Корпорация Vallen'ok (СИ)

— Ой, спасибо молодой человек, я сама бы и не заметила! — старушка с удивлённой, но довольной физиономией поправила шляпку и наклонила голову, — с возрастом совсем забываю смотреть под ноги.
От её движений стакан с кофе снова хотел попытаться сбежать, но я его опередил, уже догадываясь, что ситуация с ним может повториться и в другом виде. Придержав его, я попросил у старушки разрешения помочь ей, и крепко вставил стакан в подставку.
  
— Вот так, теперь он не будет у вас убегать, — улыбнувшись, сказал я, что повлекло новые слова благодарности от моей новой случайной знакомой.
Пожелав друг другу хорошего дня, мы разошлись в разные стороны. Я неспешно шел домой и обдумывал этот непроизвольный эксперимент. Итак, устройство помогает мне «начерно» прожить пять минут моей жизни, после чего я возвращаюсь в точку отсчета, которой соответствует момент нажатия кнопки. Никто ничего не помнит и не замечает, помню произошедшее только я.
Интересный гаджет, за такой вполне могли уничтожить не только семью ученых, но и гораздо большее число людей. Отец, что же это такое в конце концов? Какие еще тайны несет этот хронограф? Я настолько погряз в размышлениях, что не заметил, как оказался перед своей дверью. Момо с любопытством смотрела на меня, и не понимала, почему мы не заходим.
— Эх, Персик, Персик, одна ты меня понимаешь, — прошептал я и наконец зашел в квартиру.
Наскоро поужинав лапшой, а нагулявшая аппетит бульдожка консервами, мы разлеглись на диване и включили очередную серию бесконечной дорамы. Будем считать, что таким образом я с головой окунаюсь в культуру страны, жителем которой поневоле стал. Тем более я заметил, что Момо в такие моменты совершенно спокойно лежит перед монитором, а значит я могу не переживать за тишину и спокойствие в доме.
Я достал найденный дома блокнот, открыл его на чистой странице и огрызком карандаша вывел: «Возможности». Дальше начал через запятую перечислять известную мне информацию. Надежда была, что, когда эти факты будут у меня перед глазами, я смогу понять, что всё-таки оказалось у меня в руках.
Отдельные слова никак не складывались в общую картину, и я, перелистнув страницу, поставил большой знак вопроса и строчка за строчкой начал выписывать интересующие меня, но неясные до сей поры моменты. И тут меня пронзила вполне логичная мысль — почему уничтожили моих родителей (если конечно всё это действительно спланированный инцидент, а не фатальная случайность), и не тронули меня? Пусть я и отдельно живущий студент, но я самый близкий им человек, с меня при любом раскладе стоило начинать поиски.
— И как я сразу не сообразил, Момо? — потеребив её за ухо, вслух спросил я у собаки. — Ведь это логично, что меня нужно было трясти в первую очередь. Тогда может и избили меня они? Тоже не сходится, они меня что, целый год искали? Такого валенка как Джун, найти можно было за пять минут, и еще через пять минут активного «диалога» руками и ногами он бы всё и так выложил. Не сходится.
Момо пристально смотрела на меня, видимо не понимая, что это её хозяин ни с того, ни с сего начал ходить из угла в угол и размахивать руками. Пришлось в очередной раз чмокнуть мою радость, чтобы она успокоилась и продолжила смотреть в монитор.
— Эх, малышка, плохо что ты не умеешь говорить. Ты, пожалуй, единственная, кто смог бы мне про меня мне же и рассказать, — улыбнулся я подобному предположению. — А кроме тебя кто мне может рассказать всё как оно и было? Правильно, Накамора Хироси. И, кажется, я понимаю причину, почему он целый год держал у себя портфель отца и не отдавал его прежнему Джуну.
И тут еще одна мысль пронзила мой разум — а кто сказал, что корпорация до сих пор не следит за непутевым ребенком их мятежных ученых? Подобный гаджет даже с учетом его коротких по времени возможностей — это не просто технологический прорыв, это настоящая революция. Боюсь представить все те перспективы, что подобное изобретение может дать.
