Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Только в полночь на второй день Квентин встрепенулся и вошел в большой зал. Там оставался лишь десяток рыцарей, замерших, как каменные статуи, вокруг гроба. По углам зала горели факелы, едва освещая Короля. Квентин поднялся на усыпанную цветами платформу и встал на колени рядом с телом. В мерцающем свете черты лица Короля были расслаблены и спокойны; если бы не неестественная неподвижность, сторонний наблюдатель решил бы, что Король спит. Исчезли следы болезни, которая так истощала его благородное тело в последние недели. Исчезли морщины заботы и беспокойства, избороздившие его лицо. Казалось, годы смахнуло крылом время. Квентин увидел молодого Эскевара с темными волосами, зачесанными назад. Высокий лоб был гладким, нос благородной правильной формы над твердым ртом. Жесткий рисунок челюсти смягчился, показывая человека, пребывающего в мире с самим собой, а подбородок с ямочкой говорил о непоколебимой воле человека.
  
Король лежал в доспехах, шлем, как и положено, под левой рукой. На груди – меч, правая рука на рукояти. Извивающийся дракон на нагруднике короля мерцал в свете факелов. Синий королевский плащ, отороченный серебром и золотом, скреплен на шее золотой цепью и любимой брошью – королевским драконом. Эскевар, казалось, готов был встать и немедленно скакать на зов трубы.
Квентин склонил голову, и горячие слезы упали на гроб. Он так живо вспомнил время, когда он видел короля таким же, захваченного злыми чарами Нимруда. Чары некроманта удалось разрушить, и Король-Дракон снова начал жить свободно. А сейчас король лежал под властью куда более мощного колдовства, со временем забиравшего всех людей, от которого не было освобождения.
Квентин услышал тихие шаги позади и почувствовал легкое прикосновение к плечу. Он поднял глаза и увидел королеву Алинею, одетую в черную соболью накидку. Она смотрела на него сверху вниз, зеленые глаза были двумя глубокими озерами печали, но сияли еще прекраснее от сострадания.
– Я два дня хотела увидеть тебя, сын мой. – Королева говорила мягким голосом, и ее тон странным образом успокоил мятущееся сердце Квентина. Он молчал. – Твоей вины тут нет. В конце концов он выбрал свой путь, как делал всегда. Он хотел умереть, служа королевству, которое любил больше себя. А такая любовь требует высшей преданности. В первую очередь он был Королем, и только потом человеком.
– Благодарю, моя госпожа. Твои слова пришлись очень кстати. Я спокоен и не стану винить себя, хотя пришел сюда именно с этим. Теперь я знаю, что путь определился для него давно. И другого он не хотел бы.
– Посмотри на него, Квентин. Посмотри, как он обрел мир в смерти. Он ее не страшился, поскольку много раз оказывался сильнее ее. Больше всего он боялся, что его королевство погибнет у него на глазах, и он не сможет его спасти. Вот что терзало его по-настоящему все последние дни. Но он и здесь победил, в конце концов.
– Вы очень хорошо знали его, королева Алинея.
– Знала? Ничуть не лучше любого другого. Но я любила его всем сердцем. И он любил меня, по-своему. Но король не принадлежит себе или своей семье. Он принадлежит своему королевству. Это было глубоко личное чувство. Никто другой его бы не понял. Он умер за Менсандор, как и жил для Менсандора. Но было в его судьбе много такого, чего не знала даже я. Долгие годы войны отняли у нас больше, чем время. Бывало, ночами я кричала от одиночества. Я страстно хотела ощутить сильную руку мужа, чтобы он прижал меня к себе и успокоил. Но не было руки. Эскевар сражался за свое королевство. Но даже вернувшись, он не позволял себе ни минуты покоя. Он изучал каждый отдаленный уголок Менсандора, выискивая признаки слабости или угрозы. Однажды, словно в извинение, он сказал мне: «Если ты хочешь узнать меня, узнай сначала мое королевство». Он был Менсандором, его жизнь принадлежала стране.
Квентин смотрел на мертвого монарха и думал о том, что он многого не знает об этом человеке, усыновившим его.
– Теперь, когда он мертв, что будет с его королевством? – подумал он вслух.
