Космос.Today (СИ)
— «Псина» встала, нужно минуты две… — сообщил Тищенко.
— А я серверную нашел. И электроподстанцию, — откликнулся я.
— Мгм! — выдал технарь.
И я пошел окрывать вторую дверь.
Вентиль не подавался, как будто заржавел. Я пыхтел и сопел, но толку с этого не было. Я даже снял винтовку и положил ее на пол, чтобы было удобнее — но и это не помогло. Тогда я долбанул ломиком в дверь изо всех сил… И она подалась! Медленно так, бесшумно открылась, и я услышал механический голос:
— Аза манохитра. Миала. Арио ну фитаовам пиадианао, — и мне в прямо в живот прилетел мощный удар металлопластиковой ноги.
Пинок был такой силы, что меня отбросило прямо в серверную. