Пси-ON. Книга V: Финал (СИ)

И это сработало бы, не сумей Артур защитить своё тело, которое он, стоило признать, ещё в «той» жизни стал считать попросту неуязвимым.
— Достаточно. — Голос Артура прозвучал тихо для всего мира, но оглушительно для тех, кому он предназначался. — Иллария Блум. Ты проиграла. Но и заинтересовала меня при этом. Я готов дать тебе шанс принести человечеству пользу. Что же до тебя, Гудмен…
  
Одного лишь телекинеза с телепатией пополам было недостаточно для того, чтобы противостоять не настроенному шутить Лжебогу. Лишившись разума точно по щелчку пальцев, тело мужчины рухнуло на бетон уже бездыханным.
— … то твоя кончина была предопределена уже давно. Твой ответ, Иллария?
Иллария медлила. Тишина после грохота скоротечного боя, проходящего сразу в двух плоскостях, давила на уши и звенела в висках таким звоном, которому под силу было пронять и покойника. Она стояла или, что вернее, едва держалась на ногах посреди крыши соседнего с обрушившимся здания, подсознательно стремясь залатать многочисленные трещины, образовавшиеся, казалось, в её собственном естестве.
Временный отказ от тела — это не трюк жалкого фокусника. Это был прыжок в бездну, продиктованный верой в свои силы… и отчаянием столь великим, что инстинкт самосохранения в те короткие секунды забился в самую дальнюю щель. Её разум, только что бывший мириадом ледяных игл и лезвий в крови Лжебога, теперь с трудом поддерживал жизнь в собственном, израненном физическом сосуде. В горле стоял стойкий привкус металла, виски сдавливала обручем мигрень, а пальцы непроизвольно подрагивали, не позволяя даже коснуться браслета на запястье, который только и мог, что послать сигнал «SOS» остальным «столпам».
Перед глазами женщины всё ещё стоял образ: её Лёд, готовый разорвать Лжебога изнутри… и тот ослепительный всполох реальности, что сжёг Лёд дотла, а её вышвырнул прочь, будто ненужный сор.
«Это был мой предел. И всё равно недостаточно…» — мысль была горькой, лишённой даже тени самоуничижения констатацией факта. Она видела тело Рафаэля, распластавшегося у её ног. Помнила, где нашла свой конец Эйши. Два столпа Штатов, силы которых было достаточно, чтобы держать в страхе половину мира, а остальных — заставлять задумываться о том, стоит ли что-то предпринимать против гегемона. Теперь они мертвы.
Прихлопнуты, словно мухи, за которыми так долго следили, но лишь сейчас соизволили встать, взять свёрнутую в трубочку газету и избавиться от вредных насекомых.
Лжебог не двигался. Он парил в воздухе, словно изваяние, и на бронёй со шлемом нельзя было разглядеть, чего ему стоила последняя атака Илларии. И стоила ли вообще, ведь он не содрогался от боли, не гневался — лишь молча ждал ответа.
Это молчание напоминало о пропасти между ними. О том, что её сердце сейчас продолжало биться исключительно по его воле. Ей была предоставлена отсрочка, но и она не продлится вечно. А предложение, сделанное этим чудовищем, в силу которого многим, — и павшим «столпам» тоже, — было сложно поверить, стало сродни выбору между жизнью и смертью.
Принеси пользу — или умри. И никакой иной подоплёки.
«Принести человечеству пользу…» — его слова, эхом бьющиеся в сознании, казались женщине чьей-то насмешкой. Какое может быть ему дело до человечества? До Штатов? Он пришёл диктовать условия, ломая хребет их «вечному и незыблемому» суверенитету. И он же — катастрофа в облике человека.
И всё же, поступки его, как бы странно это ни звучало, удивительным образом синергировали с не далее как десять минут назад озвученным ультиматумом и недавним, сделанным лично Илларии, предложением.
Геслер закрывал разломы по всему земному шару какое-то время. Мелкой гребёнкой прошёлся по преступности в мире, истребив столько синдикатов и корпораций, что хватило бы на небольшую страну. Остановил цунами, возникшее после исчезновения воронки и грозящее даже Штатам. Согласно актуальной информации, начал двигаться в сторону объединения стран Востока в нечто цельное и жизнеспособное. А теперь — этот ультиматум о запрете конфликтов. И, весьма вероятно, что-то ещё.
