Диктатура Кошмаров (СИ)

— И слава богу… — буркнула Ольга, поймала недоумевающий взгляд моей младшенькой и хмуро добавила: — Не сорви ей башню от самоуверенности именно в таком ключе, мы могли и не выжить!
Это утверждение испортило настроение и Свете, и Полинке, поэтому я отвлекся от блинчиков с творогом и сдвинул фокус внимания Стаи на тему поприятнее:
— Да, могли. Но выжили. И продолжим жить в свое удовольствие. Кстати, об удовольствии: Дайна, а что там с новыми «Стихиями»?
  
— Шесть штук привезли в это поместье и выгрузили в свободный бокс хозяйского яруса гаража еще вчера вечером; тринадцать машинок в данный момент загоняются в боксы автодрома, а последнюю, двадцатую, уже час как облизывают Виктор, Таня, Вика, Лиза и Аня.
К сожалению, девчат не проняло. Вернее, заинтересоваться они, конечно же, заинтересовались. Но с куда меньшим энтузиазмом, чем мне хотелось бы. Пришлось подключать тяжелую артиллерию:
— А что с нашими флаерами?
Этот вопрос я поднимал накануне вечером. Во время разговора тет-а-тет. Так что БИУС врубился в настоящие мотивы моего «интереса» и радостно затараторил:
— Я отправила команде разработчиков техническое задание под ТТХ движков «Кассиопеи» позапрошлого модельного года. Парни выпали в осадок от сочетания безумной мощности и смешных габаритов, сразу же затребовали подтверждение всех цифр и, получив те же самые, сорвались с нарезки. Поэтому уже сутки живут в мечтах и рисуют эскиз за эскизом. И пусть пока получаются не флаеры, а истребители, ход мыслей мне нравится.
В общем, проект тронулся с мертвой точки и гарантированно взлетит…
…Разговор с Людмилой Евгеньевной приятно порадовал — Воронецкие продолжали играть в открытую, поэтому я получил самый полный расклад по наиболее вероятным последствиям публикации указа о введении в Табель о Рангах дополнительных требований к военным, гражданским и придворным чинам, счел, что необходимость повышать магический ранг для движения по карьерной лестнице станет дополнительным стимулом для Одаренных, и дал понять государыне, что поддержу это решение Императора. Потом объяснил, чем и для чего «перевоспитал» Искрицких, выслушал мнение, почти не отличавшееся от наших, и передал венценосной гостье информационный носитель. А последние минут десять вникал в новости «не для всех», которыми щедро делилась Воронецкая, и тихо дурел от масштабов начавшихся перемен.
Да, радовало далеко не все. К примеру, в некоторых аристократических родах смещение глав закончилось довольно серьезными боестолкновениями, а на полутора десятках достаточно известных сетевых форумов обсуждались «чудеса», творимые мною-любимым — приживление Дара трем простушкам и «феноменальный» прогресс этих Одаренных. Но на фоне вала положительных изменений в обществе все это казалось мелочью, не стоящей внимания. Ведь оппозиции, как таковой, в стране больше не было — абсолютное большинство сторонников свержения Владимира Первого либо отправилось к предкам, либо потеряло и кресла глав родов, и доступ к финансам, соответственно, о прежних планах могло только мечтать; Воронецкие с активной помощью «Анонима» вычистили пятую колонну в своем роду; спецслужбы практически задавили производство наркотиков и уже заканчивали уничтожение сетей распространения; министерства и ведомства стремительно омолаживались; девяносто четыре процента военнослужащих и сотрудников силовых структур прорвалось в третий ранг и нацеливалось на второй; вертикаль Власти, основанной на Силе, здорово укрепилась и так далее.
В общем, в тот момент, когда Людмила Евгеньевна сгребла со стола информационный носитель и изъявила желание наведаться в логово Ксении Станиславовны, я поймал себя на мысли, что новый вариант будущего этого мира куда более интересен, чем старый. И, кажется, задумался о возможности еще немного подстегнуть технологический прогресс. Но просьба государыни вернула и в настоящее, и в рабочий режим. Поэтому я встал из-за стола, помог женщине подняться из кресла и повел доводить до ума неземную красоту.
