Зеркало Горгоны (СИ)

— Выбирай, — повторил Матиас.
— Ты будешь меня любить?
— Я тебе сказал: люблю сильных, властных, богатых. У тебя сейчас есть только богатство. Сила и власть дадут тебе шанс. Без них у тебя шансов не будет. Ты останешься с тем, что у тебя есть. Но не со мной.
— Ты мне нужен! — повторил Том, как завороженный глядя на Матиаса.
— Но я тебя не люблю, — серо-голубые глаза Матиаса холодно смотрели на Тома.
— Ты полюбишь, — упрямо заявил Том. — Ты сам хочешь власти, я же вижу. И я тебе ее дам.
Глаза Кронберга загорелись холодным огнем, от которого Тому стало жутко. Он прильнул к губам Матиаса, ему хотелось слиться с ним воедино, словно это физическое единение и впрямь могло подарить ему власть и силу, которых он жаждал. Матиас внушал Тому невольный страх, от него исходила какая-то опасность, но одновременно он притягивал к себе, словно магнитом. Том до безумия хотел обладать этим молодым, сильным хищником. Он уже обладал им, но всякий раз Матиаса приходилось завоевывать заново. Дело было не только в физическом сопротивлении и даже не столько в нем. Было в Матиасе что-то непостижимое, недоступное, что не поддавалось ни познанию, ни тем более покорению. Нечто тайное, какое-то сокровище. И желание обладать этим сокровищем, которого, может быть, и не существовало вовсе, выливалось у Тома в жажду физического обладания, жесткого секса, проникновения глубже и глубже в роскошное, упругое тело молодого любовника.
Страх и вожделение разрывали Тома, и они же влекли его к Матиасу, который сейчас лежал на нем. Тяжесть молодого, горячего тела опьяняла Тома, никогда он не испытывал ничего подобного с так любимыми им хрупкими, изящными юношами, с готовностью подставлявшими ему свои маленькие попки. Он обхватил руками мускулистые, упругие ягодицы Матиаса, и зарычал. Он хотел туда, внутрь, в горячую, опьяняющую тесноту, которая потом взорвется фонтаном наслаждения. Он вжимался в Матиаса, упиваясь его телом, а тот стискивал Тома со всей силы. Это был не ласковый секс, к которому привык Том, это было спаривание двух самцов — жесткое, сильное, безжалостное.
Матиас резким и сильным движением выпрямился и сел на четвереньки, с улыбкой глядя на лежавшего на спине Тома, а затем принялся медленно и уверенно насаживаться на его стоявший колом член. Том застонал, чувствуя, как его член все глубже входит в любовника, а тот, опершись на плечи Тома, быстро и резко задвигался, стремительно доводя Тома до экстаза и сам вскрикивая от удовольствия, когда член Тома задевал у него внутри бугорок простаты. Движения становились все более частыми и резкими, на лбу Матиаса сверкали бриллиантовые капельки пота, глаза горели алчностью и похотью, и это все сильнее и сильнее заводило Тома, который чувствовал, что еще немного, и он не выдержит этого сумасшедшего танца. Матиас наклонился к его лицу, Том чуть поддался вверх, и их губы снова слились в жадном поцелуе, язык Матиаса проник в рот Тома и уверенно ласкал его десны. В этом сексе Том чувствовал себя ведомым, хотя и выступал в активной роли. Ему казалось, что это он подчиняется Матиасу, а не Матиас ему, и это странное подчинение ему нравилось, хотя обладание Матиасом, его телом, снова ускользало от него.
— Да, да, да, давай, давай, — выкрикивал Том, изнемогая от страсти, от сумасшедшего темпа, который задавал его любовник — сильный, горячий жеребец, не отрывавший от него своих глаз и буквально впечатавший его в ложе сильными руками.
Почувствовав приближение оргазма, Том взвыл от наслаждения. Его накрыло горячей мощной волной неописуемого блаженства, уносившей его в океан наслаждения, в котором он тонул, забывал обо всем, в котором он чувствовал себя мужчиной. Именно мужчиной. Пусть всего на несколько мгновений. Но оно того стоило.
— Мэт, ты… ты… чародей, — прошептал Том. — Я хочу побыть в тебе. Не поднимайся. Останься так. На мне. А я — в тебе.
Матиас улыбнулся одними губами, глаза его снова были холодны. И Тому захотелось, чтобы этот лед растаял, чтобы взгляд стал иным.
— Кончи мне на живот, — проговорил он. — Я хочу, чтобы ты кончил мне на живот. Хочу увидеть, как ты это делаешь.
