Да здравствует генерал Гривус! Эпизод I (СИ)

«Даже если я не смогу пользоваться силой, то могу сказать, что… что у меня были какие-нибудь видения или нечто другое. Так можно объяснить мои возможные косяки с послезнанием и повлиять на Дуку. Прокатит ли? Или лучше не рисковать и сделать вид, что ничего…» — думал Николай, когда услышал голос графа.
— Что-то не так? У вас были какие-то признаки способностей силы? — Дуку хорошо держался, но времени прошло слишком мало, и это позволяло предположить, что он очень заинтересован вопросом.
  
«А, была не была! Шансом надо пользоваться, но осторожно», — пронеслась мысль, после чего Гривус произнёс своим грубоватым голосом, выдававшим попытку того, что он пытался говорить тише:
— Господин, скажите, пожалуйста, сейчас нас может кто-то подслушивать?
— Подслушивать? — удивился собеседник, но тут же взял себя в руки. — Госпожа Мари гарантировала конфиденциальность, но я бы не стал доверять ни ей, ни многим другим.
— Ясно. Граф Дуку, мне показалось, что я мог видеть будущее, — произнёс киборг, на этот раз натурально шокировав единственного слушателя. — Я видел, как какой-то человек, скрестивший мечи, отрубает вам голову, а рядом сидит нынешний канцлер Галактической Республики Палпатин. Один из мечей был синим. Другой световой меч был красного цвета, и его рукоять… такой.
Стоявший мужчина опустил взгляд вниз, на свой пояс, где висел видневшийся под плащом световой меч с изогнутой рукояткой. Хорошо знакомый с возможностями силы и имевший представление о предсказаниях и прочем, он сразу подавил в себе все эмоции и чувства, а также все мысли, связанные с услышанным. Разумеется, здесь было, о чём подумать, но здесь и сейчас было не время и не место. Через мгновение Дуку выглядел так же, как и в начале разговора.
— Думаю, вам могло показаться, но, если будет что-то ещё, сообщите… Лично мне. Сейчас вы свободны. Будем считать, что эксперимент неудачен, и вы так и не овладели силой. — Граф развернулся и направился к столу. Уже вставшему киборгу он сказал: — Кстати, у моей ученицы некоторая сумма, которую я решил выделить вам на расходы. После заступления на должность, вы будете получать зарплату, но до тех пор рассчитывайте только на эти деньги.
— Вас понял, — ответил Гривус, развернулся на месте со скрипом когтей об пол и вышел из помещения. Ему-то скрывать свои эмоции было проще в силу отсутствия таковых и лица.
* * *
И вот как это понимать? Поверил он мне или нет? Не знаю. Но звучали его слова вполне по-настоящему, как будто не притворно. Он не поверил, но заинтересовался. По идее, это главное. Я и не думал, что он вот сейчас возьмёт, поверит и сразу пойдёт вместе со мной выступать против Сидиуса. Возможно, он в тот же день ему и доложил, но всё же. Ох, бля… Какой же я тупой! Ведь Сидиус мигом об этом узнает. Стоп, надо успокоиться. Хотя я особо и не волнуюсь, странно. Может, и узнает, но я всё сказал, так что и сам как будто не уверен, а потом… Посмотрим на его реакцию. Его и его ученика. Главное, что есть прецедент, а дальше… Есть способ, если что, оправдать мои поступки видениями будущего, а также сказать, что я обеспокоился именно этим и потому делаю то-то и то-то. Надеюсь, прокатит. Вообще, на самом деле, в тот день я сломал некоторые вещи в своей комнате, но сейчас чувствую себя спокойнее. Месяц прошёл, а меня не убили, не лоботомировали и вообще, как будто того момента и не было. Никто из ситхов мной не интересовался, как об этом не вспомнила и Танн.
Если отвлечься от темы этого, как я теперь понял, довольно глупого поступка, то следует вспомнить о том, кто доставил мне неприятную новость о смерти семьи. И это ещё одно событие, которое, как минимум, выбивается из того, что я помню. Это был Хаесэн, один из воинов, что прошёл с Гривусом всю Хакскую войну. Нет, он не был из Извошра. Он был просто одним из воинов, что сражался с ним с самого начала и стал ему крайне преданным. Я бы сказал, что он выполнял роль его адъютанта и одного из близких соратников, причём, судя по всему Гривус намеренно не включил его в свою элиту, а после начала работы на МБК оставил на родине для охраны семьи. Что-то вроде тайного, не выделяющегося защитника.
