Тень ястреба (СИ)

Наместник произнес еще одну торжественную речь с религиозным смыслом и пригласил всех собравшихся к столу, где сказал еще многое.
— Прекрасен тот факт, что ваше прибытие, совпало с проведением крупнейшего за всю совместную историю Рунаборга и Агенориды парада, — сказал он. — Надеюсь, что этот парад, также послужит ключом к открытию нового этапа отношений между Рунаборгом, Осванной и Агеноридой.
Хаилин ответил:
— Я уверен, что парад Рунаборгской теократии, послужит предзнаменованием, продолжительного и взаимовыгодного сотрудничества, между нашими странами. Надеюсь, что все разногласия и трудности, возникшие в последнее время, удастся разрешить взаимовыгодно.
Решению разногласий было отведено особое время. Настало три часа дня, наместник, представитель, главнокомандующий армией Агенориды, грегорбоннский бургомистр и еще несколько человек собрались в небольшой уединенной зале для переговоров.
Темный зал освещала огромная люстра с газовыми рожками. Стены украшали щиты с гербами всех Агеноридских владений, а в конце зала стояли выше человеческого роста часы с маятником. Центр комнаты занимал длинный, темный стол, окруженный десятью креслами. Когда-то здесь собирались бургомистры и князья Агенориды.
Наместник Истериан Пьескуиндор чуть отодвинул кресло с высокой спинкой, принадлежавшее императору и сел во главе стола. Позади него висел пустой щит. Когда-то на нем красовался герб империи Теллуров — золотое древо с пасущимися под ним животными. Старый герб спешно удалили, а новый — Рунаборгский, нарисовать еще не успели.
Бирон Бененгрей и Дорий Филипп Эйрингросс сели в кресла с противоположной стороны стола, в оппозиции. По правую руку от наместника сел бургомистр Грегорбонна — Джон Граег, а по левую село трое других людей. Про них Дорий знал только то, что все они были подменными дворянами. Два кресла остались пустыми.
— Господин, Эйрингросс, Господин Бененгрей и остальные присутствующие, объявляю первое заседание, чрезвычайной комиссии по решению Грегорбоннского инцидента открытым. И сразу передаю слово господину, Бирону Бенегрею, новому представителю Осваннской промышленности.
«Он, уже заведомо называет это аварией, — подумал Дорий. И будет пропихивать это Бененгею».
— Благодарю вас, наместник, — заговорил Бирон Бенегрей. — Прошло более 30 лет с момента появления первого осваннского предприятия на территории Агенориды. За это время было открыто 18 крупных фабрик и 9 заводов, добыто более 700 тысяч могм группинита и 900 тысяч могм траумарина, а число произведенных едениц продукции в потребительском сегменте исчисляется милионами экземпляров. Совместная агеноро-осваннская продукция, в Валлервене приобрела репутацию качественной и надежной. И это не может не радовать. Однако… — Бирон Бененгрей недоговорил фразы и взглянул на Джона Граега — бургомистра Грегорбонна. Его, видимо, больше интересовала не речь, а темная лакированная поверхность стола. Бургомистр методично водил по ней ногтями, отчего раздавался мерзкий скрипящий звук. Бургомистр поймал на себе взгляд волчих глаз и моментально вжался в спинку кресла.
Однако, — продолжил Хаилин. — Я с великим огорчением сообщаю, что за последние 3 года, тяжелая промышленность в Агенориде, уверенно стагнирует, а объем и качество выпускаемой продукции стремительно падают.
«И кто же в этом виноват, Бененгрей? И дураку понятно, что вся промышленность с приходом рун в дефикационном отверстии засела», — подумал Дорий Эйрингросс
— Виной тому служат как природные, так и человеческие факторы, — продолжал Хаилин.
«Ах вот он к чему клонит», — снова подумал Дорий.
— Главными месторождениями руд Тиматура, являются долина «Солнца и ветра» и земли Грегорбонна. К великому сожалению запасы группинита вечносферы на последней упомянутой мной территории, почти полностью исчерпаны. Без группинита, выплавка траумарина и других тиматуровых руд становится практически невозможной. Дальнейшее финансирование производств в Грегоррбонне, бо́льшая часть осваннских предпринимателей считает невыгодным, да и что уж там мелочиться, ущербным. Наши предприниматели вновь заинтересовались бы, вашими месторождениями, если бы стоимость перевозок, сократилась. Переправлять произведенное морем, через залив Элин, долго и дорого. Решением этой проблемы должна была послужить железная дорога «Грегорбонн — Порт Эрнбург — Фангорд». И строительство началось в начале 1746 года и должно было закончиться в этом году. Однако, как мы все можем видеть, менее 15 процентов всей дороги было построено. Безусловно, в этом нельзя винить правительство Агенориды или правительство Рунаборга, — сказав это, Бирон Бененгрей посмотрел на Истериана.
