Генеральный Попаданец 8 (СИ)
— У вас есть доказательства?
— Разумеется, — Шубников нажал на кнопку пульта и на окна стали наезжать темные шторы, загорелся экран, куда проецировались фотографии. — Вот здесь запечатлена встреча французских Ротшильдов с Рокфеллерами. Последние понесли за прошлое десятилетие серьезные потери на Ближнем Востоке. Они здорово вложились в монархии Залива, а преференциями воспользовались мы и Иран. Ставка на Ирак не сработала, он был разбит физически. Но похоже, сионисты с обоих сторон Атлантики готовят новую провокацию. Вот встреча лидера партии «Ликуд» и главы американской администрации Киссинджера.
— Да, его назначение стало для нас неприятным сюрпризом. Мы же столько сделали, чтобы его опорочить.
— И это на самом деле знаковое событие. Американский истеблишмент за последнее десятилетие сделал очень много для того, что зажать «свободную прессу». Вкладывались сотни миллионов долларов, скупались газеты, телеканалы, радиостанции. Все это совершалось через подставные фирмы. На виду разнообразие собственников, но по сути их всего несколько. Мы также потеряли несколько важных каналов воздействия. К сожалению, многие общественные движения за последние годы маргинализировались и отошли от дел.
Питовранов хмуро прокомментировал:
— Нужно усилить работу в направлении электронных СМИ. За этим будущее. И там много молодежи.
Машеров тут же среагировал на умную подсказку:
— Отличная идея! Это работа в долгую. То чем любит заниматься англичане. Чую, что и они в теме.
Новик согласно кивнул:
— Мы уже отметили некоторые контакты между Ми-6 и SDECE. Будем разрабатывать. Но сейчас там стало сложно работать. Французы всех подозревают. Старые агенты раскрыты, новые пока не внедрены.
— Работайте с тем, что есть.
— Не использовать ли нам, товарищи, Ливанскую тактику?
Машеров невольно содрогнулся. В конце шестидесятых и в начале семидесятых в Ливане произошла самая настоящая война между спецслужбами. Бейрут до поры являлся неким нейтральным анклавом на Ближнем Востоке. В итоге советские выжили оттуда всех. Даже Моссад. Не гнушались ничем и серьезно испугали своими зверствами все спецслужбы мира. Советская разведка с тех пор стала считаться отмороженной.
— Как вы себе это представляете?
— Основной список руководства у нас руках. Активизируем кого-нибудь из прокси. Немцев или итальянцев. Красные бригады или Ротен Армию. Тем более, что у многих там зуб на SDECE и другие спецслужбы Европы. Люди подготовлены и заряжены.
— Французов среди них нет?
— Нет, но они и так не годятся. Против леваков спецслужбы Франции развернули настоящий террор.
Машеров изумился:
— Это в стране, где парламент под социалистами?
Глава Информбюро пожал плечами.
— Именно так обстоят дела. Политические репрессии идут несколько последних лет.
Питовранов кисло заметил:
— Как будто они что-то готовят.
Генсек посмотрел еще раз на экран и задумался, затем нажал на пульт, открывая окна. Он не любил потемки.
— Жду на этой неделе ваши конкретные и обоснованные предложения. И эту сволочь Маранша записать в цель номер один! Они должны понять, что мы ничего не забыли и не простили! Средства на операции будут, экономить не следует.
Машеров перед тем как уйти, успел заметить одобрительные взгляды старых разведчиков. И правильно. Врага надо бить в его логове!
В кабинете начальника отдела «Д» Симонова было тесно и накурено. На самом кабинете не было никаких табличек. Впрочем, на этом верхнем этаже не находилось никаких сторонних организаций. Для всех тут располагались технические службы. И в самом деле, компьютеров тут было полно. И потому мало кто знал, что отдел занимался диверсионными и подрывными операциями зарубежом. Необязательно в них участвовали сотрудники Информбюро. Могли быть парни из Африканского корпуса, разнообразные прокси и просто представители «прогрессивных» движений, что использовались втемную. Да и не всегда в ход идет оружие. Зачастую слово или вброшенная вовремя информация — значит не меньше.
