Могущество на краю империи (СИ)

— Охренеть, — вырвалось у меня. — Хочу себе такую.
— Милый, ты о чём? — спросила Джан.
— Да так, — смутился я. — Хорошая техника у святых отцов. Многопрофильная.
— Не жадничай, — посоветовала морфистка. — Мало ли, что у кого есть.
Я не ответил.
Моя невеста мыслит практично. Следить за бухгалтерией, не создавать себе лишних проблем, не заглатывать то, что не можешь осилить. И это, по-своему, правильно.
  
Вездеход подкатил к шестиугольной платформе.
На протяжении последних десяти минут китаец сидел на корточках, положив ладони на край площадки. Глаза провидца были закрыты. Как только Риан подъехал к порталу, отец Лун поднялся с земли и вместе со своим руководителем, Руми, приступил к разгрузке оборудования.
Странное это было оборудование.
Я понимал, что инквизиторы пользуются высокотехнологичными цифровыми устройствами, но здесь они даже не скрывались. Перуанец раскрыл нечто, подозрительно смахивающее на ноутбук. Лун разбросал по серой поверхности небольшие, размером с кулак, шарики. А рыжий тем временем распаковал то ли маленького робота, то ли очень хитрый кухонный комбайн.
Хорвен по моему приказу сменила ракурс, чтобы я лучше видел происходящее.
Разбросанные по платформе шарики начали шевелиться, отращивать некое подобие то ли усиков, то ли корней и врастать в пористую поверхность. Те, что уже внедрились, меняли цвет с чёрного на зелёный и врубали подсветку. На экране ноутбука выстраивались какие-то графики.
Кухонный комбайн выдвинул из себя роликовые шасси и выкатился в центр платформы.
Я затаил дыхание.
Вот он, момент истины.
Я видел машины, телепортирующиеся на базу и выезжающие с платформы. Но это не означает, что портал двусторонний. А ещё, что очень логично, есть некие стопоры. Механизм включается, но мы не знаем как. А поэтому нет гарантий, что запущенный инквизиторами робот исчезнет.
Робот исчез.
Постоял с полминуты и растворился в воздухе.
Инквизиторы разразились радостными воплями и сгрудились вокруг ноутбука, тыча пальцами в экран. Как дети малые. Что происходит на экране я разобрать не смог. А подтягивать гончую ближе не отважился — вдруг у Паладинов есть средства обнаружения?
Прошло ещё минут пять.
А затем на экране что-то случилось. Энтузиазм карателей улетучился. Руми сворачивал и разворачивал окна, исступлённо колотил по клавиатуре, но прогресса так и не добился. Риан просто ругался, думая, что его гэльский никто не понимает. Я понимал.
И тут прилетел тревожный сигнал от Хорвен.
Гончая зафиксировала подозрительную активность в нескольких километрах от базы и попросила разрешение подняться выше.
Ракурс сменился.
Гончая активировала дополнительные средства обнаружения.
Внимание Хорвен привлёк участок степи на севере от базы. Я хорошо помню, что именно в том направлении должны были укатить рейдеры, планирующие набег на Сибирь.
Машины возвращались.
Наезд, приближение.
Транспортёры, забитые вооружёнными рептилиями, тиграми и вепрями. Големы на марше в хвосте колонны. Возникло ощущение, что командиры отправили к базе часть отряда, а сами продолжили путь на соединение с другими группировками.
Врагов было много.
Я быстро просчитал возможные варианты. Даже если инквизиторы начнут оперативно сворачиваться, они успеют погрузить все устройства на свой вездеход, но до Бродяги не доберутся. А они паковать чемоданы не планировали. Напротив, вытащили из багажника очередную непонятную хрень — летающего «ската», усыпанного зелёными и голубыми индикаторами.
Дело дрянь.
— Бродяга, смена конфигурации, — приказал я. — Выпиливай себя из этого муравейника и лети на север. Образы сейчас покажу.
Домоморф не стал нырять в многомерность.
Мы просто выдвинулись из занятых деревянных ячеек, взмыли в небо и превратились в диск. Резкий бросок — и платформа с этажерками сместилась к горизонту. Бродяга полностью игнорировал законы физики — я даже не ощутил перегрузок.
