Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ)
— Кха. — Вырвался изо рта убийцы Ивы болезненный кашель вместе со слюной.
Не смотря на подобные неудобства, враг без проблем приземлился на ноги и чуть проехался по полу назад. А уже в следующее мгновение ему пришлось защищаться от танто Какаши, что нацелилось вспороть ему брюхо. Все что убийце Ивы оставалось делать, так это защищаться и подставлять под удар собственный танто.
Вот только атака Хатаке была с подвохом. Стоило лишь двум танто оказаться в паре миллиметров друг от друга, как лезвие беловолосого резко вспыхнуло белым светом, а затем без труда прорезало оружие противника и полетело дальше. Убийца Ивы, хоть и успел понять произошедшее, отреагировал с опозданием. Вместо того чтобы разрубить противника пополам от пояса до плеча, лезвие Какаши проделало большой диагональный разрез по туловищу, что был не менее страшен. Оставляющее за собой хвост из белой чакры, танто с легкостью прорезало как плоть, так и грудную клетку. Рана получилась хоть и не смертельной, но кровопотеря от неё может убить за несколько минут.
— Тадаши! — Внезапно со стороны главного входа прозвучал надрывной девичий крик.
Пока трое убийц Ивы, а также часть собранного пчелиного роя, отвлекали на себя подопечных Минато, оставшаяся одна Хагивара… вернее Камизуру Каэдэ, отправилась к ульям, собирать всех пчел что находятся у неё в подчинении. И вот, сформировав гигантский рой пчел, она вернулась к поместью, собираясь направить на врагов всех своих пчел. Но, вернувшись, она застала сцену что разрушила весь её боевой настрой. От стоической маски на лице не осталось и следа. Вместо этого была маленькая девочка, пребывающая в ужасе, и со слезами на глазах. Казалось, что перед её глазами рушится весь мир. Её мир.
Откликнувшийся на имя, убийца Ивы, с распоротыми животом и грудиной, посмотрел в сторону Каэдэ. Вмиг, вся ненависть что отражалась в его глазах и была направлена на Какаши и Акиру, сменилась страхом.
— К-каэдэ-сама… — Слабым голосом, преодолевая боль, говорил Тадаши. — Бегите! — Что есть силы выкрикнул он девочке.
Убийца Ивы уже понял что с Хатаке и Узумаки им не справиться. В начале битвы ещё была надежда на то что они смогут устранить учеников Намиказе, а затем сбежать из Курашики. Но после продемонстрированных этими двумя навыков и уровня сил, надежды не осталось. Даже недавние слова Тадаши про побег, были скорее актом отчаяния.
Что-либо ещё сказать убийца Ивы не успел. Какаши воспользовался таким удачным моментом отвлечения врага и отделил голову Тадаши от тела.
— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — Уже не просто надрываясь, а полноценно срывая горло, закричала Каэдэ.
Слезы стояли у неё в глазах, в то время как ноги девочки подкосились и она упала на колени. Отсутствующим взглядом, Каэдэ смотрела как безголовое тело Тадаши заваливается и падает на пол.
В это же время, наблюдавшие за этой сценой Акира и Какаши, просто молчали. Из врагов осталась только Каэдэ, но оба по какой-то причине не спешили с её устранением. Наверное, все дело было в том что Камизуру, в своем нынешнем, сломленном состоянии, совершенно не выглядела опасной. Да и рой пчел, под её управлением, оставался неподвижен.
Долго так продолжаться не могло. Решив действовать, Какаши начал приближаться к Каэдэ неспешным шагом. В его руке все ещё был зажат танто, с которого капала кровь.
Каэдэ хоть и видела его приближение, но никак не реагировала. Лишь до того момента, как окровавленное лезвие танто не попало в её поле зрение. То самое танто, что срубило голову Тадаши. И его владелец.
Когда Хатаке был в пяти шагах от Камизуру, что-то щелкнуло в голове последней.
— А-А-А-А-А! — Внезапно закричала девочка, вскинув голову.
И Какаши и Акира опешили от этого крика, но затем Узумаки увидел, как чакра Каэдэ пришла в движение, отдавая один единственный приказ. Убить.