Пока вел к целительнице, поддерживал беседу о новых робо-игрушках и наших охотничьих трофеях. Потом передал государыню из рук в руки, снова вышел в коридор, навелся на лифтовый холл и подобрался, услышав в голосе Дайны злое предвкушение:
— Игна-а-ат, нам только что Очень Крупно Подфартило! Поэтому срочно строй Стаю у меня в мастерской в парадной форме одежды!
Построил. После того, как допрыгал до гардеробной и обнаружил, что четверка андроидов уже крепит ордена, полученные по закрытым указам, к самой высокоранговой и стильной «коже». Потом оделся, обулся, нацепил статусные аксессуары, протянутые Иришкой, подождал, пока она приведет в божий вид мою шевелюру, и потребовал объяснений.
— Генерала Мезенцева только что доставили в «Призму», дали двадцать минут на подготовку доклада с условным названием «Особенности характера курсанта четвертого курса Белозерской АПД Игната Даниловича Щеглова…» и предупредили, что зачитывать это творение придется перед Советом СНС.
— О-о-о!!! — невольно восхитился я и поторопил девчонок. А после того, как наводить красоту закончили и они, на пару с Дайной изложил сценарий, подготовленный аккурат на этот случай.
Пока мы вещали, Стая молчала, плавясь от предвкушения. Потом задала от силы пяток уточняющих вопросов, получила предельно подробные ответы и уставилась на большой экран. Правда, не вся: младшенькая переместилась к одному из шкафчиков с расходниками, цапнула с полки незнакомую приблуду в виде браслета и прыгнула ко мне:
— Это артефакт купола — полусферической защитной стены, сидящей на подпитке восьмидесятого круга. Может, проведем натурные испытания?
Я вытряс из нее ТТХ этой штуковины, охренел от пары-тройки воистину убийственных формулировок, заявил, что такая защита нам однозначно не помешает, назвал артефакторшу гениальной красоткой и заткнулся. Так как в это время картинка с микрокамеры, «торчащей» из прокола в тушке генерала, дернулась, а из динамиков раздался незнакомый рык:
— Ваше время вышло. Извольте следовать за мной!
Следующие четыре с половиной минуты Мезенцева куда-то вели. По коридорам, не вызывавшим никаких зрительных ассоциаций ни у меня, ни у Дайны. А потом втолкнули в «Амфитеатр» — зал заседаний Совета, виденный не одну сотню раз — подвели к трибуне, расположенной перед рядами кресел, занятыми самыми влиятельными функционерами СНС, и… рекомендовали не мямлить. Презрительным шепотом, добавившим моей праведной злости «еще один уровень».
Лица Игоря Архиповича я видеть не мог, поэтому вслушался в тишину. А через пару мгновений, услышав в его голосе насмешку, понял, что этот укол переключил экс-начальника АПД в боевой режим:
— Дамы и господа, вы, кажется, до сих пор не поняли, с кем имеете дело, поэтому живете в розовых мечтах. А зря: вы не сможете облапошить одного из лучших курсантов Академии за все еще существование, заслужившего право отправиться в Дальний Космос вместо седьмого семестра обучения, менее, чем за месяц добившегося уважения экипажа боевого рейдера СДР, достойно показавшего себя в реальном бою и не только выжившего в мире Магии, но и выбившегося там в люди. И знаете, почему у вас нет ни одного шанса продавить свои хотелки? Да потому, что Игнат Данилович Щеглов, ставший Князем Беркутовым-Туманным, учился у профессионалов, проверил свои навыки на практике и прекрасно знает наши возможности. А вы о его возможностях не знаете ровным счетом ничего!
  
— Игорь Архипович, вас вызвали сюда не для того, чтобы вы воспевали методику преподавания в АПД! — раздраженно рыкнул какой-то мужчина. — Ваша единственная задача — предоставить нам рычаги давления на этого курсанта. Или, на худой конец, предложить рабочий алгоритм манипуляции вконец обнаглевшим мальчишкой!