– Королевство будет жить с новым Королем-Драконом, – тихо произнесла королева. Она наклонилась над телом мужа и сняла брошь и цепочку с драконом. Затем она повернулась и подняла Квентина. – Для тебя эта ноша будет куда тяжелее золота, мой дорогой. Но он хотел, чтобы она стала твоей.
Квентин медленно перебирал пальцами золотую брошь, которой королева застегнула его плащ.
– Я ведь по-настоящему никогда не был его сыном. Как бы я ни любил вас обоих, как бы ни был благодарен за вашу доброту ко мне все эти годы, я не достоин носить корону.
– Тогда кто достоин?
– Возможно, его законный сын…
– Ты же знаешь, у Короля не было наследника мужского пола.
– Для меня всегда было странным, что человек, так высоко ценивший свой трон, так легко готов расстаться с ним, – пробормотал Квентин.
– А он с ним и не расстается. Видишь ли, Брия родилась как раз перед тем, как Эскевар отправился на войну с Голиафом. Когда он узнал, что у меня уже не будет других детей, а его единственный потомок – девочка, я ждала, что он рассердится, и предложила отказаться от короны, чтобы он мог взять другую жену, но он не хотел об этом слышать. Он сказал, что доверяет богу, который им правит, и что когда придет время он пошлет наследника. И больше мы не возвращались к этому разговору. Поэтому, когда он выбрал тебя своим подопечным, я уже знала, что он нашел наследника. Как он понял это, не могу сказать. Но он увидел в тебе что-то, что его несказанно обрадовало.
– Я думал, это всего лишь королевская прихоть, моя леди. Не то чтобы я не был вне себя от радости, получив столь высокую милость. Я любил его, любил Аскелон, но мой дом – Декра. Он должен был это знать.
– Это не важно. Он думал только о твоем счастье. Он знал, что когда придет время, ты оправдаешь его надежды и ожидания, он доверял тебе безгранично.
– Очень хочу надеяться, он не ошибся. Я молюсь, чтобы он не ошибся, – сказал Квентин.
Алинея посмотрела на неподвижную фигуру короля и, глубоко вздохнув, наконец отвернулась, протягивая Квентину руку.
– Он не ошибся, сын мой. Все так, как должно быть, как он хотел бы. Вот увидишь.
Квентин бросил последний взгляд на тело Короля и вышел с Алинеей под руку. Их шаги эхом раздавались в темном зале, и когда они ушли, снова наступила тишина.
* * *
Следующим утром тело Короля перевезли в Кольцо Королей, родовое место упокоения монархов Менсандора, расположенное среди зеленых стен Пелгринского леса.
Похоронный кортеж из рыцарей и дворян верхом и верных подданных пешком, медленно продвигался по наспех расчищенным улицам Аскелона. Горожане стояли среди пепелищ своих домов, прощаясь со своим государем. Квентин ехал на Блейзере, рядом с Алинеей, позади погребальной повозки. Брия и Дарвин следовали за ними, а дальше ехали Тейдо и Ронсар, возглавлявшие процессию дворян. Над процессией плескались знамена и вымпела. Во главе кортежа вздымался собственный штандарт Короля-Дракона.
День выдался на удивление погожим, кортеж следовал под синим небом, кое-где украшенным белыми облачками. Прохладный ветер освежал летний воздух и уносил печаль далеко-далеко, хотя у многих на глазах поблескивали слезы. Солнце освещало последний путь Эскевара, ветер трепал волосы Короля, его доспехи ярко горели на солнце.
Эскевара положили в одном из курганов внутри Кольца, в том самом кургане, который Квентин нашел его много лет назад, спасая Короля от коварного плана Нимруда. Здесь было чисто и ухожено стараниями Освальда, камергера королевы.
  
Эскевара уложили на ту же каменную плиту, застелив ее меховыми покрывалами. Рядом лежали его любимые вещи. Люди в последний раз посмотрели на Короля, гробницу запечатали, а вход засыпали землей. Квентин не стал стоять и смотреть, а взял лопату и помогал землекопам. Когда все было кончено, он отвернулся и больше ни разу не оглядывался.
Когда похоронная процессия выходила из зеленой тишины Кольца Королей, навстречу вышла группа лордов во главе с Вертином. Дворяне низко склонили головы в седлах и уставились на Квентина, который шел рядом с королевой, держа ее за руку.