— Берегись! — Крикнул Акира в попытке предупредить.
Тщетно. Стоило Камизуру только закричать, как весь пчелиный рой пришел в движение, разбивая витражные окна и залетая внутрь. В один миг, все пчелы нацелили свои жала на главный объект ненависти их хозяйки.
Для Какаши было поздно что-либо делать. Миллионы пчел уже выстрелили в него а также по всей области возможного уклонения. Все что беловолосому оставалось делать, так это, согнувшись, прикрыть руками голову и туловище.
Первый залп Хатаке пережил, но паралитический яд в жалах уже начал действовать, заставив беловолосого свалиться на пол в бессилии, полностью открыв все уязвимые места. Следующего залпа он не переживет.
— Умри! — Прокричала девочка с ненавистью в голосе и во взгляде.
Второго залпа не случилось.
— Стихия Огня: Техника Волны Пламени! — Выдул Акира вверх широкую волну огня.
Это огненное ниндзюцу было способно охватывать большие пространства и сжигать по площади. Из минусов же, слабость самого пламени, что уступало даже Струе Пламени.
— Стихия Ветра: Техника Волны Ветра! — Выдул в этот раз клон Акиры, похожую волну.
Две волны из разных стихий смешались. Ветер раздул и усилил пламя. Получившаяся волна прошлась по рою пчел, выжигая насекомых. И если в прошлый раз пчелы смогли избежать атаки Акиры, просто отлетев в сторону, то сейчас, находясь под влиянием психически нестабильного хозяина, большая часть их роя была уничтожена.
Почувствовав как связь с её пчелами обрывается, Каэдэ немного пришла в себя и перевела взгляд на свой сгорающий рой. Это было её ошибкой.
Ещё до того как огненное ниндзюцу рассеялось, Акира рывком бросился к Каэдэ. Пусть Узумаки ничего не знал про клан Камизуру, но он мог предполагать что их дзюцу по управлению, схожи с кланом Абураме. И как в случае с членом клана Абураме, если его убить, то, оставшиеся без подпитки чакрой, насекомые также умрут.
Лишь в последнее мгновение Каэдэ опустила взгляд вниз, чтобы заметить как танто Акиры летело в сторону её груди. Сделать что-либо она уже не могла.
Лезвие без труда пробило грудную клетку девочки, разрывая её сердце. Но почему-то на её лице не было ни страха, ни ненависти. Лишь какое-то смирение.
Того же нельзя было сказать о её глазах. Столько разных эмоций проносилось в её взгляде. И Акира четко видел и различал эти эмоции, ведь Каэдэ перед смертью неотрывно смотрела в прорези маски своего убийцы. То что Узумаки увидел в этих глазах, заставило его содрогнуться.
Её сознание мутнело, как и картинка перед глазами. Не желая видеть перед смертью маску ненавистного врага, Каэдэ откинула голову назад глядя на танец языков пламени, что завис над головой.
И все же, не смотря на то что она умирала, Каэдэ решила оставить последнее слово за собой. Единственное о чем она сожалела, так это о том, что она не прибегла к этому раньше.
Нащупав в складках кимоно знакомый шарик, она из последних сил раздавила его рукой и пятиметровую область накрыл фиолетовый туман.
(П.А. — Вот и пришел конец отравителям Ивы. А вот какие будут последствия…
Поддержите автора на Бусти ( https://boosty.to/ualive). Там уже есть 20 дополнительных глав.)
Глава 130
Сознание возвращалось ко мне с большим трудом. Голова раскалывалась от боли, не позволяя ясно мыслить. Причем, болела не только голова. Все тело посылало сигналы о слабости, боли и ознобе. Было такое ощущение что меня сварили заживо, а затем выбросили тело на холод. Настолько ужасно я себя ещё никогда не чувствовал.
Откуда-то издалека, до меня доносились неясные звуки, но различить их я все так же не мог. Моё сознание ни за что не могло уцепиться, подавляемое непрекращающейся агонией.
Не в силах и дальше это терпеть, мой разум отключился и я провалился в спасительное забытье.
Следующее пробуждение было более приятным. В этот раз мое состояние было во много раз лучше, и лишь чувство слабости и истощение все ещё накатывали на меня.