Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ)

Аверин, стараясь не шуметь, пошел за ним. Они прошли мимо аллеи и вышли в дальнюю часть парка, где располагался семейный склеп.
Аверин остановился. Он увидел возле склепа скорченную фигуру. Сделав знак Кузе отойти подальше, он тихо двинулся вперед и, зайдя за полукруглое здание, остановился. В вечерней тишине он услышал голос Анонимуса:
— …Я сделаю всё, всё что угодно, чтобы этого никогда не случилось…
Внезапно фамильяр замолчал, скорее всего почувствовав ауру колдуна. И Аверин, понимая, что скрываться бессмысленно, вышел из-за склепа. Анонимус мгновенно поднялся с колен. Взгляд его был растерянным.
— Что ты тут делаешь? Почему ты не с бабушкой?
— Ее сиятельство отослала меня. Она устала и хочет побыть одна.
— Почему ты не доложил Василю?
— Я доложил. Но он велел мне сделать так, как она просит. Я закрыл окно и запер дверь. Хотел остаться за дверью, но ее сиятельство приказала мне убираться прочь.
— Да что за семейка такая, — Аверин с досадой стукнул себя кулаком по бедру, — иди за мной. — Он зашагал к дому.
— Ваше сиятельство, вы можете подождать минутку? Мне нужно сказать вам что-то очень важное.
— Да? — Аверин остановился. — Это связано с отравлением бабушки?
— Нет.
— Тогда, может, это подождать?
— Да, то есть… я бы хотел сказать сейчас. Это про вашего отца.
— В таком случае…
Внезапно Анонимус исчез. А откуда-то из-за кустов раздался истошный вопль Кузи. Аверин, не разбирая дороги, ринулся на звук и услышал хлопанье огромных крыльев. В небе на мгновение мелькнул силуэт какой-то крупной птицы и тут же исчез. А к ногам Аверина упала взъерошенная галка.
— Див, — каркающим голосом доложила она, — сильнее вашего.
— Что?! — воскликнул Аверин. — Анонимус, где он?
— В дом, защищать, — каркнула галка.
— К дому, — скомандовал Аверин и помчался по аллее.
Кузя в образе галки летел над его плечом. Проклятье. Неужели все выводы про отравление не верны? И его организовал кто-то со стороны?
В доме было тихо. Он бросился к спальне бабушки, но Анонимуса там не увидел. Зато под дверью сидела Марина и плакала навзрыд. Аверин остановился. В том, что он не нашел тут Анонимуса, ничего удивительного не было. Вероятно, тот бросился защищать Василя или, скорее даже, Мишу.
— Ты что тут делаешь? — он подошел к Марине.
Она подняла мокрое от слез лицо:
— Ненавижу. Всю вашу чертову семейку ненавижу! — прохрипела она, медленно встала и, слегка пошатываясь, двинулась к лестнице наверх.
— Кузя, ломай дверь, — скомандовал Аверин.
На месте галки немедленно появился кот размером примерно по пояс. Когтистая лапа вонзилась в дерево, оно затрещало, и дверь распахнулась. На пол упал кусок дверного косяка.
Бабушка, стоявшая за дверью, отшатнулась и едва не упала, но Аверин ее подхватил.
Уложив бабушку в кровать, он сел в кресло напротив.
— Может быть, вы скажете правду? Совсем недавно вы хотели исповедаться. Не настало ли время облегчить душу?
Бабушка молчала, поджав губы.
Минуты две стояла напряженная тишина.
А потом в дверях появился Василь в домашнем халате. Вероятно, он принимал вечерний душ. С изумлением он посмотрел сначала на искореженную дверь, потом на брата.
Аверин только развел руками:
— Ты тут сетовал намедни, что я никого не слушаю. И вот я, готов.
В дверях появился Анонимус с Мишей на руках. Значит, насчет объекта защиты Аверин не ошибся. Посмотрев на фамильяра, Аверин прикоснулся пальцем к губам. Тот в ответ едва заметно кивнул.
— Так… что случилось? Гера? Бабушка? — Василь продолжал с недоумением осматривать комнату.
— Мне бы тоже хотелось это услышать. Но вот беда, бабушка не желает говорить.
— Ух ты, — воскликнул Миша, — а кто сломал дверь?
Аверин мельком взглянул на Кузю — тот уже принял облик нормального кота.
— Вы все, — надтреснутым голосом вдруг заговорила бабушка, — оставьте меня, наконец, в покое. Выйдите из моей комнаты!
