Диктатура Кошмаров (СИ)

— Это помещение тоже вырублено и обработано вручную?
— Не «вручную», а с помощью магии… — сообщила Ольга и усмехнулась: — А это меняет все.
— С ума сойти… — выдохнул он и отключился. От какого-то воздействия целительницы. Потом воспарил на электрическую каталку, прятавшуюся под отводом глаз, проехал сквозь еще один прокол, оказался в «ВИП-палате» и плавно переместился на высокотехнологичную кровать.
  
Тут я перекинул кейс из правой руки в левую и дотронулся до плеча целительницы, уже потянувшейся к кучке беспроводных датчиков:
— Ксения Станиславовна, мы — все. В смысле, возвращаемся в столичный особняк. Иришку пришлем минуты через три-четыре.
— Она пока не нужна… — заявила целительница, оглядела пациента и зачем-то переиначила одно из моих требований к ней-любимой: — Он будет спать. Все семнадцать суток. Ибо информация о наших возможностях этим уродам нафиг не нужна…
 Глава 11 
12 декабря 2514 по ЕГК
…К КПП авиабазы под Липками прикатили в половине четвертого ночи и зарулили на площадку для служебного транспорта. Не прошло и минуты, как к нам примчался дежурный на разъездном «Рубеже», отсканировал айдишки обеих машин и счел необходимым прогнуться — подошел к водительской двери моего «Бурана», дождался, пока я опущу стекло, вежливо поздоровался и сообщил, что наш «Антей» уже вовсю готовится к вылету.
Я благодарно кивнул, предупредил, что в течение получаса на стоянку прибудет еще несколько автомобилей, и отправил вояку в тепло. Ибо снаружи было морозно, прилично дуло и неприлично мело. Не успел он потеряться в снежной круговерти, как в стороне трассы возникли и начали увеличиваться сдвоенные световые пятна, и я методом исключения определил, что к нам подъезжают Воронецкий, его дамы и некоторое количество телохранителей. А после того, как их «Эскорты» добрались до границы области покрытия моего прозрения, убедился в том, что не ошибся, и, заодно, пересчитал вояк.
Пока эти «броневики» парковались возле нас, заметил еще одно световое пятно. В этот раз мне было не до гаданий — я раскочегарил жар, выбрался из салона, поздоровался с Виктором, последовавшим моему примеру, пожал протянутую руку и поинтересовался, как ему погодка.
— Если честно, то в разы усиливает предвкушение… — признался он, вместе со мной посмеялся над своими новыми потребностями и посерьезнел: — Игнат, вчера вечером, укладываясь спать, я вдруг поймал себя на мысли, что дрессировать потенциальный Ближний Круг Тани с Лизой и наших союзников целесообразнее не на заимке Вронских, а на Ферме. Поэтому, проснувшись, отменил рейд Конвойных, собиравшихся менять тренирующихся в данный момент. А последних я отправлю домой на сутки раньше. Что скажешь?
— Так будет действительно целесообразнее… — согласился я, задвинул куда подальше мысли о том, что, соглашаясь на его вариант, я приговариваю себя как минимум к трем суткам передвижения в режиме смертельно больной черепахи, и адаптировал один из прежних планов к новой реальности: — Но нам все равно надо будет залететь на заимку Вронских и проверить, не приползли ли в овраги высокоранговые змеи.
— Хочешь их завалить?
— Я⁈ — дурашливо спросил я и отрицательно помотал головой: — Да мне это нафиг не нужно!
— А если без шуток? — спросил Виктор, посмотрев на приближающийся лимузин.
— А если без шуток, то нам пригодятся и Искры, и мясо, и кожа. Но валить этих змеюк, вероятнее всего, будете вы. Ибо любому из моей Стаи они на одну атаку, а вам нужен реальный боевой опыт.
— Мое предвкушение перепрыгнуло на следующий уровень! — хохотнул он и одновременно со мной повернулся к Искрицким, начавшим выбираться из салона.
Первым к нам, конечно же, подошел глава рода, поклонился, ответил на пожелание доброй ночи и, получив разрешение Великого Князя забыть про лишний официоз, доложил, что его невестка и внуки собраны в рейд согласно полученным рекомендациям.
— А что с Искрами из рекомендованного списка? — полюбопытствовал я, и Петр Алексеевич с достоинством пожал плечами:
— Докупили и приживили все отсутствовавшие.
