Диктатура Кошмаров (СИ)

Кстати, среагировали и на улыбку. Правда, Михаил Владимирович не сообразил, что меня рассмешило, и нахмурился. Зато Император добродушно усмехнулся в усы и… пожаловался на меня любимой супруге:
— Люд, не знаю, как у тебя, а у нас с Мишей появились новые рефлексы: мы постоянно «носим» кольчуги и защитные покровы на максимуме, держим восприятие на грани разгона, бездумно контролируем все и вся, при любом воздействии автоматически уходим в стремительный рывок, безошибочно определяем агрессора или агрессоров, невероятно быстро всаживаем в них либо оглушение, либо крик и контратакуем!
  
— Небось, в полную силу, ибо привыкли вкладываться в защиту Игната Даниловича, его подруг и родичей? — ехидно уточнила государыня, дождалась сразу двух подтверждающих кивков, «задумчиво» подергала себя за мочку уха и притворно вздохнула: — Что ж, рефлексы, безусловно, нужные. Но во дворце гарантированно выйдут боком. Впрочем, охамевших родственничков у нас предостаточно, так что развлекайтесь…
Ее благоверный расхохотался сразу, сын — секунды через три-четыре, а я отвлекся. На монолог Дайны, напомнившей о своем существовании:
— Пусть развлекаются. А тебе надо возвращаться домой. И чем скорее — тем лучше: амеры оклемались от последней взбучки и, судя по всему, жаждут снова получить по рогам…
 Глава 2 
1 декабря 2514 по ЕГК
…Полдень настал как-то уж очень быстро, и я, прервав беседу с Дайной, быстренько вернул в поместье остатки народа, обретавшегося в Лицее. Толком не успев вывалиться из прокола, особо деловые личности вроде Сони, Тани и Натальи Родионовны потребовали поставить им боевую задачу на день, но я их обломал, напомнив, что на дворе, в общем-то, суббота, а за плечами — месяц изнурительных тренировок, от которых не мешало бы отдохнуть. К примеру, добросовестно отпраздновав прорывы в новые ранги.
— Отпраздновать, говорите? — лукаво переспросила Кувалда, дождалась уверенного кивка и предвкушающе расфокусировала взгляд. А через пару-тройку секунд довольно хохотнула, вытолкала девчонок в коридор и куда-то увела.
Свалили и остальные родичи. Все, за исключением моей младшенькой. А она, дождавшись ухода отца, покинувшего гостиную последним, уронила меня на диван, запрыгнула сверху и вцепилась в глотку:
— Я надеюсь, что мы тоже будем отрываться?
— Отрываться – будем. Однозначно… — хищно усмехнулся я, намеренно выделив интонацией первое слово первого утверждения.
Света врубилась в намек с полпинка и недобро прищурилась:
— Гидра оппозиции отрастила очередную голову?
Я отрицательно помотал головой:
— Если бы! В этот раз охамели амеры: превратили портальный зал в одну гигантскую барокамеру, установили в ее центре мощнейшую стационарную лебедку, присобачили к ней батискаф, напрочь заэкранированный аструмом, и собираются поднять к поверхности океана двух магов-добровольцев.
— Так, стоп: поднять батискаф на десять километров⁈ — удивленно уточнила она.
— Ага.
— Под магофоном восьмидесятого круга Кошмара⁈
— Ага.
— А они в курсе, что при перемещении батискафа на такое расстояние плотность магофона не упадет даже на один ранг⁈
— Понятия не имею. Но мне не нравится тенденция… — честно признался я.
Последнее утверждение мгновенно переключило младшую супругу в боевой режим:
— Ну да: подобные инициативы надо обрубать на корню. Наши действия?
— Сейчас расскажу… — пообещал я и серией условных жестов вызвал к нам Олю с Полей, судя по местонахождению «силуэтов», строивших поваров.
Привычку контролировать телодвижения энергетических структур Стаи мы вбивали в подсознание не один месяц, так что уже через мгновение супруга передала мое требование сестренке и дала понять, что они скоро будут. А младшенькая решила убить время ожидания «наездом» на Ангела-Хранителя:
— Дайна, а почему ты не взорвала к чертовой матери и эту лабораторию? Я же, вроде, присобачила к артефакту, открывающему микро- проколы, второй, полноценный?