Колонна двигалась в ста метрах под нами.
Зарешеченные багги-переростки с рёвом продирались через степь, укладывая под колёса траву. Эти штуки оказались очень маневренными, несмотря на идиотскую форму.
— Ниже, — приказал я. — Пятьдесят метров.
— У нас проблемы, дорогой? — Джан, точившая себе ноготки пилкой, даже не напряглась. Привыкла к безопасности.
— Сама посмотри, — хмыкнул я.
Девушка убрала пилочку и подбежала к панорамному окну. Стена со встроенными рамами закруглилась, повторяя очертания корпуса.
— Это они? — выдохнула морфистка.
Звери очень быстро приближались к базе. Я не ощущал движения ки, поэтому был уверен, что среди наших противников нет одарённых.
И тут упыри сменили тактику.
Вепри и тигры на ходу спрыгивали в траву, разделялись на группы из трёх особей и расходились веерами, чтобы атаковать с разных сторон. Рептилии, заметившие диск в воздухе, начали по нам стрелять. У этих хмырей были устройства, отдалённо напоминавшие арбалеты.
— Примитивное кинетическое оружие, — озвучил мои наблюдения Бродяга. — Не представляет угрозы.
Я услышал несколько глухих ударов в корпус.
— Лучше отвернись, дорогая, — бросил я Джан.
И под животными разверзлась земля.
Джан охнула.
Подобные фокусы всегда производят впечатление. Визуально поверхность, на которую я воздействую, остаётся прежней. Никакой прозрачности и зыбкости, краски не блекнут, очертания не меняются. Проницаемость затрагивает исключительно физические характеристики.
Я ударил по большой площади.
Чтобы накрыть как можно больше зверей, но не зацепить сооружения военного городка. А их, сооружений этих, оказалось гораздо больше, чем я видел с Проектора.
Машины и бегущие с оскаленными мордами твари ухнули под землю.
По пологой траектории.
Непрерывную циркуляцию я врубил сразу, но расход ки даже в этом случае был колоссальным. Дыхание сбилось, меня качнуло, но разум удержал концентрацию. Бесплотность распространилась на пятнадцать-двадцать метров в глубину. Так, чтобы никто не выкопался. С гарантией.
Когда я вернул степи прежние свойства, то увидел, что накрыло не всех.
Дюжина саблезубых тигров и пятеро самых шустрых вепрей покинули зону поражения. Сейчас они мчались прямиком на инквизиторов. Я вызвал Ольгу, но ответа не получил. Мне это очень не понравилось. Такое чувство, что в окрестностях базы что-то глушило внешнюю телепатическую связь. По неведомым причинам это не распространялось на гончую.
Я отдал приказ, и Хорвен сошла с привычной орбиты.
Инквизиторы уже видели шевелящуюся траву. Перуанец что-то бросил своим спутникам, и отец Лун открыл багажный отсек. Паладины разобрали короткоствольные автоматы неизвестной конструкции и активировали иллюзионы. Боевая троица тут же исчезла из поля зрения.
Полетели костяные шипы.
Твари действовали грамотно — разделились и заходили для атаки с разных сторон. Я видел, как отравленный шип вонзился в загривок свирепого мускулистого вепря, и тот покатился по земле, сминая траву. Ещё один шип гончая загнала саблезубому тигру под наплечную пластину. Кошка с опозданием вильнула в сторону, пробежала ещё несколько метров, а потом её лапы подкосились.
Короткая очередь разворотила грудную клетку ещё одному тигру, подобравшемуся ближе остальных к платформе. Ещё несколько хищников покатились по земле, сражённые бесшумными пулями. Даже сейчас святые отцы работали с глушителями.
И всё же зверей оставалось около десятка.
Я приказал Хорвен перейти в режим ближнего боя.
— Бродяга, к платформе.
Домоморф сместился.
Я отправил под землю сразу трёх животных, выстроившихся клином. Хищники не видели своих противников, но ориентировались по запаху.
  
Голова рычащего от ярости вепря разлетелась кровавыми ошмётками — это сработала гончая.
И всё бы ничего, да со стороны дальних холмов показались новые клубы пыли.
Рёв моторов возвестил, что едет вторая партия косматых друзей.