 
Наместник приторно улыбался, словно сидящие рядом реплиморфированые. Однако, Истериан, как представитель Рунаборгской элиты не являлся таковым.
— Причиной этого послужила как трудноосваиваемая территории гор Аркафт, населенная опасными существами унку, так и боевые действия, — продолжал Бирон. — И в ближайшие годы, даже если правительство Рунаборга, решится повторно выделить на этот проект деньги, запуск железнодорожного снабжения не произойдет. В первую очередь, по причине откола от Агенориды северных земель.
Мы рекомендуем сперва вернуть долину «Солнца и ветра», или, по крайней мере, подписать торгово-производственный союз с Черным доминионом. Это будет отличным решением проблемы. Фангорд является крупнейшим месторождением группинита, а запасов траумарина в Грегорбонне хватит еще на много лет вперед. Это будет выгодно для обеих сторон!
— Господин представитель, — сказал Истериан, — мы ценим ваше мнение. Я понял, какую позицию заняла Осванна по отношению к агеноридским производствам. И мы сделаем все возможное, чтобы поспособствовать изменению этой позиции. Однако ради туманной надежды связать Агенориду. Кхе! — кашлянул наместник, — Связать железной дорогой, мы не готовы идти на уступки и подписывать официальные договоры с изменниками вроде Вальтера Скроне, неготовых принять идеалы новой веры! Мы выиграем эту священную войну и проследим за тем, чтобы самые активные и ярые противники новой веры, стали высокомотивированными рабочими и достроили железную дорогу! В конце концов, только тяжелым трудом совершенствуется душа!
— Господин, наместник, я просто передаю вам рекомендации от совета осваннских предпринимателей. Я в свою очередь, передам в Осванну вашу и рунаборга позицию.
Внезапно уши Бененгея настороженно задвигались. По залу опять разнеслось нетерпеливое постукивание. Наместник Истериан взглянул на бургомистра.
— Джон, прекратите!
Бургомистр посмотрел на Истериана и глупо улыбнулся, а затем было продолжил, но вовремя сообразил и прекратил.
— Извиняюсь, — ответил бургомистр все так же глупо улыбаясь. Казалось, что выражение его лица не менялось вовсе.
— Господин, Бененгрей, — наместник снова обратился к хаилину, — вы не закончили.
— Нам всем сейчас стоит решить другую куда как более важную проблему, господин Пьескуиндор, — обратился к наместнику Бененгрей. — Она напрямую влияет на отношения наших стран, и именно ради нее мы сегодня собрались. Речь о недавних происшествиях на фабрике «Герсонгер» и шахте «Чирэн».
— Напоминаю всем присутствующим, — начал наместник, — что в связи, с произошедшими неделю назад взрывами в шахте «Чирэн», была приостановлена добыча траумарина. После приостановки поставок траумарина, арахитовые и оружейные заводы, были вынуждены сократить производство более чем вчетверо. Однако, несмотря на это, произошла еще одна авария. Разлив Арахита на заводе Герсонгер.
Сегодня, в нашем совещании поучаствует еще один особый гость — бургомистр Грегорбонна Джон Граег. Наместник Истериан посмотрел на бургомистра, снова поглаживавшего поверхность стола, не дававшую ему покоя.
— Господин бургомистр, не могли бы вы назвать нам, что точно известно об авариях? Точное время, обстоятельства и ущерб.
— Кхм! — кашлянул бургомистр. — Господа, — обратился он ко всем присутствующим. — 20 числа, в 16 часов дня, — начал он, делая паузу после каждой фразы и глупо улыбаясь, — в южной части шахты Чирэн прогремел мощный взрыв. Точное число жертв установить не удалось. По примерным показаниям, около трех бригад. То есть человек 45–55. Вот… — добавил он и замолчал. Внезапно выражение его лица переменилось и стало каким-то злым и плаксивым одновременно. — Но также в южной части находился один из подземных складов, — продолжил он уже серьезно. — Из наиболее ценного там были… — бургомистр снова замолчал. Лицо вдруг стало имитировать ярость. — Там были ящики с ПАН лампами! И сумма ущерба исчисляется более чем в 16 тыс. риппэ! Это невосполнимая утрата, господа. Невосполнимая! Просто ужасно! — возбужденно вопил Граег.