— Свет, радость ты наша… торопливая, «гигантская барокамера» — это, кроме всего прочего, мощнейшие стены, то есть, аналог серьезнейшего бронирования. Ну, и какой смысл взрывать в портальном зале БЧ от «Каштана», если она разнесет всего-навсего один комплект имеющегося оборудования? И еще: амеры — не дураки, то есть, умеют учиться на своих ошибках. Поэтому это помещение уже подготовлено к любым знакомым сюрпризам с нашей стороны.
Слово, намеренно выделенное интонацией, заставило непоседу усилить захват за мою шею, но я не сдался. В смысле, терпел жуткие домогательства до появления девчонок. А потом посерьезнел, на пару с БИУС-ом поставил им конкретные боевые задачи и отправил переодеваться.
В Клинику перешли практически одновременно, в темпе допрыгали до мастерской, вывели на большой экран и добросовестно изучили видеозапись, сделанную через микро- прокол. А после того, как освежили в памяти «ТТХ» новой лаборатории и налюбовались на батискаф, уже готовый к выходу в открытый океан, младшенькая провела первый следственный эксперимент — открыла полноценный прокол в сектор под потолком лаборатории, который мы еще двенадцатого ноября предусмотрительно спрятали под артефактным иллюзорным пологом с подпиткой из восьмого круга Кошмара, активировала невидимость, просунула на ту сторону руку и немного подождала.
— Никакой реакции… — сообщила Дайна и со вздохом заявила, что это ни о чем не говорит.
Я согласился. Так как имел неплохое представление о номенклатуре всевозможных датчиков, которые могли быть установлены в помещении. Тем не менее, отменять акцию и не подумал — жестом попросил И. О. артефактора Стаи отодвинуться, выглянул в тот мир, огляделся прозрением и… переиграл свои планы.
Новые боевые задачи поставил за считанные секунды, дождался четырех подтверждений готовности, ушел под невидимость, воспарил над полом, без особой спешки переместился в амеровскую лабу и… телепортировался к «силуэту» дохленького Боярина, обретавшегося метрах в ста восьмидесяти по горизонтали и этажей на восемь выше. Следующие пять секунд висел рядом с щекастеньким, но чрезвычайно самоуверенным франтом, распустившим хвост перед рыжеволосой стервочкой лет тридцати пяти, и ждал начала действа.
А за ним дело не стало — «силуэт» Светы, возникший за пологом, шевельнул правой рукой и ударил коротким замыканием — навыком школы Молнии, придуманным этой супругой специально к прошлой акции по «воспитанию» амеров.
В тот раз адская хрень, раскачанная ранга до четвертого, выжгла всю электронику в радиусе метров пятидесяти-шестидесяти, а в этот — запросто дотянулась до меня и погрузила помещение в первозданную тьму.
Вторая атака младшенькой — мозголомкой, давным-давно поднятой до насыщения — сработала еще веселее. В смысле, положила и мой «живой маяк», и соблазняемую им особу. А потом «серийная убийца» нарисовалась рядом со мной, равнодушно мазнула взглядом по двум телам, бьющимся в агонии, и пулей взмыла под потолок. Создавать «заготовки» под стационарный и микро- проколы, а затем прятать подходящий угол под иллюзорным пологом.
  
Ничего особо сложного в этих задачах для нее уже не было, поэтому через считанные мгновения до меня донеслось удовлетворенное бормотание:
— Раз эпицентр обеих атак определится в самом центре портального зала, значит, мы, Беркутовы-Туманные, опять каким-то образом заглянули в гости через выключенный генератор гиперпространственных струн, разнесли его в пух и прах, не смогли пробиться в остальные помещения комплекса и свалили обратно. А тут, в комнате отдыха, нас, конечно же, не было. Кстати, Игнат, нам надо бы почаще выглядывать на эту сторону: вдруг повезет снова, и мы сможем засечь еще одного… или нескольких магов, к энергетикам которых можно будет переместиться?