Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Да могли бы! Могли бы еще сегодня ночью дать врагам растоптать нас! – гневно ответил Мирмиор. В его темных глазах сверкнул огонь. Он разозлился, повернул коня и ускакал, поглядывая на окружающих из-под насупленных бровей.
– Он говорит правду, – вздохнул Эскевар. – Мы с самого начала недооценили этого врага. Зачем же нам второй раз за день поступать неправильно? Отход в Аскелон – единственное лекарство от нашей болезни, мои лорды. У нас и так мало времени, чтобы подготовиться к осаде; так не будем тратить его понапрасну.
  
В Аскелон возвращались тихо. Когда армия вышла на равнину под замком, было уже темно. Луна еще не взошла, но зловещая Волчья Звезда ярко проливала холодный свет на землю. Этой ночью армия Короля-Дракона почувствовала вкус ее света. Сильные мужчины смущенно поглядывали на небо, потому что знали – наступает злой день.
Глава сорок четвертая
Переход через водопад мало чем отличался от прохода через стеклянный занавес. Там, где они вошли, вода падала не так сильно, как посередине. Зато сразу за водой их ждали каменные ступени, высеченные в скале, полого уводящие куда-то вглубь. Ступени были скользкими от воды, но достаточно широкими, так что при осторожности идти было нетрудно. Вскоре они пришли к своеобразному балкончику. Там их поджидали Квентин и Толи.
– Это и есть секретный рудник Арига! – воскликнул Квентин. Голос его звучал странно и глухо в просторном туннеле. – Вот, смотрите! – Левой рукой он указывал на ближайшую стену.
Инчкейт вгляделся. В туннеле было темновато, и все же он различил странные знаки, вырезанные в камне. Они светились бледно-золотистым светом. По форме знаки напоминали буквы, только неизвестного языка. Но они почему-то вызвали у оружейника мысли о людях, горах, бурлящем водопаде, реках, деревьях и полноте жизни.
Дарвин подошел к стене и провел пальцем по символам. Они были вырезаны четко, прямыми линиями, и ничуть не раскрошились со временем, как будто человек, вырубавший их в камне, только что отложил зубило.
Дарвин читал. «Это рудники Арига, друзей Земли и всех живых существ». Отшельник с улыбкой повернулся к остальным.
– Вот теперь я не сомневаюсь: мы нашли то, что искали. Пойдем дальше или дождемся рассвета и принесем наши инструменты, да и еду заодно? – Не стоило и спрашивать, достаточно было посмотреть на лица Квентина и Толи. – Ну и хорошо. Значит, пойдем сейчас. Но нам понадобится свет, так что все равно кому-нибудь придется сходить за факелами, а уж заодно захватить и еду.
– Мы с Толи сходим, – вызвался Квентин, – а вы подождите нас здесь. Мы скоро вернемся. – Они с Толи резво запрыгали по ступеням, перепрыгивая сразу через две.
– О, у нас появился шанс добрать немного сна от этой ночи, – рассмеялся Дарвин. – Скоро-то скоро, но не раньше, чем через пару часов. Пока до лагеря дойдут, пока соберут все нужное… Можем отдохнуть. Потом будет не до отдыха.
Они устроились у дальней стены. Дарвин быстро заснул, а Инчкейт закутался в плащ и вдохнул полной грудью прохладный, чуть отдающий затхлостью воздух. Но сон не шел, наоборот, он чувствовал себя довольно бодрым и все не мог отвести глаз от надписи, мягко сиявшей на противоположной стене. В ней не было ничего необычного, она просто указывала на очевидную вещь, но Инчкейт никогда не видел ничего столь необъяснимо прекрасного.
Крик заставил обоих мужчин вскочить. Дарвин потер глаза.
– Неужто они так быстро обернулись? Я только задремал…
Они с оружейником поспешили ко входу и через тонкий полог воды вышли в ночь. На верху уже светало. Холодная вода полностью разбудила Дарвина.
– Б-р-р-р! Довольно грубое пробуждение! – пробормотал он, медленно спускаясь по камням.
Квентин отвязывал тюки от лошади, а Толи вел другую, нагруженную инструментами.
– Да, мог бы и догадаться, – проворчал Дарвин. – Мало того, что они бегом бежали, так еще и лошади… Ладно, пора начинать. Работы много.
Инчкейт только кивнул. Он был странно молчалив с тех пор, как вошел в пещеру.
