, облизывал окровавленную морду. Увидев нас, снова вильнул хвостом.
– Хороший мальчик, – похвалил геллхаунда я, задумчиво оглядывая побоище.
– Господи, – прошептала Ида, отворачиваясь.
– Идем дальше, – буркнул я.
Геллхаунд поднялся и продолжил движение вперед. Еще через пятьдесят метров повторилось то же самое. Крик, очередь, новый крик…
– Это же наш геллхаунд, идиот! Не стреляй!
– Но почему он…
Рык. Выстрелы. Крики. На этот раз быстрее – четверых охранников Рекс разделал секунд за двадцать. Когда мы подошли, он уже снова сидел среди трупов, преданно глядя в нашу сторону.
– Эффективно, – констатировал Крон, обходя тела.
– Да, – кивнул я, переключаясь на субвокал. «Симба, состояние контроля?».
«Стабильно», – отозвался ассистент. «Механоид выполняет команды без сбоев. Локальные протоколы пытаются перехватить управление, но пока безуспешно».
– Пока? – нахмурился я.
«Время ограничено. Рекомендую завершить операцию в течение пятнадцати минут».
Понятно. Часики тикают. Ну, что же…
– Рекс, вперед, – скомандовал я.
Геллхаунд развернулся и побежал. Теперь быстрее – видимо, Симба скорректировал приоритеты.
Впереди показались знакомые двери – массивные, с усиленными замками. Женский блок. Рядом со входом валялись еще два трупа охранников. Рекс уже успел подчистить и здесь. Причем на этот раз мы даже ничего не услышали. М‑да. Впечатляет.
– Мы пришли, – прошептала Ида.
Я подошел к двери, поднял ключ‑карту с трупа одного из охранников. Приложил к замку.
Зеленый огонек. Щелчок.
Дверь открылась.
* * *За дверью открывался зал, почти идентичный тому, где мы освобождали заключенных. Те же размеры, те же бетонные стены, те же ряды клеток вдоль стен… Только пустые. Я хотел было спросить у Иды, что это значит, как из дальнего конца зала ударили автоматные очереди. Охранники – человек шесть, укрылись за металлическими ящиками и стойками с оборудованием, и теперь вели по нам непрерывный огонь.
– Назад! – рявкнул я, толкая Иду за дверной проем.
Пули засвистели над головой, высекая искры из металла двери. Рекс не стал прятаться – рванул вперед, низко пригнувшись к полу. Вокруг пса расцвело голубое сияние фазового щита. Хм, да наш песик заряженный…
Я высунулся из‑за укрытия и открыл огонь – просто чтобы отвлечь охранников и облегчить хаунду задачу. Крон подключился с другой стороны двери. Рекс, тем временем, добрался до первого укрытия. Прыжок – и геллхаунд обрушился на двух охранников разом. Рычание, крики, хруст костей. Через десять секунд оба лежали мертвыми.
Оставшиеся трое попытались отступить, но это их не спасло. Я добил одного, Крон – второго. Третий попытался бежать к дальней двери, но Рекс настиг его в три прыжка. Короткий рык – и готово.
– Чисто, – доложил Крон, выходя из‑за укрытия.
Я сменил магазин, бросил взгляд на подсумки… Блин, а надо бы пополнить боекомплект. Что там за пушки были у этих ребят?
Однако, прежде чем я успел шагнуть к телам, откуда‑то послышался шум. Частые удары по полу, много… Как будто кто‑то большой, тяжелый и многоногий спешил к нам на встречу.
И боюсь, что он бежал не обниматься…
В зал вбежал паук – похожий на тех, что мы уже не раз видели. Огромный – размером с легковой автомобиль. Восемь сегментированных ног, корпус закован в броню, на спине – спаренная пушка футуристического вида. Передние конечности – массивные клешни с зазубренными краями. Тот еще красавчик.
– Твою мать, – выдохнул Крон.
Паук не стал медлить. Рванул вперед на всех восьми ногах – быстро, неестественно быстро для такой махины. Пушка на спине шевельнулась и открыла огонь.
БАМ‑БАМ‑БАМ‑БАМ!
Четыре разряда подряд прошили зал за две секунды. Это была не плазма и не кинетика – что‑то вроде электрического разряда. Нелетальное, мать его, оружие. Не убьет, но парализует. В целом, логично: там, где основные цели – биомасса, которая нужна живой, такую штуковину милое дело применять.