Патруль 4 (СИ)

— Кэптан! Летс го! Таргет он «А» пойнт! — выдал я в сторону нашего шкипера.
— Есть, идти на точку «А»! — произнёс таец на ломаном русском. Скорее всего, его русский даже лучше, чем у меня мой английский.
А Красный только сейчас присел. В руках он держал какую-то продвинутую версию М4, кажется, с оптикой, а на груди у него были закреплены в два ряда магазины к ней. У его ног лежал рюкзак с торчащими из него четырьмя длинными и толстыми, угловатыми антеннами, словно большой переносной роутер. А катер дрогнул и медленно начал набирать скорость.
  
Моторы, до этого тихо похрипывавшие, взревели глухим, мощным басом, тут же переходя на ровное, тяжёлое урчание. Мы пошли вперёд, задираясь на волнах, заставляя подпрыгивать на заднице и держаться за поручни. Катер разрезал тёмную, маслянистую воду залива. А за нами, чуть по бокам и сзади, виднелись ещё четыре тёмных силуэта, оставляя за собой такие же как у нас пенные усы на воде.
Я посмотрел на Краснорукого. Он сидел в корме нашего катера, его фигура была недвижима, словно вырезана из чёрного гранита. Он смотрел не на меня, а на быстро удаляющийся, утопающий в сумерках берег, на огни острова Пхатонг. А я узнавал этот взгляд — в нём была грусть и решимость. Эти два чувства часто встречаются в душах людей, прошедших многое. Он был уже там, на острове, он уже выполнял в мыслях нашу боевую задачу.
И вот через полчасика Красный зажал кнопку на своей гарнитуре.
— Всем приготовиться. До точки «А» — пять минут хода. Всем прибыть на свои точки и доложить о готовности.
И его слова отозвались короткими голосовыми подтверждениями от других бойцов.
Ветер, свистящий в обтекатели, был тёплым, но на скорости он выхолащивал всё тепло, пробираясь холодком через щели в бронежилете. Я взглянул на ранец с «РЭБ» — тяжёлая, неудобная штуковина если носить на спине, наша основная страховка от всевидящего ока Тима.
Мы шли в полной темноте, без ходовых огней. Шкипер вёл катер по приборам и, видимо, по впитанной муштрой хождения в этих водах. И вот мы остановились, а остальные катера умчались вперёд. Точка «А» находилась на южном пляже острова, самом пологом, и теперь надо было ждать, пока бойцы еще на 3 направления прибудут на свои места. Пятый же катер остановился недалеко от нас.
Я снова взглянул на Красного. Его шлем был повёрнут в сторону тёмного пятна на горизонте, которое постепенно вырисовывалось в низкий, поросший лесом остров. Он сидел, положив руки на колени, совершенно расслабленно ожидая докладов. Но я видел, как иногда подрагивает мышца на его скуле. При всей его невозмутимости он нервничал и одновременно он был готов. Как и мы все.
А я заметил, что в сумерках далеко на острове, высоко на склоне, мерцает одинокий, жёлтый огонёк.
И Красный, получив доклад о прибытии на точки всех наших катеров, произнёс в рацию:
— Включаю РЭБ. Начали! И удачи всем!
Командир группы музыкантов активировал ранец, что-то понажимав на его панели, и наш катер двинулся к берегу.
Где-то там, на острове, в этот самый момент должны были случиться самые важные в жизни Тима перемены, а его мир должен был съёжиться до размеров комнаты с тем самым жёлтым окном. Если это, конечно, комната. А его боевые машины работающие на высоких частотах должны были ослепнуть оглохнуть и перестать отвечать на приказы с главного пульта.
Так ли это?.. Скоро я это узнаю!
Продолжение следует по ссылке:  https://author.today/reader/547078/5164425