Седьмой царевич. Том 4 и Том 5 (СИ)

— На вид — вы совершенно правы. Но если пустить на него ток… — с довольной улыбкой проговорил Вячеслав и, подсоединив два контакта от батарей, врубил электричество. Несколько секунд ничего не происходило, а потом камень начал медленно светлеть, пока не стал совершенно прозрачным. Только очень мутным. — Вот! Мы с вами буквально сидим на острове из электрочувствительного полимера!
  
— Погодите. Хотите сказать, что это… — я не успел договорить, как камень выхватила Юля.
— Мы сидим на миллиардах! — воодушевлённо выкрикнула княжна Серебряная. — Свят, мы обогатимся, просто вынося отсюда камни!
 Глава 29 
Глаза Юли прямо горели от азарта, а вот меня волновало совершенно иное. Если она в первую очередь думала о прибылях, уже рассчитывая, что первые этажи зданий можно строить из прочного и подстраивающегося по освещению полимера, без стен как таковых, то передо мной стоял другой вопрос.
— Сколько электричества понадобится, чтобы сделать прозрачным пятнадцатиметровый купол?
— На этот булыжник у нас ушёл почти весь заряд банки, — махнул в сторону аккумулятора Вячеслав. — Сколько точно — это нужно у физиков спрашивать, мы тут другими вопросами занимаемся.
— Жаль… — прикрыв глаза, выдохнул я. — А что с вашими компетенциями? Уже нашли общий язык с местными племенами?
— Меньше чем за месяц? Вы, должно быть, шутите, молодой человек? У нас, конечно, есть успехи, но не за такой же срок! — искренне возмутился Кронозоров.
— Погоди, Николай, не разочаровывай зря князя, — попытался внести каплю позитива Щепкодробов. — На самом деле нам есть чем похвастаться! В первую очередь, мы поняли, что в окрестностях нет останков, при том что живых особей, названных вами мураками, хватает.
— Это очень занимательный факт, но чем он для нас важен?
— Конечно же устройством кладбищ и общества в целом! Их культура, ближе всего к островитянам, выросшим в очень узкой пищевой нише. Всё идёт в дело! У них крайне ограниченный ореол обитания, в котором они никогда не были сверххищниками. Но при этом они самые разумные из местных обитателей. Ну, после нас.
— Это не сложно, учитывая, что тут кроме нас, мураков и паразитов никого нет, — пожав плечами, заметила Настя.
— Да нет же! Вы просто невнимательно смотрите! За наше недолгое пребывание мы только насекомых обнаружили пятнадцать видов! — возбуждённо ответил Вячеслав. — Уверен, где-то под землёй сохранились и грызуны, от популяции которых зависит население мураков!
— И какое это имеет отношение к нашей цели? — со вздохом раздражения спросил я. — Нам необходимо выяснить, где находится прародитель паразитов, и уничтожить его.
— Да нет же! Наша задача — исследовать этот удивительный и столь отличающийся от нашего мир, — активно жестикулируя, воскликнул учёный. — Вы что, не понимаете, какие гигантские перспективы это открывает для науки, культуры, истории и…
— Стоп. Это, конечно, очень важно, но меня сейчас волнует меньше всего. У вас десять дней, и если мы не выполним задачу, скорее всего, больше не сможем попасть в испытание, — указав на обелиск, сказал я, и оба учёных мужа напряглись. — Поэтому я спрошу ещё раз: как ваши исследования помогают нам решить задачу?
— Кх-кхм. Слишком мало времени, — хмурясь и потирая переносицу, ответил Вячеслав. — На подобные исследования нужны годы, десятилетия, чтобы изучить язык, найти общие точки соприкосновения и сделать разговорник.
— Что с рунами?
— Символы древних для мураков несут совсем иной смысл или вообще его не имеют, — тут же включился в разговор Кронозоров. — Уже сейчас можно с уверенностью сказать, что руны для них не имеют практического значения. И никогда не имели. Принципиально разные цивилизационные подходы. У них не было войн, доспехов, оружия — максимум копья, да и те скорее как охотничий инструмент. Никаких луков, пращей, дубин. Своими маленькими лапками и коготками они вполне справляются с добычей меньше своего размера. А более крупных, как технопаразитов, они не смогу победить, даже если дать им огнестрельное оружие.
