Тепла хватит на всех 5 (СИ)

— Поразительно, как они смогли создать развитую цивилизацию, — заметила Айлэн.
— Во Вселенной много удивительных вещей, — пожал плечами я.
— Плохо, когда у врага нет имени, — сказал Фэйлрил. — Нам придётся его придумать.
— Согласна, — ответила Айлэн.
«Скажи, для нас было бы важно, как называть врага в этой ситуации? — заметил Вася. — Всё-таки они более другие, чем казалось в самом начале».
  
«Возможно, — ответил я. — Но ведь они правы. Это действительно важно».
Мы встретились взглядом с Айтэном. Меня удивило, что он тоже присутствовал на совете. Казалось бы, простой командир космической станции, халэр. Но вот, сидит на совете, где лучшие мозги планеты обсуждают важнейшие дела. Выходит, не такой уж он простой, как мне показалось вначале.
Заметив моё внимание, Айтэн улыбнулся и сделал глоток воды из стакана.
Почему-то именно в этот момент я подумал, что фонетическое сходство его имени с именем председателя Совета может и не быть таким уж случайным.
Председатель посмотрела на меня, выдерживая паузу.
«Вася?» — мысленно окликнул я.
«Не знаю, Жень. Я бы ничего не говорил. Ясно, что момент очень важный, но информации не хватает для анализа».
— Тейдан, некоторые обычаи действуют даже на территории разума, — наконец, заговорила она. — Я вынуждена вас спросить, по праву первенства — можете ли вы назвать нашего будущего врага?
«Вася?»
«Жень, ничем не могу помочь! Полагайся на интуицию!»
Я задумался. А потом слова будто бы пришли сами собой:
— Это не война моего мира. Но моя война. Будет правильно, если врага назовут те, кто на себя примет главный удар. Груажанцы.
Судя по тому, как широко улыбнулась Айлэн и как выражение тревоги на её лице сменилось облегчением, ответ был правильным.
— Мы назовём их эйдры, — сказала она.
Название было образовано от одной из местных единиц измерений, обозначающих силу тока. Я быстро сообразил это, покопавшись в наведённой памяти.
— Что ж, значит, будем воевать с эйдрами, — ответил я.
Когда я начинал своё выступление, в гроте находились только те, с кем я пришёл. Но постепенно подтягивались другие люди. Члены Совета, конечно — других здесь просто быть не могло, за исключением специально приглашённых гостей. Это я тоже «вспомнил», обратившись в наведённую память. Из-за чего снова возник вопрос: кто же такой Айтэн на самом деле?
Приходящие люди никак не представлялись. Просто занимали свободные места и слушали то, что я говорю и показываю. При этом располагались все максимально неформально: откинувшись в креслах, полулёжа, скрестив ноги. Это совершенно не походило на заседание высшего исполнительного органа целой планеты.
— Тейдан, расскажи, как обстоят дела с войной на вашей планете, — сказал Айтен.
Я посмотрел на председателя. Та едва заметно кивнула и снова улыбнулась.
Мне пришлось рассказать правду. Присутствующие внимательно слушали. Кто-то даже эмоционально реагировал: хватался за щёки, качал головой, обменивался многозначительными взглядами с соседями.
— Понимаете, коллеги? — снова заговорил командир станции (или всё-таки член Совета?) после того, как я закончил. — У них уникальная особенность: они умудрились выжить, воюя друг с другом. Значит, у них есть понимание, как это делается. Оно выработалось даже без прямого столкновения с внешним противником. Словно это было запрограммированно!
— Ай, ты, как всегда, горазд сыпать смелыми гипотезами, — ответила председатель.
— Согласен, это могло быть просто совпадением, — вмешался незнакомый мне мужчина средних лет, с небольшим животиком и седой бородкой. Голубоглазый, в сильно растянутом белом свитере до колен. Он поймал мой взгляд и, спохватившись, представился: — Меня зовут Милрейс. Я социолог.
— Рад познакомиться, — кивнул я.
— Взаимно, коллега.
«Ого! — прокомментировал Вася. — Коллега! Среди членов Совета так принято обращаться только к своим!»
— На самом деле, думаю, ситуация сложнее, чем представляется сейчас, — сказал я. — Но у нас будет время побольше узнать друг о друге. После того, как мы отразим атаку.
