Зеркало Горгоны (СИ)

Такого оскорбления Элен вынести уже не могла. Она протопала на каблуках по кабинету и пулей вылетела из него, хлопнув дверью так, что было слышно, наверное, во всем многоэтажном здании Brennan Corp.
Том проводил ее долгим, насмешливым взглядом. Кронберг ухмылялся, думая о чем-то своем.
- Ну как? - спросил Том своего новоиспеченного помощника, словно ребенок, ожидающий похвалы от взрослого. - Мне кажется, я неплохо ее отшил.
- Ты был великолепен, - Матиас поднялся, встал за креслом Тома, положил руки ему на плечи и поцеловал в затылок. – Так же действуй и дальше.
- Знаешь, Мэт, я давно мечтал от нее избавиться, - задумчиво сказал Том. - Но я понимал, что просто не смогу этого сделать. Она сильнее. Она держит в своих руках все нити управления. Все ключевые посты занимают ее люди.
- Со мной ты сильнее, чем она, Томми, - прошептал ему Кронберг на ухо так, словно признавался в любви. - Со мной ты сумеешь ее одолеть. Она уже чувствует, что теряет почву под ногами. Она нервничает, а значит, начнет делать ошибки. Скоро все поймут, что она вовсе не так сильна, как кажется. И все ее лизоблюды побегут к тебе.
- Мэт, теперь ты сам знаешь, на что она способна, - обеспокоенно проговорил Том. - Она едва не убила тебя… И я бессилен что-либо предпринять!
- Тсс, - снова целуя Тома, прошептал Кронберг. - Она так и не решилась это сделать, а значит, проявила слабость. Всему свое время. Мы заставим ее заплатить за всё.
- Мэт, я честно скажу тебе: мне страшно. Скелтон - на ее стороне. А он контролирует службу безопасности и даже мою личную охрану, - закрыв глаза, бубнил Том.
- Ты ошибаешься, Том. И она ошибается. Скелтон ни на твоей, ни на ее стороне. Он - на своей стороне.
- Он - ее любовник!
- А ты - ее муж. Ну и что? Сейчас Скелтон трахает твою супругу, а через месяц прибежит подставлять тебе свою задницу. Вопрос в том, нужна ли тебе его задница.
- Ты знаешь, чья задница мне нужна, - с улыбкой проворковал Том, за что был награжден новым поцелуем.
Слова Кронберга были елеем для ушей Тома, который сейчас боялся своей супруги даже больше, чем обычно, и старался встречаться с ней как можно реже. Он даже переехал в загородный дом, тот самый, где устроил сцену ревности Матиасу. И, само собой, Матиас тоже поселился там. Элен оставалась в городском доме вместе с сыновьями - Джастином и Стивом.
В войне со своей супругой Том отправил Кронберга на передовую. По большому счету, отправлять на передовую Тому больше было некого. Он был королем на шахматной доске, а король - самая слабая фигура. Его супруга была ферзем, причем ферзем вражеским. А Кронберг стал для Тома пешкой, которой предстояло пройти в дамки и стать его личным ферзем. Если пешку, конечно, не сожрут по дороге.
А сожрать Матиаса очень хотели. Ему приходилось очень трудно. Прежде всего, Элен постаралась не допустить новоявленного помощника на 11-й этаж, где располагался ее кабинет, а также кабинет Тома. Секретари и ближайшие помощники располагались на этом же этаже, но Элен делала все, чтобы чертов Кронберг получил место на десятом этаже, где располагались «обычные» вице-президенты и весь их штат, а еще лучше – еще где-нибудь ниже. Эта попытка была пресечена Томом, который потребовал, чтобы Кронбергу выделили место в небольшом кабинете, выходившем в приемную президента корпорации. В этом небольшом кабинете уже располагался помощник Бреннана по оперативным вопросам Майк Дукакис (этнический грек с хитрыми глазками). Разумеется, появление в своем кабинете еще одного обитателя он воспринял без восторга, хотя и не подал виду. В целом же, появление нового помощника Кронберга вызвало нездоровый ажиотаж в штате секретарей и помощников на 11-м этаже.