 
Матиас отрицательно покачал головой.
— Я хочу, — сказал Том. — Я еще ни разу не видел, как ты со мной кончаешь.
Это было, как ни странно, правдой. Еще ни разу во время их секса Том не видел, как Матиас бьется в оргазме.
— В свое время, — холодно улыбнулся Матиас. — Все будет. Будет.
Он осторожно приподнялся и упал на спину рядом с Томом, глядя куда-то вверх и думая о чем-то своем. Матиас был здесь, но в то же время отсутствовал. И Тому отчаянно захотелось привязать его к себе. Любой ценой, каким угодно способом.
— Мэт, — проговорил он, — Милтон ведь предлагал тебя в свои заместители.
— О, сейчас самое время обсудить перспективы моей карьеры, — криво улыбнулся Матиас.
— Мэт, — упрямо продолжал Том, — я хочу, чтобы ты работал со мной.
— Так же как сейчас? — в голосе Матиаса звучала нескрываемая ирония.
— Ты мне нужен не только в постели. Ты мне нужен и в моей фирме.
— А, хочешь приобрести «два в одном». Настоящий бизнес-подход.
— Мэт, тебе не нужно становиться заместителем Милтона.
— Я и не собирался им становиться, — презрительно заметил Матиас.
— И правильно. Пусть Зак сам кувыркается как хочет. Ты нужен мне в качестве моего личного помощника. Советника. Мне нужно, чтобы ты был рядом, — проговорил Том, в голосе которого вдруг зазвучала так несвойственная ему твердость.
Матиас приподнялся на локте и посмотрел на своего любовника с нескрываемым удивлением.
— А ты, оказывается, скор на решения, Бреннан, — заметил он. — Не ожидал от тебя такого.
— С тобой я становлюсь другим, — не без самодовольства произнес Том.
— Другим? — гладкое лицо Кронберга оставалось неподвижным. — Другим, говоришь… Но что ты обо мне знаешь кроме того, что я умею отлично трахаться? Или этого уже достаточно, чтобы стать твоим помощником и советником? Ты и других своих помощников по такому же принципу подобрал? А вице-президентов?
— Мэт, не принимай меня за идиота, — скривился Том. — Да, я знаю, многие меня считают слабаком, которым крутит его жена…
— И у них есть все основания для этого, ты не находишь? — безжалостно заметил Матиас.
— … и мне это не нравится, — сквозь зубы продолжал Том. — Поэтому мне нужен ты. Я сразу почувствовал, что ты — именно тот…
Он неопределенно взмахнул рукой, пытаясь подобрать нужные слова.
— …тот, кто тебе нужен, — равнодушно закончил за него Матиас. — Ясно.
— На самом деле я не так уж мало знаю о тебе, — проговорил Том.
Матиас метнул на любовника быстрый, настороженный взгляд.
— Обо мне? — голос парня стал тусклым и невыразительным.
— Ну, не о тебе лично, а о твоей работе. О твоей фирме. Я же вел с десяток совещаний, на которых обсуждались дела берлинского филиала. В тонкости не вникал, но помню, ситуация была трудной, поэтому в памяти отложилось. Твоя фирма A2V тогда оказала неоценимую помощь внешней экспертизой, анализом ситуации и предложенными решениями. Зак был прав, благодаря тебе и твоим парням мы выправили ситуацию, продажи стали резко расти, рынок все больше стал ложиться под нас. В конце концов, Зак не просто так хочет перетащить тебя в Brennan, да еще предлагает тебе неплохой пост. Но ты заслуживаешь большего. Ты будешь моим личным помощником, аналитиком, стратегом. У тебя отлично получится, Мэт. И это откроет перед тобой шикарные перспективы.
— А как на это посмотрит твоя драгоценная супруга? — губы Кронберга искривились в недоброй ухмылке.
— А вот тут я рассчитываю на тебя, — Том многозначительно прищурился и посмотрел на Матиаса.
Тот продолжал улыбаться — холодно и алчно. В его серо-голубых глазах плясали огоньки торжества. Так смотрит хищник на жертву, которая сама идет ему в когти.
***
Гавайская идиллия была прервана появлением Элен. Прилетев на Гавайи на собственном бизнес-джете, она тут же помчалась на виллу. Еще по пути из аэропорта она потребовала от службы безопасности информацию о том, что в данный момент там происходит. Элен всегда внимательно изучала донесения разведки, чтобы точно знать, куда и как именно нанести удар. И это позволяло ей побеждать в многочисленных сражениях с врагами и конкурентами.