Анонимус немедленно перешагнул порог, но остался стоять в коридоре.
— Но, бабушка, — начал было Василь, но потом махнул рукой и тоже вышел.
 
— Гера, подожди, — бабушка подняла руку.
Аверин подошел к кровати.
Она взяла его за руку и сжала ее.
— Гера, я прошу тебя, оставь это дело. Если мне суждено умереть, я умру. А ты сломаешь жизнь тем, кого любишь. Ты ведь любишь свою семью, Гера.
— Да, бабушка. Я люблю свою семью. Но я не хочу, чтобы моя семья и дальше жила в этом кошмаре. И если кто и ломает чужие жизни, то это точно не я.
Она вздохнула и отпустила его руку. И Аверин тоже вышел из спальни.
— Василь, иди к себе, — устало произнес он, — и Мишу забери. Пусть они с Кузей поиграют. Мы тут сами разберемся.
Кто бы ни прятался в парке, если бы он хотел напасть, то уже бы это сделал. Но бдительность сохранять нужно в любом случае.
Анонимус нехотя отпустил Мишу. И тот, схватив в охапку кота, последовал за отцом.
— Рассказывай, только быстро, кто это был.
— Див. Сильнее меня на уровень или два. Он прятался под маскировкой и следил. Кот, вероятно, учуял его запах. Ваш див мог погибнуть мгновенно, но всё равно поднял тревогу, — в голосе Анонимуса послышались нотки чего-то, похожего на уважение.
— Так. И что сделал ты?
— Он быстрее меня, я бы не смог его поймать. Поэтому я бросился к дому, чтобы защитить… его жителей. Сейчас я настроился не только на дом, но и на весь парк. Пока не чувствую никого постороннего.
— Хорошо. Маскировка, говоришь. Хорошая?
— Очень. Он был в нескольких метрах от меня, но я ничего не почувствовал.
— А сейчас? Может ли он проникнуть в парк?
Анонимус замер, словно прислушиваясь к чему-то.
— Думаю, нет. Теперь я настороже.
— Отлично, вот что. Послушай меня, Анонимус. Я знаю, что не очень тебе нравлюсь. Но скажи, ты доверяешь мне?
Фамильяр склонил голову, не раздумывая.
— Тогда я не буду приказывать, я тебя прошу. Будь здесь и охраняй бабушку. Я помню, что бабушка сказала тебе убираться, а Василь подтвердил. Но речь идет о защите. И ты отлично знаешь, как работают приоритеты.
Анонимус молча кивнул. И, подумав немного, добавил:
— А кто будет защищать Мишу? Ваш див храбрый, но очень слабый.
— Я, — пожал плечами Аверин, — я не буду спать сегодня, и в придачу поставлю свои ловушки. Давай сделаем так. Ты расположишься на первой этаже, а я на втором, рядом со спальней Миши. У меня больше шансов защитить его, потому что тебе придется сразу вступить в бой, один на один, а я могу поднять щит и продержаться до твоего появления. А втроем мы точно справимся.
«По крайней мере, я на это надеюсь», — подумал Аверин. Этот неизвестный див спутал все карты. Или он, Аверин, ошибся, или…
Или див не имеет никакого отношения к истории с отравлением. В самом деле, странно было бы травить кого-то при помощи дива седьмого или восьмого уровня.
— Да, кстати, — вспомнил он, — Анонимус, ты хотел сказать мне что-то важное.
Лицо Анонимуса изменилось. Он как будто смутился и уставился в пол. И вроде даже покраснел. Аверин никогда не видел его таким.
— Вы правы, — пробормотал он, — потом. Сейчас не стоит об этом.
— Так. Я опять должен тянуть клещами?
— Ваше сиятельство, — взмолился Анонимус, и на его лице отразился то ли страх, то ли что-то очень похожее, губы задрожали. — Я клянусь, это не имеет никакого отношения к ее сиятельству. Это… дело очень давних дней. Я вам обязательно расскажу. Но… позже.
— Ясно, — Аверин вздохнул. Ему начали уже надоедать все эти семейные тайны. — Оставайся тут. Я пойду поставлю сигнализацию.
Он повернулся, чтобы уйти.
— Ваше сиятельство, — остановил его тихий голос фамильяра.
Он оглянулся.
— Простите, что не смог защитить Аркадия Филипповича и Елену Ивановну… — едва слышно проговорил Анонимус.
— Я… простил, — он запнулся, — давно уже простил.
Аверин направился к выходу. Ночь предстояла нелегкая.