Что-то, до чего они не дослушали… и теперь последняя выжившая была вынуждена принимать решение, отталкиваясь от неполной информации.
Вертолётов вокруг стало больше, и среди них начали мелькать сугубо гражданские машины. На периферии сознания Иллария отметила, что, вероятно, сейчас по всем телеканалам во всём мире транслируется эта картина: сравнительно небольшие, для боя таких масштабов, разрушения, два трупа «столпов» гегемона… и третий «столп», уповающий на милость победителя.
— Жалкое зрелище… Кха! — Скопившаяся в лёгких кровь вышла наружу плотным, почти чёрным комком. — Ты правда говоришь о пользе, Геслер? Уничтожив моих соратников, обрушив Объект-22 и выдвинув ультиматум?..
Внутренний стержень, укрепившийся за долгие годы жизни, требовал умереть, но не преклониться. Гордость псиона, десятилетиями ковавшего свою силу в тренировках, боях, интригах и лабораториях, была того же мнения, не желая растворяться в страхе и смирении.
Но холодный, переживший Ад разум, тот самый, что позволил ей достичь шестого ранга и выглянуть за его пределы, рисовал иную картину. Возвращал из прошлого давно позабытый, замещённый подавляющей силой принцип: «Жить любой ценой». Десятилетия спустя она встретила того, кого её лучшая атака, её шедевр, заставил лишь задуматься и притормозить на несколько секунд. И это при том, что он изначально игрался с ними, что стало предельно ясно после небрежной, но милосердной расправы над Рафаэлем.
Она подняла голову, и взгляд, обычно острый и смертоносный, задрожал при виде мерцающего стекла визора шлема.
— Какую пользу я могу принести тебе, Лжебог, кроме как послужить третьей мишенью для демонстрации силы?
Артур Геслер слегка наклонил голову. Визор его шлема оставался непроницаемым, но в его позе и самой ауре читалось намерение взвесить, оценить и рассудить.
— Твои способности уникальны, Иллария Блум. — Отметил он ровным, спокойным голосом, в котором, тем не менее, прозвучало признание. — Способность сознательно разрывать связь между пси-центром и мозгом, возможность на время отказываться от физической оболочки… Это выход за пределы известных рамок псионики как науки. Бесполезный в противостоянии со мной, но бесценный в ином…
Он медленно спланировал на крышу, коснувшись ногами испещрённого выщербинами бетона в нескольких шагах от неё.
— Человечество стоит на краю. Не войны. Пропасти иного рода. Я уже поведал об этом Империи и Китаю, они приняли мои доводы безо всяких боестолкновений. Вы же не сочли необходимым меня выслушать, а я решил, что избавиться от наиболее агрессивных и категоричных элементов будет не лишним. — Лжебог наклонил голову, будто бы пытаясь заново оценить принятое им самим решение. — У людей как у вида лишь один шанс спастись, Иллария Блум. Экспансия. Освоение новых миров с уникальными условиями жизни на каждом. Это потребует исследований, адаптации и создания механизмов защиты от угроз, которые обычные люди могут даже не заметить. Твои же навыки… могут спасти тысячи, и в перспективе — миллионы. Возможно, целые миры.
— Ты ведь не собирался оставлять меня в живых, верно? Тебе нужен был показательный бой, в котором ты бы раздавил защитников Штатов, точно тараканов… — Иллария прищурилась, силясь без прямого контакта считать хоть что-то. Но Артур Геслер оставался для неё даже не глухой стеной, а пустым местом в плане телепатии и биосканирования.
— Изначально тебе была уготована роль жертвы. — Он медленно кивнул. — Но продемонстрированные тобой способности заинтересовали меня. И теперь у тебя есть шанс, Иллария. Воспользуешься ли ты им?..
  
— Мои «коллеги» этого не примут.
— У них не будет выбора. — Отрезал Лжебог. — Ты всё поймёшь, когда будет организована вторая, должная пройти более плодотворно, встреча. И твой ответ?..
— У меня ведь тоже нет выбора, Артур Геслер. — Женщина едко улыбнулась. — Я принимаю твоё предложение…