Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ)

— Поэтому вы начали курить? — Последовал очередной вопрос от Рин.
— Мой учитель, после очередного подобного случая, протянул мне свою зажженную сигарету. Я тогда не стал противиться и, периодически покашливая, выкурил её полностью. А затем и следующую. — И вновь он присосался к фильтру, втягивая в себя едкий дым.
Рин больше ничего не говорила, решив перестать пытаться отучить старого ирьенина от курения. На самом деле, она поняла безнадежность своих попыток уже через несколько дней после их первого знакомства. Их препирательства по поводу курения были скорее шуточными чем серьезными. Но с другой стороны, сколько бы Рин не спрашивала почему Кадзуо-чан курит, не разу не получала ответа. До сегодняшнего дня. Что именно могло развязать язык старому ирьенину? Может события последних дней напомнили ему те далекие времена?
  
Из размышлений Рин вывел голос её недавнего собеседника.
— Кстати говоря, раз уж ты здесь и свободна. — Привлек Кадзуо-сан её внимание. — Не расскажешь мне о вашем новом пополнении в команде?
— Вы о Акире-куне? — Поинтересовалась куноичи.
— Не знаю его имени, но как я слышал, он подвергся негативному воздействию чакры биджу. Вот мне и интересно, где он и почему не лечиться от своих травм? — Сделал уточнение старый ирьенин.
— Это… сложный вопрос. — Кадзуо-сан промолчал, тем самым показывая что не торопит. — Как сказал сам Акира-кун, он является союзником Конохи а не подчиненным, и может поступать так как сам считает нужным.
— В том числе и игнорировать свое здоровье? — Скептично спросил старый ирьенин.
— Он владеет ирьениндзюцу, но применять его может только на себе. — Последовал ответ Нохары.
— Это конечно хорошо что он может о себе позаботиться, но травмы от чакры биджу это очень серьезно. В следующий раз, при встрече, приведи его ко мне на осмотр. В противном случае последствия могут быть плачевными. — Попытался он убедить Рин в необходимости озаботиться здоровьем Акиры.
— Вряд ли его получится убедить. Он очень подозрителен и никому не доверяет. — С печалью в голосе ответила Рин.
— Ты все равно попытайся, Рин-чан. — Вновь попросил Кадзуо-сан, с капелькой беспокойства в голосе.
— Хорошо, Кадзуо-сан. Я постараюсь. — Наконец согласилась куноичи.
Девушка понимала что старший ирьенин прав, и травмы от чакры биджу это не то с чем стоит медлить. Она постарается убедить Акиру позволить ей обследовать хотя бы руку, что и подверглась влиянию энергии демона.
— Тогда, я больше не задерживаю тебя. — Получив нужное ему согласие, он кивнул ей в сторону.
— Задерживаете? — Переспросила Рин, не сразу поняв что имел в виду старый ирьенин.
— У тебя же сейчас должен быть обход пациентов. — Подсказал он.
— Нет-нет. — Помотала она головой. — У меня сейчас перерыв… — Все тише говорила она.
Услышав слова куноичи, Кадзуо-сан достал из кармана штанов часы и показал на время Нохаре. Та, увидев стрелки часов, поняла что её небольшой перерыв уже закончился. А она даже не успела ничего перекусить.
— Я слишком с вами заговорилась. — Последовали возмущения от куноичи.
— Но не я же начал этот разговор. — Отмахнулся старый ирьенин от возмущений девушки.
Рин знала что он прав, но некоторое негодование по этому поводу все равно испытывала.
— Ладно. — Послышалось от Кадзуо-сана. Старик затушил окурок и, метким броском, метнул его в сторону далекой урны. И не промахнулся. — Нам обоим пора возвращаться за работу. — Оставив последнее слово за собой, старый ирьенин развернулся и зашагал в сторону входа в шатер.
Простояв пару секунд, смотря Кадзуо-сану в след, Рин также развернулась и отправилась на обход пациентов. Её путь не занял много времени, и вскоре она оказалась возле небольшой палатки, в которую и поспешила войти.
— Извините за вторжение. — Чуть пригнув голову, прошла она в палатку и села возле двух пациентов.