Все уже знали, кем на самом деле является молодой красавчик, говоривший по-английски с сильным акцентом. Пристрастие босса к молодым людям ни для кого в офисе не было секретом, хотя об этом считалось небезопасным говорить вслух. И в том самом PR-департаменте, который теперь курировал Матиас, была специальная группа сотрудников, в задачу которой входило отслеживать и пресекать слухи, а главное – публикации в СМИ, касавшиеся похождений босса. Эта группа контролировалась и направлялась железной рукой Элен и, надо сказать, вполне справлялась со своей задачей. Все попытки желтой прессы подобраться к Тому Бреннану отражались уже на дальних подступах. В СМИ хорошо знали, что любая публикация на эту тему грозит не только многомиллионными исками, но потерями выгодных рекламодателей, благо связи в деловом мире у Бреннанов были отменными. И не только в деловом мире.
 
Появление Кронберга в качестве помощника босса раскололо на два лагеря секретарей, помощников и даже высший менеджмент корпорации. Раньше все было просто: рычаги управления находились в руках Элен Бреннан, а босс довольствовался исполнением церемониальных функций. С тем, что корпорацией фактически руководит Элен, все давно смирились, а кто не смирился, тот оказался за воротами. Но многие ее тайно ненавидели и ждали момента, когда Горгона, после смерти Бреннана-старшего захватившая власть в финансовой империи и теперь державшая ее в стальных тисках, наконец, споткнется. И теперь все очень быстро поняли: Горгона, наконец, споткнулась. Ситуация стала выходить из-под ее контроля. В мощной крепости появилась брешь. И эту брешь пробил 25-летний сопляк Кронберг.
С его появлением босс, прежде имевший репутацию ленивого сибарита и сластолюбца, озабоченного только амурными похождениями и красивой жизнью, неожиданно изменился. Он стал вникать в дела корпорации, и не просто вникать, а активно в них вмешиваться. Теперь он принимал решения, которые далеко не всегда совпадали с мнением его всесильной супруги, а порой прямо им противоречили. Нередкими стали случаи, когда Элен узнавала о том или ином важном решении постфактум, чего прежде и помыслить было невозможно.
Самым тревожным было даже не то, что Том Бреннан вдруг приобрел вкус к власти. Нет, его решения выглядели вполне разумными, обоснованными, но Элен видела, что в дальней перспективе они противоречат интересам корпорации. Гигантский корабль, прежде неторопливо и уверенно двигавшийся по извилистому, но проверенному фарватеру, вдруг пошел напрямик через акваторию, где неизбежно должен был напороться на подводные рифы. Элен отчаянно пыталась отвернуть штурвал, но в него вцепился ее муженек, подстрекаемый Кронбергом. Конечно, гигантская Brennan была выстроена более чем разумно и имела хорошую “защиту от дурака”. Но вот борьбы на капитанском мостике эта защита никак не предусматривала, а именно эта борьба и началась. Корабль Brennan вроде бы по-прежнему уверенно двигался вперед, но по корпусу начали пробегать почти незаметные вибрации, то и дело стали происходить пока незначительные сбои в механизмах, вызванные отчаянной борьбой за штурвал.
Красные лампочки тревоги уже начали мигать, но возжаждавший власти Том ничего не замечал. Элен же все замечала. Но оторвать мужа от штурвала оказалось не в ее силах. Муж выслушивал Элен со скептической и самодовольной улыбкой и говорил тоном, которого она прежде никогда от него не слышала:
- Я принял решение. Я сам в состоянии оценить его последствия. Твое дело – следовать моей стратегии.
Элен видела, что почти потеряла влияние на своего супруга. Хуже всего, что это видели и другие. Когда Элен попыталась сколотить коалицию из вице-президентов, руководителей ключевых департаментов и служб, то оказалось, что безоговорочно ее поддерживает лишь около трети высшего менеджмента Brennan и членов совета директоров. Еще треть колебалась, не обозначая четко свою позицию и выжидая, чья возьмет, чтобы вовремя присоединиться к победителю. Еще треть заняла откровенно враждебные Элен позиции.
Такая же ситуация была и на 11-м этаже – среди помощников и секретарей президента и первого вице-президента корпорации. Пусть это были всего лишь технические сотрудники, но их близость к «первым телам» зачастую играла бОльшую роль, чем позиция иного из вице-президентов. Обычная болезнь любой структуры власти, где личный телохранитель, стилист или массажист повелителя оказывается могущественней любого министра.