Пси-ON. Книга V: Финал (СИ)

— Геноцид — это радикальное и недостаточно эффективное решение. — Лжебог качнул головой, сложив руки на груди. Император отметил, что к тому действительно словно бы понемногу возвращались свойственные человеку, а не живому манекену рефлексы. — Планета уже находится на том уровне, когда ничего нельзя отыграть назад. Концентрация Пси слишком высока, и даже уничтожь я сейчас девяноста процентов людей — это не остановит надвигающийся коллапс. Разломы продолжат открываться, а оттуда к нам постоянно перетекает Пси. Закрывать их вручную — только откладывать крах всего.
  
— Значит, в этом плане ничего не поменялось. — Алексей Второй на секунду сжал веки, поморщившись. — Что тогда? Освоение новых миров?
Не-Геслер хмыкнул… и кивнул:
— После того, как я возьму планету под контроль, людям придётся поступиться своими интересами и начать контролируемую экспансию. Это не панацея, и даже на девственно-чистых планетах однажды начнёт расти концентрация Пси, но так удастся выгадать ещё больше времени на поиск и претворение в жизнь окончательного решения «пси-проблемы». — Лжебог повернул голову, вперив взгляд в цесаревича. — Владимир, ты понимаешь, что услышанное тут не должно стать известно кому-либо? Если не уверен в себе, я запечатаю эту часть твоих воспоминаний.
— Я не из болтливых. — Цесаревич сглотнул, едва заметно подавшись назад. — Почему ты в первую очередь решил объявиться именно здесь, Артур?
— Это очевидно, но я всё равно отвечу. Империя — оптимальный плацдарм. Император знает меня, а я — его. Империя знакома мне изнутри куда лучше любой другой страны. А политический вес Империи и её позиция на мировой арене позволят значительно форсировать исполнение задуманного: у нас не так много времени.
— Сколько? — Император был краток.
— Первые проблемы — три года. Катастрофический их уровень — семь лет. После агония планеты растянется на десятилетия. Без моего участия катастрофу можно ожидать уже через пять лет. Но я не собираюсь доводить до неё, потому как это серьёзно подорвёт шансы популяции на выживание.
— Популяции? — Цесаревич вздел бровь. — Ты говоришь о людях так, словно они для тебя просто зверьки?
— Неверно. — Уголки губ Не-Геслера чуть приподнялись, немного не дотянув до «ухмылки». — Люди — мой проект. И от этого проекта зависит, продолжите ли вы существовать как вид, или Он начнёт всё с чистого листа. Тут не до игры в мораль, Владимир.
Слово взял Хозяин Трона.
— И чего ты хочешь от меня? Я не смогу просто передать тебе власть, даже если очень захочу. Будут восстания, бунты, появится сопротивление…
Лжебог качнул головой и, подняв руку, жестом призвал Императора к тишине.
— У меня есть опыт управления крупными структурами «из тени», и я собираюсь масштабировать его на всю планету. С тем лишь отличием, что я сам выступлю главным аргументом на тему того, почему от моего предложения не стоит отказываться, а все мои приказы необходимо исполнять незамедлительно и со всем тщанием. — Внимательный взгляд оказался направлен на Хозяина Трона, который, конечно же, понял намёк. — Если и этого будет мало, я намерен прибегнуть к точечной ментальной обработке. Есть способы сделать так, чтобы заполучить лояльность и не нанести непоправимого вреда когнитивным способностям даже крепкого волей индивидуума.
Алексей Второй медленно выдохнул, позволяя себе один-единственный порыв раздражения:
— Значит, если мир не подчинится добровольно, ты перехватишь управление силой. Плавно. Методично. Без огласки. — Мужчина невесело усмехнулся. — А ведь многие не подчинятся из принципа.
— Всё так. — Не-Геслер кивнул. — Прольётся много крови, но весь мир не готов к правде. Паника будет слишком разрушительной, если обнародовать истинное положение дел «для всех». Аналогично и с попытками подать происходящее как божественное вмешательство. Поэтому сначала — элиты. Закулисно. Тет-а-тет.
