Седьмой царевич. Том 4 и Том 5 (СИ)

Поймав древко, я поднял его в воздух, вместе с вцепившимся в него Пушистиком. Мурак шипел, плевался слюной и отчаянно махал лапами в попытке достать меня хоть когтями, хоть зубами. Я же просто встряхнул хорошенько копьё, а когда охотник упал на землю на все четыре лапы, прижал его ладонью, не позволяя вывернуться, а затем взял за шкирку и поднял в воздух.
— Хана, как кошаков наказывают? — спросил я, с трудом удерживая питомца.
  
— Ну, можно пнуть… — угрюмо проговорила девушка, а потом быстро добавила: — Но я против насилия над животными!
— Ещё варианты?
— Можно побрызгать водой. Что-то я не видела, чтобы она им нравилась.
— Настя, поможешь? — попросил я, ведь дёргавшегося мурака держать так, чтобы он не вывернулся и не исполосовал меня когтями, становилось всё сложнее.
— Без проблем, — ответила подруга, и вокруг Пушистика начал концентрироваться туман. — Боже, насколько же у нас тут с водой проще!..
— Чудовища, уроды, дылды! — продолжал шипеть Шасшр, барахтаясь, но с каждой секундой у него это получалось всё хуже. Он отчаянно сопротивлялся, но шерсть слипалась, капельки стекали вниз, хвост стал облезлым и тонким, а глаза ему постоянно приходилось щурить.
— Мряфр, — обратил я на себя внимание, разрешив шаману поднять глаза. Выводить в воздухе символы оказалось не слишком простой задачей, как для меня, так и для него, но вроде шаман меня понимал. — Объясни остальным, что с ними будет, если они будут себя плохо вести.
— Боги милостивы! Они позволят нам жить, если мы подчинимся! — закричал старейшина, и оставшиеся стоять охотники медленно, не сводя с вожака взгляда, опустились на колени. А тому становилось всё хуже, влажность воздуха была такой, что ему едва хватало кислорода для дыхания.
— Мряфр, ты будешь старшим, пока я не решу иначе. Любой, кто не подчинится, будет отправлен обратно. Мы не жестоки, но жестки и справедливы. Возможно, вам никогда не стать равными богам, но вы сможете отстоять право своего народа на хорошую жизнь. Ну а кроме того, пусть Шасшр расскажет, как с ним обращались, пока он не напал на своего благодетеля во сне. Ты понял, Мряфр?
— Я увидел ваши слова, светлый! — кланяясь проговорил Мряфр, и я бросил промокшего до корней волос охотника к ногам шамана.
— И чего он пропищал? — тихо спросила Хана, когда я отошёл от племени мураков. — Уверен, что они тебя поняли и выполнят хотя бы половину?
— Ты не слышала, как они обсуждают своё прошлое. Похоже, мы все ошибались: они не владельцы разрушенного мира, а лишь питомцы. Бывшие… сколько-то там сотен тысяч лет назад.
— Лишку не хватил? Сотен тысяч? — удивлённо посмотрела на меня Юля.
— Да нет, капитан в принципе прав, — возразил ей Туча. — В нашем мире до Сопряжения лишь в египетском захоронении были найдены таинственные саркофаги, шестиметровые! Раньше считали, что там хоронили быков, хотя останков не было, и только после Сопряжения стало ясно, что это захоронения Древних.
— И к чему ты это? — выгнув бровь, поинтересовалась княжна.
— Возраст, — пожав плечами, ответил Тим. — Три-пять тысяч лет до нашей эры. Берём разницу во временных потоках, умножаем на сорок — получается, что в том мире Древние вторглись примерно двести тысяч лет назад. А нет, стоп… от двухсот до трёхсот!
— Обидно… Остались от человечества только домашние кошки. Вернее, уже не домашние, — оглянувшись на мураков, произнесла Настя.
— Это не так важно, главное, что там тоже было человечество. Те, кого эти тварюшки называют «дылдами», — отмахнулся я. — С большой долей вероятности именно люди отстроили ту область, а погибли, похоже, в результате предательства. Во время кризиса последних из выживших перебили мураки. Во сне.
— Вот же уродцы, а выглядят такими милыми, — по-другому взглянула на мураков Настя. — Как так вышло?
— Результат селекции. Как с мопсами и прочими домашними питомцами, — предположила Хана. — Те тоже миленькие, хотя предок у них — волк. Вы упускаете главное — они разумны, а значит, просто обозлены. С ними нужно хорошо обращаться, кормить, ухаживать и тогда…