Айтэн широко улыбнулся.
Председатель кивнула, потом встала со своего кресла и подошла ко мне. Я же стоял слева от большого экрана, который закрепили на потолке, частично перекрыв вход в грот.
— Тейдан, я должна кое-что вам рассказать про нас.
Она встала так близко, что я почувствовал пряно-цветочный запах её кожи.
— Возможно, со стороны кажется, что наш мир совершенно беспомощный. Что мы не способны за себя постоять, — продолжала она. — Но, понимаете, мы, Совет, давно допускали мысль, что мы не одни во Вселенной. А особенно тревожно нам стало после начала космической эры, когда мы убедились, в какой богатой системе мы живём. Целых три планеты, пригодных для жизни одного типа. Биосферы, обладающие потенциалом к взаимной адаптации. При соблюдении определённых правил, конечно же. И другие ресурсы — в том числе те, которых мало на самом Груажан.
Она подошла ещё на полшага ближе и неожиданно взяла меня за руку.
— Я не хочу, чтобы вы отшатнулись от нас.
«Блин, Вась! Я как-то совсем не так представлял себе дипломатическую работу!» — мысленно обратился я к напарнику.
«Жень, держись. Не паникуй!»
— Но мы готовились. К тому, что когда-то на нас могут напасть оттуда, — она указала рукой на небо.
Потом, не отпуская мою ладонь повернулась в сторону сидящих в гроте членов совета. Посмотрела на Айтэна. Тот медленно поднялся с места и присоединился к нам.
— Тейдан, мы засекли ваш корабль ещё у точки Лагранжа, — сказал он. — Система обороны нашей планеты была готова.
— Ай, говори, как есть, — попросила председатель.
— Мы едва вас не уничтожили, — продолжал командир станции.
«Вась, блин, были какие-то признаки нападения на „Север-2“?»
«Нет, Жень. Не было. Но мы ведь и не готовились к этому. Внешние контуры безопасности работали в обычном режиме. Мы могли что-то пропустить».
— Но я дал команду подпустить вас ближе к планете, — продолжал Айтэн. — И лично вылетел на станцию.
— Айтэн — единственный халэр в Совете, — сказала председатель. — Его задача — сделать так, чтобы наша Империя была готова к любому нападению извне.
— Ясно, — сухо ответил я, глядя на того, кого искренне считал обычным космонавтом.
— Тейдан, понимаю, что это выглядело как знак недоверия. Но, пожалуйста, постарайся нас понять, — сказал Айтэн. — Ты мне сразу понравился. Но выживание целой планеты — это слишком большая ответственность.
Я улыбнулся.
— Получается, ты это что-то вроде министра обороны, — сказал я.
— Да! Это очень точное определение! — кивнул Айтэн. — Я отвечаю за оборону.
Я посмотрел на Айлэн. Она всё так же держала свою ладонь в моей руке.
— Всё в порядке, — сказал я.
Она кивнула и медленно убрала руку. Я снова посмотрел на космонавта. И опять на председателя.
— Слушайте, а вы, случайно, не родственники? — вдруг осенило меня.
Кажется, председатель искренне смутилась.
— Айтэн мой брат, — призналась она. — Вообще-то это большая редкость, но он добился своего места честным и прямым путём.
— А какой он, этот путь? — я решился продолжить расспросы.
Последовала долгая пауза и ещё один обмен взглядами между ней и братом.
— Он был капитаном команды, которая выиграла чемпионат. В особых случаях, когда погибает халэр — член Совета, на его место назначают именно капитана чемпионов, — добавила Айлэн.
— Понятно, — кивнул я.
— Тейдан, я… — начал было Айтэн, но я прервал его.
— Всё порядке. Правда. Давайте уже перейдём к сути.
«Вась? — снова спросил я напарника. — Для чего она брала меня за руку? Что это вообще было?»
  
«Жень, не знаю. Нет сведений. Но наверняка это очень важно!»
Я вздохнул, стараясь не подавать вида.
Прямых сведений о составе флотилии вторжения эйдров у нас не было. В мирах Кодекса запрещено раскрывать такие вещи. Но мы с Васей попробовали сделать прогноз по вариантам вооружений, количеству кораблей во флотилии и даже тактике вторжения исходя из косвенных данных, которые были доступны. А именно, экономического потенциала их родного мира, данных технологического развития и так далее.