— Ты будешь просто появляться рядом с каждым высокопоставленным политиком и разговаривать? — Уточнил Император, сделав пару шагов в сторону и опустившись в ближайшее кресло. — Буквально разговоры наедине, без телепатического контакта и демонстрации силы? Я почти уверен в том, что это не сработает.
— Главы крупнейших государств осведомлены обо мне и о том, на что я способен. Едва ли они достаточно безумны для того, чтобы сходу вступать со мной в прямую конфронтацию, Император. Штаты, Единый Китай, Индия, Бразилия, крупнейшие страны Европы, Панарабский блок — по меньшей мере первые несколько дней они будут наблюдать, но не действовать. Тем более я предоставлю им не только ультиматум, но и своего рода выбор, подкреплённый фактами, которые можно будет проверить даже с возможностями человечества.
Владимир не сдержал нервной усмешки:
— Только стран — сотни, Артур. Даже если крупнейшие со своими «вассалами» примут тебя всерьёз, то остальные обязательно пойдут в противоход.
— Тогда мне придётся напомнить людям, почему во все времена правили и направляли по праву сильного. — От тона, которым это было сказано, холодок пробежал даже по хребту Императора. Вновь сжав веки, мужчина спустя секунду задал следующий вопрос.
— И какой у тебя к ним посыл?
Аватар прищурился:
— Предельно простой. «Подчиняйтесь, и будете спасены. Сопротивляйтесь — и потеряете всё». Естественно, до каждого эта мысль будет донесена в том виде, в котором конкретным индивидуумам её будет легче принять.
В отрезанной ото всего остального мира области повисло тяжёлое молчание. Что Алексей Второй, что Владимир не продемонстрировали ни малейших признаков удивления или напряжения, но в их же головах Аватар отчётливо видел страх, опаску и даже зачатки начавшего вырисовываться ужаса.
— Даже у малых стран есть то, с помощью чего они могут доставить немало неприятностей. Особенно если решат ударить первыми. — Император в силу своих способностей продолжал размышлять так же трезво, как размышлял бы сидя в своём защищённом кабинете.
— Ядерное оружие? Пси-атаки? Прямая интервенция? — Аватар пожал плечами. — Я — не страна, и даже не корпорация. По мне нельзя ударить первым, если я сам того не позволю. А спровоцированная моим появлением агрессия стран третьего мира по отношению к соседям — это допустимый риск.
— В худшем случае умрут миллионы, Артур. — Владимир нахмурился. — Я понимаю, что на фоне того, о чём ты говорил, это — считанные крохи, но всё же…
— Я не Он, друг мой. И я не вездесущ. В моих силах уничтожить сколь угодно много недовольных, одарить своих последователей или открыть врата к иным мирам. Но объять всё — нет. — Аватар смотрел на цесаревича столь пристально, что тот в какой-то момент отвёл взгляд. — Я соберу ядро, стержень своей власти из лучших среди лояльных. Политики, учёные, логики, социологи, псионы, военные, управленцы — новая архитектура правления будет опираться на людей, а не только лишь на меня.
— И ты действительно позволишь нам что-то решать? — У Императора не возникло даже мысли о том, что он не войдёт в этот «круг избранных».
— У меня нет большого желания лично контролировать всё, что не относится к моему плану напрямую, Император. И это значит, что лояльным мне людям придётся самолично управлять шаткой, только что созданной всепланетной структурой, пока я буду заниматься вопросами, требующими моего личного участия.
— Это обнадёживает. — Алексей Второй медленно кивнул. — В таком формате у людей будет куда меньше причин для недовольства.
— Ты переоцениваешь человечество. — Аватар усмехнулся. — Я ожидаю серьёзного сопротивления таким переменам. Людям свойственно поступать логике вопреки.
  
— И когда ты планируешь начать?
— Мы уже ведём переговоры, Император. Я в деталях объяснил тебе, что, как и почему. Теперь выбор за тобой: принятие нового мира и оказание мне содействия во всём, или смерть. Во втором случае Империи будет тяжко, но Владимир справится, пусть и не без потерь. — Артур дал и Императору, и его сыну понять, что он продумал наперёд оба варианта. — Твой выбор?..