— Отлично! — обрадовался я, поздоровался с Валентиной Семеновной и ее сыновьями, подтянувшимися к нам, и переключился на командно-штабной: — Закидываете рюкзаки в багажное отделение «Эскорта», стоящего за моей машиной. Вы, парни, загружаетесь в него же и занимаете свободные места. Вы, Валентина Семеновна, усаживаетесь в минивэн Виктора Михайловича. А все остальное я расскажу и объясню после того, как «Антей» взлетит и наберет высоту. Вопросы?
Вопросов у них не оказалось, поэтому я отправил эту троицу выполнять полученное распоряжение, затем «навелся» на плавно замедлявшийся «Урал» и немного подождал.
Общение с главой рода Новгородцевых основательно напрягло: да, он жаждал отправить с нами внучку. Но не одну. По моим ощущениям, надеясь, что мы поможем раскачать Дар не только «бесполезной» девчонке, но и его младшему сыну — «чрезвычайно талантливому Одаренному, с самого детства присматривавшему за любимой племяшкой». Но я, стараниями Дайны, был готов ответить на любые «аргументы», поэтому не стал дослушивать монолог шестидесятисемилетнего Рынды и дал понять, что готов взять с собой только Марину, ибо сестренка просила только за нее.
Тут Степан Макарович начал бредить на тему девичьей чести
и нарвался на насмешливый рык Искрицкого-старшего:
— Степа, не дури! Иначе дофилософствуешься до дуэли и безвременной кончины: Игнат Данилович на дух не переносит интриганов и интриги, а на любые оскорбления отвечает магией и сталью…
Сообразив, что перспектива нарваться на дуэль по крайним правилам более чем реальна, Новгородцев-старший резко передумал навязывать сына, велеречиво извинился и спросил, что делать его внучке дальше. В этот момент к нам подошла Татьяна Воронецкая, вызванная Витей из машины, заявила, что девочки поедут с нею, и сняла последние вопросы. А потом на стоянку заехали лимузины Ермоловых и Граниных, и мне стало не до старого, битого жизнью, но не особо умного интригана…
…После того, как транспортник забрался на одиннадцать километров, я выбрался из «Бурана», подошел к «Эскорту», занайтованному вторым, открыл боковую дверь, попросил Плещеевых, трех «ветеранов» и Нину полчасика погулять, а затем загнал в освободившийся салон весь нынешний «балласт». То есть, Валентину Семеновну, Егора и Тихона Искрицких, Люсю Ермолову, Валентину Гранину и Марину Новгородцеву. Ну, а Виктор приблудился сам. И начал брифинг с чертовски интересного шага — активировал артефактную «глушилку», показал народу две МТ-шки и толкнул небольшую речь:
— На них — подписки о нераспространении информации, которую вы получите в предстоящем рейде. Настоятельно прошу читать как можно внимательнее, ибо подписание этого документа — ни в коем случае не формальность. Безусловно, вы можете его и не подписывать. Но те, кто откажется беречь наши тайны, вернутся в Новомосковск этим же бортом. На этом пока все. Читайте, обдумывайте каждый пункт требований и решайте, надо вам такое или нет.
Получив мобильный терминал первой, Искрицкая-старшая вдумчиво проштудировала весь документ, согласно кивнула, подозвала к себе сыновей и на протяжении добрых пятнадцати минут еле слышным шепотом объясняла им смысл чуть ли не каждой фразы. После того, как добилась понимания, описала наиболее вероятные последствия болтливости. Причем намного «шире» и образнее, чем это сделал бы я, возникни такая необходимость. Потом оставила под текстом автограф, подождала, пока мальчишки сделают то же самое, и вернула МТ-шку Воронецкому.
  
Подружки Поли и Лизы знакомились с подпиской иначе: прочитав ее по одному разу, переглянулись и… попросили помощи у нас с Виктором. Честно признавшись, что никогда не сталкивались ни с чем подобным и многого не понимают. Такая обстоятельность понравилась нам обоим. Но Великий Князь оказался чуть шустрее, поэтому закосил под преподавателя, а я «ушел в себя» и вслушался в монолог верной помощницы, анализировавшей поведение девиц и дополнявшей уже имевшиеся у меня информационные блоки по этим персоналиям новыми наблюдениями.