Собственно, на момент своего появления он уже успел провести кое-какое расследование, тем более, семью буквально увели у него «из-под носа», когда МБК забрал её в качестве аргумента для моего убеждения. Когда же та не пригодилась, их отправили обратно, и уже во время этого пути на них напали пираты. Собственно, следуя за ними с целью спасти, он и выяснил всё это, о чём не замедлил доложить своему начальнику или кем мы там с ним являемся. Как и в случае со смертью родных, точнее, как раз из-за моего отношения к этому, его самопожертвование и преданность казались мне ни к месту. Более того, он был опасен тем, что мог хорошо знать Гривуса, хотя не уверен, что его мнение интересовало бы кого-то в КНС. Кроме того, у меня возникла пугающая мысль: воспользоваться тем, что, по идее, вполне мог сделать Гривус, а именно, убить его со злости. Тогда эта мысль меня так поразила своей расчётливостью и спокойствием, с которым я о ней думал, что не знаю, чем в результате кончится тот способ, с которым я решил «по-быстрому» избавится от него.
Честно признаться, не знаю, причастна ли ты к этому или нет. В общем, от чего-то первая мысль, которая пришла после мысли об убийстве, была следующая: «Отправляйся домой и собери двадцать самых сильных и опытных воинов, которые смогут стать моими телохранителями и выполнять особо важные задания».
О чём я тогда думал? Не знаю, но это также может быть и часть личности прошлого Гривуса, так как в каноне он действительно потребовал от МБК нанять воинов со своего мира. Тогда он получил отказ, но взамен для него создали дроидов «Магнастражей». Здесь же подобного, судя по всему, ещё не произошло, да и меня создали на деньги Дуку, а не МБК, а значит, всё может быть иначе. Так что единственная проблема с этим вопросом в том, согласится ли граф, а ещё, как ни странно, моё собственное недоверие к калишцам. Как по мне, так дроиды надёжнее. Они, во всяком случае, не могут предать, только выполнить приказ вышестоящего начальства, а вот воины с Кали, помимо того, что обладают собственным разумом, могут как-то раскрыть меня. В любом случае, над этим вопросом следует подумать, пока время есть, так как вестей от Хаесэна пока не было, да и я сказал ему после окончания подготовки ждать на… Блять! Вот, почему он со мной не связывается! Я же сам сказал ему ждать указаний на Кали! Вот же и… Да что со мной такое?
* * *
— Эй, есть кто дома? — раздался голос через включившееся устройство, чем-то похожее на домофон. Это была Танн, и выглядела она чем-то недовольной.
«Ах, да, у меня же ещё одна проблема нарисовалась», — подумал Гривус и направился к стулу, на котором висел плащ. Самим стулом он по прямому назначению не пользовался, так как он был таким же, как первый, который в прошлом был раздавлен его весом. Даже кровать была усилена дополнительными балками из какого-то металла. Накинув одежду, в которой он тоже вообще-то не особо нуждался, киборг встал перед дверью и вздохнул перед тем, как нажатием кнопки открыть дверь. В голову пришли невесёлые мысли о проблеме, что стояла с той стороны перегородки.
  
Проблема, как ни странно, была во вполне нормальных рабочих отношениях, возможно, даже дружеских, которые сложились у него с этой девушкой. Мало того, что Дуку открыто и как-то слишком заблаговременно рассказал о том, что позже они будут работать сообща, так ещё и назначил её обучать его бою и другим вещам, что пригодятся в войне. Ему, в свою очередь, тоже было, что ей рассказать из памяти Гривуса, да и из своей прошлой жизни тоже. А ещё у них было одно общее задание, над которым они просто не могли не работать вместе, а главное, обладали знаниями и навыками для этой работы, и с уважением относились друг к другу. Под конец они уже довольно неплохо общались, пусть и, в основном, на темы войны и того, что можно было назвать их работой. Это так нравилось Николаю, что он даже начал ловить себя на мысли, что ему может нравится сама девушка, пусть у него и отсутствовали органы, отвечающие за это. Так он почти забыл важную деталь о том, что она вообще-то была, по сути, ситхом, ну, или учеником ситха, которому по-прежнему была предана и с которой вообще-то необходимо было быть осторожным.