Следующий час они перетаскивали внутрь провизию и инструменты. Квентин со своей больной рукой чаще других бегал туда-сюда, настолько ему не терпелось посмотреть, что там дальше. Он понятия не имел, с чем встретится в рудниках, но одна мысль о том, что здесь когда-то работали Арига, значит, наверняка удастся увидеть творения их давно исчезнувших рук, придавала ему бодрости. Его мысли то и дело обращались к Декре.
Все свои пожитки они сложили в устье туннеля и начали откладывать то, что может понадобиться в первую очередь. Инчкейт настоял на том, чтобы нести свои инструменты, хотя даже просто ходить ему было тяжело. Дарвин уговаривал его, что силы ему понадобятся, когда придет время ковать меч, но Инчкейт ничего не желал слушать.
– По крайней мере, со мной будут мои инструменты, значит, никто их не тронет. А никто и не должен трогать, кроме самого мастера.
Наковальню, мехи и другую тяжесть оставили у входа в туннель. Наконец, можно было выступать.
– Еще одно, прежде чем мы пойдем, – сказал Дарвин. – Пока я вожусь с факелами, пусть каждый из вас выйдет наружу и посмотрит на долину во время рассвета. Мне кажется, что дневной свет мы увидим теперь не скоро. Мне хотелось бы, чтобы у вас остались приятные воспоминания, когда мы будем видеть одни факела, а вокруг нас будет тьма.
Не отказался никто. Все вышли наружу и долго смотрели на яркую зеленую чашу мирной долины. Утренний свет озарял вьющийся туман золотым сиянием, и горы в первых солнечных лучах стали отливать красным золотом. Шеннидд Веллин отражал синеву утреннего неба, покрытого легчайшими кружевами тонких белых облаков. Легкий горный воздух пах сладко и свежо, особенно по контрасту со стоячим воздухом туннеля. Однако Квентина снедало нетерпение. Он признавал правоту Дарвина, но рвался туда, вглубь, а разум его занимали совсем другие мысли, ему было не до красот долины.
Перед возвращением Толи задержался на пороге. Казалось, он хотел запомнить то, что видит, навсегда.
Один за другим они поднялись по мокрым камням ко входу в туннель. Один за другим раздвинули мерцающую завесу и вошли внутрь, в темноту легендарных рудников.
* * *
Эсме и Брия стояли на высоком балконе, глядя на ворота замка и город внизу, его здания сгрудились, как стадо робких овец в тени своего великого защитника. В это свежее утро тесные улицы бурлили, как река в половодье. По равнине от самой темной границы Пелгрина тянулась цепочка беженцев. Все они стремились к замку.
– Откуда их столько? – удивилась Эсме. – Там внизу и так уже полно народу.
– Ты права, – ответила Брия. – Слухи летят на орлиных крыльях, не так ли? Лорды только позавчера вернулись с битвы. А теперь люди уже тянутся к замку. Некоторым из них пришлось идти всю ночь, чтобы добраться сюда. На их месте я бы сделала то же самое.
Последние слова она произнесла таким безнадежным тоном, что Эсме повернулась и обняла ее.
– Брия, мы же с тобой друзья, ты и я. Разве нет?
– Да, конечно.
– Я должна сказать тебе кое-что, чисто по-дружески. – Эсме всмотрелась в лицо своей спутницы.
Брия не ожидала той прямоты, с которой обратилась к ней темноволосая красавица.
– Говори, конечно, – сказала она.
– Мы теперь королевские женщины, Брия. Нет у нас больше никаких девичьих дел. У тебя глаза есть, ты видела. Впереди у нас осада. Надо перестать думать о себе и начать думать о других в первую очередь. Мы должны быть сильными для наших мужчин, которые сражаются, для людей, которые будут искать у нас надежды и ободрения, и только в последнюю очередь для себя. Это нужно сделать ради королевства. Наша храбрость должна стать пламенем, зажигающим сердца людей вокруг. Таков долг женщины во время войны.
  
– Твои слова пронзают меня, подруга. – Брия смутилась. – Ты права. В последние недели я замкнулась в своем несчастье. С тех пор, как ушел Квентин… Да, я эгоистка. Я всячески показывала, что страдаю от судьбы, которая отнимает у нас наших любимых, хотя другие вообще потеряли всё. – Она снова подняла глаза на подругу. – Ты права. Больше никакого жеманства! Я постараюсь быть сильной, чтобы люди вокруг меня тоже набирались сил. У нас хватит другой работы. Я буду сильной, Эсме, обещаю.