— И тогда однажды ночью они придут и ткнут тебя под рёбра копьём, — закончил за неё Тимофей, показав на свою ногу. Хана, жалобно посмотрела на остальных, ища поддержки, но тёплых слов у нас для неё не было.
— Что со связью? — меняя неприятную тему беседы, спросил я. — Нужно сообщить дружине графа Краснодарского, что мы раздобыли им лучших поисковых псов из возможных.
— Котиков, — поправила меня Хана, взглянув исподлобья.
— Без разницы, нужно определить для них место, и перестать с ними возиться. Нам хватит шестерых, — сказал я, глядя на сгрудившихся мураков. — Так что со связью?
— Не ловит, — скуксившись, проговорила Настя.
— А у меня есть связь. — с достоинством, даже с некоторой гордецой, сказала Юля, показав свой спутниковый телефон. — Сейчас позвоню родителям, и можем связаться с кем хотите.
— В начале дела, семья подождёт, тем более что нас не было шесть часов.
— Извини, но в начале — семья, — чётко обозначила свою позицию княжна и отошла в сторону, набирая номер.
Спорить с таким подходом я не стал, сам такой. Семья всегда должна быть на первом месте, и если можно что-то для неё сделать — надо это делать. К сожалению, я для поисков матери сейчас вообще ничего предпринять не могу: ни власти, ни денег для этого у меня нет. Пока нет. Зато есть перспективы, которые звонок Юли лишь усилит.
— … ты не поверишь, мам, я получила второй знак! — радостно и с гордостью сказала княжна. — Да! В два раза сильнее! Теперь я точно могу одолеть брата!
— Ты поэтому разрешил ей звонок? Мотивация родственников? — с понимающей ухмылкой спросил Тим.
— Скорее нативная реклама. Пусть мы говорили о секретности, я в неё не верю. А так уже завтра самые влиятельные и богатые люди империи, а может, и мира, будут торговаться за место в следующем потоке.
— В следующем? — с опаской уточнил Туча. — Будешь брать деньги за обучение?
— Да. Правда, мне это не интересно. Пока что, — спокойно ответил я товарищу, прекрасно понимая его переживания. — Гораздо важнее, что они смогут оказать мне услугу. Одну, очень конкретную.
— Твоя мать? — догадалась Настя. — Думаешь, они помогут её найти?
— Кто бы её ни похитил, у него должна быть цель. Деньги, влияние… если честно, я сам не понимаю, зачем это было делать. Это бред! Она не представляет такой ценности, чтобы в её похищении участвовали профессионалы, которых была целая команда. Даже если учитывать получение мною титула.
— Может, она просто была самой лёгкой из доступных мишеней? — спросил Костя. — Она же в коме, значит, точно не сможет опознать своих похитителей.
— Там был подкуп врача, угон скорой, уничтожение видеозаписей и жучков, обход патрулей и так далее. Для этого нужна, по крайней мере, одна команда профессионалов. И много денег, — возразил Тимофей, который всегда был чуть сообразительнее, чем Алабай, хоть и куда менее активным и целеустремлённым. — Только вот, прости, Свят, но я тоже понятия не имею нафига это делать. Она не так ценна, чтобы привлекать такие ресурсы.
— Без обид, я того же мнения, — пожав плечами, ответил я. — Так что мой лучший вариант — получить что-то, за что можно будет торговаться.
— Да уж. Я и забыла о том, что вопрос стоит так остро, — проговорила Настя. — Вроде десять дней прошло, а будто несколько месяцев.
— А в результате всего шесть часов, — кивнул я. — Так что мы вообще ничего не потеряли в этом мире, могу поспорить, имперские следователи даже не начали толком копать. К сожалению. Но можно их подстегнуть одним звонком.
  
— Наговорились? — спросила довольная княжна, нажав «отбой» на сотовом. — Кому звоним в первую очередь?
— Твоим родителям, но ты это уже сделала, так что во вторую — набери графу Краснодарскому. Телефон приёмной есть?
— Лучше! Услышав о моих успехах, мама дала его личный номер! — произнесла Юля, набирая цифры. — Что мне ему передать?