Почему эти двое находились в посторонней палатке а не в шатре лагерного госпиталя? Потому что раненых было слишком много. Госпитальный шатер просто не предназначен для содержания такого большого числа больных. Но выход нашелся, пусть и не стандартный. Всех тяжело раненых, кто нуждался в постоянном присмотре, разместили как раз в госпитальном шатре. В то же время более здоровых разместили по отдельным палаткам, в которых они и проживали.
Естественно в полном одиночестве их никто не оставлял, но и выделять шиноби для присмотра за ними было нельзя. Поэтому, в каждой такой палатке было минимум по двое шиноби, один из которых должен был быть с легкими ранами. Эти легко раненные, в случае если с их соседом что-то случиться, например осложнение, должны были выбраться из палатки и позвать на помощь ближайшего патрульного. Патрульный же должен был в таком случае быстро добраться до ближайшего ирьенина и привести его к больному. И пока что созданная система работала без нареканий.
— А, это вы доктор. — Вполне радушно поприветствовал её один из больных, в то время как второй крепко спал.
— Мне нужно провести осмотр. — Известила Рин их о своих намерениях.
— Конечно. — Согласился он а затем начал расталкивать своего соседа. — Просыпайся давай.
— Прекратите. — Попыталась Рин остановить его от таких неделикатных действий, но было уже поздно.
— Ч-что ты-ы. Ух-х-х-х. — От такого резко пробуждения, проснувшийся схватился за голову и начал постанывать. — М-моя голова-а.
Разбуженный больной был контужен осколком камня, что прошелся по касательной у виска. При первом обследовании он с трудом мог шевелить конечностями и практически не реагировал на световые и слуховые раздражители. За последние три дня его смогли привести в относительный порядок, но последствия в виде сильных головных болей и трудности с ориентацией в пространстве ещё оставались. Ему было предписано побольше отдыхать, а лучше и вовсе спать, ведь во сне мозг восстанавливался быстрее. Все же каким бы удивительным не было ирьениндзюцу, даже с ним было трудно вылечить повреждения такого сложного органа как мозг.
— Вы понимаете что натворили? — Принялась отчитывать Рин первого больного за такой необдуманный поступок. — Травмы головы это очень серьезно, и имеют риск привести к инсульту. Вы это осознаете? — Грозно вперила девушка взгляд в виновника.
— И-извините. — Сконфужено проговорил он.
— Надеюсь вы запомните мои слова и извлечете из них урок. — Сказала куноичи подобравшись поближе к второму больному.
Сложив печати для дзюцу мистической руки, ладони девушки засветились мягким зеленоватым светом медицинской чакры. Приложив ладони к голове больного, она начала проводить осмотр, попутно унимая боль, от чего лицо пациента приняло расслабленное выражение.
Нохаре потребовалось всего несколько минут, не считая инцидента в самом начале, для полного осмотра. Сделав заключение что все хорошо, она быстро покинула палатку, ведь впереди её ждало ещё много больных.
Через какое-то время, подойдя к палатке с очередными больными, её привлек звук того как внутри кто-то переговаривается. При любом другом случае Рин бы это не заинтересовало. Но поняв о чем конкретно там говорят, она решила помедлить с вхождением в палатку и послушать разговор.
— И что, он действительно лишь отлынивал от работы? — Послышался вопрос от человека с хриплым голосом.
— Говорю что видел. Совсем невысокий, весь скрытный, закутан в плащ с капюшоном и маской на лице. Он сидел в палатке с остальными ранеными, но я не видел у него ничего похожего на ранение. Ни бинтов с кровоподтеками, ни отсутствие конечностей. Хотя… — Задумался на мгновение обладатель молодого голоса. — …был у него небольшой ожег на руке, но и только.
  
— Выходит, он с небольшим ожогом притворился раненым чтобы не занимался расчисткой поля боя, поиском выживших и добиванием врагов? — С презрением сказал третий голос.
— А может, причина по которой он был вместе с раненными, была другой? — Решил побыть голосом разума обладатель хриплого голоса.