Значит нужно срочно сделать два дела. Первое — надо еще раз поговорить с моим домоправителем, мне кажется он не всё мне поведал. Либо я торопил, либо он был не до конца уверен во мне. Хотя почему тогда всё-таки отдал портфель спустя столько времени, не ясно. И второе, хотя по очередности наверно первое, нужно спрятать этот «ридикюль» с его содержимым от греха подальше.
Бегло оглядев свою «капсулу сна», я остановился в нерешительности. Места определенно слишком мало, чтобы незаметно убрать эти вещи. Значит будем импровизировать. В ванной комнате была достаточно большая по размерам решётка на вентиляции, местами уже ржавая. Держалась она на паре болтов таких же старых и ржавых. Откручивать их значило оставить царапины на них — тогда будет заметно что их откручивали. А недотепа Джун туда вообще не должен был лазить по мнению моих потенциальных наблюдателей.
Но мы пойдем другим путем. Я аккуратно расшатал болты. Как и следовало ожидать, от сырости отверстия в стене стали сыпаться, и решетка держалась на честном слове. Аккуратно сняв ее вместе с болтами, я увидел проходящие по вертикальной шахте водопроводные трубы. Они держались на кронштейнах, к которым можно было привязать мой портфель. Искать веревку в моем микромире было долго, порядок я навел лишь частично в шкафу, и то постоянно жалел о том, что нельзя всё просто сжечь. Но пара стоптанных кроссовок возле двери была со шнурками, причем достаточно крепкими. Быстренько сплел их в одну веревку, один конец привязал к ручке портфеля, другой — к крюку кронштейна трубы. Даже с открытым люком вышло практически незаметно. Также аккуратно вернул на место крышку вентиляции. Как ни странно, она неплохо держалась и не собиралась отваливаться. Осмотрел и ухмыльнулся — знай наших. Не зная где искать, точно не найти.
А вот со звонком видимо придется подождать до завтра. Время уже близится к полуночи, вряд ли домоправитель будет сильно рад меня сейчас услышать, а тем более вести сложные беседы. Да и с другой стороны, если эта информация целый год хранилась в тайне, один день уже ничего не решит.
— Момо, детское время закончилось, — произнес я и закрыл крышку ноутбука, — Завтра досмотришь.
Мне определенно нужно в социум, только к нормальным людям, и не таким как Харута. А то длительные диалоги с собакой доведут меня до комнаты с мягкими стенами. Хотя кто знает, может в стране восходящего солнца всё иначе. Но я определенно не хочу выяснять это, тем более лично.
— Спать, Персик, завтра нас ждет важный день, — пробурчал я и завалился на кровать. Насыщенный долгий день сказался на мне, в этот раз не знаю, кто раньше захрапел — я или собака.
Будильник прозвенел неожиданно громко, вырвав меня из объятий Морфея. Была мысль позволить себе еще несколько минут полежать в кровати, но Момо стала тыкать своим шершавым носом, требуя корма и прогулки. Я начал ворочаться на невероятно жёстком матрасе, который за время его использования так и не стал мягче. Из окна бьёт тусклый свет, хмурое небо обещает днём дождь. Собака стаскивает одеяло зубами, и я, пытаясь его вернуть, скатываюсь на пол, ударяясь локтем о холодильник. Боль резкая, будто током ударило.
— Милая, я уже встаю, — говорю я подбежавшей ко мне собаке, — Как жаль, что ты не можешь приготовить завтрак.
Надо будет в ближайшее время решить и бытовые вопросы, а то мой рацион до ужасного скуден. Лапша утром, лапша вечером, даже мой волосатый кабачок кушает разнообразнее. После завтрака быстрая прогулка, её отменить нельзя. Как вспомню первую уборку в новом мире, и количество «сюрпризов» от моей маленькой с виду девочки, так аж в дрожь бросает. Быстро сделав свои дела, Персик сама бежит домой.
  
— Умничка моя, — ласково сказал я ей. — Понимаешь, что папка торопится? Ничего, вечером погуляем с тобой подольше.
Наскоро одевшись, я выскочил из подъезда. На выходе из дома я заметил развязавшийся шнурок, и остановился чтобы его завязать. Не знаю, с чего я решил поднять голову и осмотреться, таких привычек за мной не наблюдалось, но сейчас я был этому рад. Недалеко от моего дома стоял черный седан с наглухо тонированными окнами.