— Здесь наши подлодки хотят довльно часто, — офицер из разведки ВМФ указал на карте означенный квадрат. — Любая яхта сможет забрать оружие ночью. Патрули находятся далеко.
— Они не смогут определить по оружию, что оно наше?
— ПТУРС чехословацкого производства. Не самый новый. Поставляется по всей Африке и Ближнему Востоку. Никто не заметит несколько внесенных изменений.
— Я бы не был так категоричен, — пожилой человек, что уходил за линию фронта еще в ту войну, докурил папиросу и раздавил ее в пепельнице.
— Даже если захватят, то ничего не поймут. Чехи постоянно что-то меняют. Маркетинг!
— Ну да, в этом они доки. Столько оружия продают!
— Ну ты же знаешь категорическое нежелание Генерального продавать кому попало советское вооружение. В чем-то он прав. Его получают только близкие союзники.
— Китайцы нам тогда кто? — ухмыльнулся молодой офицер из ГРУ. Группа была межведомственная. Потому что задание правительственное.
— Вероятный союзник.
Товарищи диверсанты дружно рассмеялись.
Информация к сведению
Сафари-клуб был создан шефом французской разведки SDECE (в наст. время DGSE) Александром де Мараншем, чтобы восполнить пустоту, образовавшуюся после паралича ЦРУ в результате Уотергейтского дела. Уотергейтский скандал возник тоже не на ровном месте, а в рамках смены политической парадигмы со старого брутального антикоммунистического стиля на более гибкий, предполагавший поддержку стремления СССР и КНР к рыночным реформам… Но по отдельности, сперва Китай и сильно позднее Россия (чтобы разделить и противопоставить). Старое руководство ЦРУ понимало, что капиталистические Россия и Китай могут стать намного опасней, однако ставка была сделана на ослабление этих стран в процессе перехода. Так, в Китае условием инвестиций, передачи технологий и открытия рынков Pax Americana стало, помимо прочего, ограничение рождаемости, приведшее к нашим дням не только к провалу возрастов 1970−90х гг рождения, но и сильному уменьшению среди них доли женщин, что гарантирует сокращение населения Китая ещё на десятилетия вперёд.
Идеологом новой линии стал бывш. резидент ЦРУ на Тайване и личный друг президента Цзян Цзинго Рэй Клайн, глубоко замешанный как в операции ЦРУ в Золотом Треугольнике, так и в налаживании сотрудничества США и КНР в нач. 1970х, когда он возглавлял Бюро разведки и исследований (INR) Госдепа (в 1969−73 гг). Клайн написал несколько книг и широко известен разработкой формулы «оценки национальной мощи» государства, учитывающей не только военные, но и экономические, демографические и психологические факторы.
В Сафари-клуб вошли разведки ряда исламских стран, вкл. Иран. За финансы отвечал знаменитый впоследствии международный авантюрист и нелегальный торговец оружием Аднан Хашогги, дядя Доди аль-Файеда, за которого позднее собиралась выйти замуж принцесса Диана, мать нынешнего наследника британского престола. Финансовое сопровождение осуществлялось через лондонский банк BCCI. Банк занимался отмыванием денег Медельинского картеля, а после того, как де Маранш организовал Зелёную революцию в Иране, приведя к власти Рухоллу Хомейни, BCCI стал основным организатором Золотого Полумесяца, где уже в 1979 году начали выращиваться нелегальные опиаты, в течение трёх лет превратившие регион в серьёзного конкурента Золотому треугольнику, откуда ранее французов вышвырнули китайцы и американцы.
Внутри банка BCCI существовала закрытая структура — Black Network, по сути, частная спецслужба и подразделение по «особым операциям», которое сделало банк главным финансовым хабом для диктаторов, террористов и наркоторговцев в 1980-х годах. В ней работало ок. 1500 человек, которые подчинялись напрямую высшему руководству в Лондоне и Карачи, занимаясь в интересах клиентов коррумпированием чиновников, шантажом, шпионажем и заказными убийствами. В 1988 году началось расследование деятельности банка, а в 1993 он был принудительно закрыт. В ходе расследования нередко фигурировала и фамилия «консультанта» банка Рэя Клайна.