— Именно! Мы на пороге открытия принципиально новой цивилизации, нечеловеческой, с иными ценностями, мышлением и прочим, — вторил ему Щепкодробский. — Они охотники-собиратели, но это всё, что есть у нас общего.
— Хорошо. Я переформулирую задачу. Постарайтесь максимально сосредоточиться на выяснении трёх вещей — где самые крупные паразиты? Скажите муракам, что мы сможем их уничтожить. Второе — где может быть прародитель? Ну и третье, скажите, что если они покажут нам дороги, которыми ходили их хозяева, мы дадим много еды.
— Их хозяева? Хотите сказать, люди этого мира? Но если мы вытесним их идентичность своими запросами, эта уникальная цивилизация…
— Доктор, хватит! У вас три дня, на три вопроса. Ещё раз! Если мы не выполним задание, то можем больше никогда сюда не попасть, вы это понимаете? И даже если вдруг вы решили здесь остаться навсегда, скорее всего, никакой связи с землёй не будет. Вам нужны исследования ради исследований? Когда вы ни с кем не сможете ими поделиться?
— Но… — нахмурился учёный. — Хорошо, я вас понял.
На этой позитивной ноте общение с исследователями у нас практически закончилось. Мне их негатив был предельно понятен. И всё же наша задача, выросшая из того, что действие обелиска было совершенно не прогнозируемо, вышла на первый план. Я даже забросил попытки освоить воздушную стихию и сосредоточился на уничтожении тварей в местах их скопления. Благо это было отличной возможностью для тренировки остальных членов команды.
— Хана, пли! — скомандовал я, когда обнаружил одного из крупных монстров в раковине, больше всего напоминающей грузовик. В отличие от нашего мира, тут маскировка сколопендр работала против них, ведь когда видишь почти целую технику посреди разрушенной улицы, сомнений не остаётся.
— Сейчас… — выдохнула девушка, сплетая пальцы в сложной печати. Миг, и с её ладоней вырвалась золотая метровая стрела, умчавшаяся к твари. Раздался грохот, металлическая поверхность обзавелась тридцатисантиметровой дырой, но чудищу на такую рану было почти наплевать.
Тварь, неестественно быстро для таких размеров, выбросила ноги в стороны и, развернувшись к нам, понеслась вскачь. Двадцать крупных отливающих металлом лап, заканчивающихся метровыми спицами-когтями, несли монстра со скоростью под тридцать километров, совершенно не замечая никаких преград.
— Настя, завесу на морду! Тим, готовься! — приказал я, сам чертя в воздухе Таран. Секунда и передняя часть твари скрылась за кипящим туманом, пусть довольно небольшой площади, но девушка уверенно удерживала облако вокруг глаз монстра, не давая ему сориентироваться, а потому и удар она пропустила.
Таран вошёл в основание лап на правой стороне, обломав сразу две и подкосив остальные. Чудище сбилось с ритма, повернулось на месте и понеслось в другом направлении, но в этот момент у Насти закончились силы и, выдохнув, она опустила руки.
— Туча, жди! Хана! — приказал я, вновь сплетая таран.
— Да когда уже… — пробормотал Тимофей, пальцы которого замерли в напряжении, последнее движение было почти закончено, и теперь руки парня начало сводить. — Может, я лучше заново создам?
— Жди! — снова приказал я, посылая таран следом за баллистой. Два удара прилетели почти одновременно. Первый оставил на морде твари пробоину, из которой тут же хлынула серая кровь, смешанная с какими-то ошмётками. Второй на мгновение затормозил монстра, заставил присесть, но это продлилось лишь секунду.
  
— Тим, давай! Юля, готовься! — успел приказать я, и вокруг нас вспыхнул золотой купол, покрытый сотнями шипов.
Чудовище, врезавшееся в него на полном ходу, тут же получило десяток глубоких порезов и на мгновение отпрянуло, но в сразу начало бить по куполу своими ногами и клешнями, пытаясь добраться до нас.
— Юля…
— Знаю! — раздражённо ответила княжна. Ей приходилось одновременно сплетать две параллельные печати, что требовало куда больше сосредоточенности, но когда она закончила, воздев руки к небесам и резко присев, результат оправдал все ожидания. Метрах в ста над нами появился гигантский камень, обрушившийся на монстра с ужасающей скоростью.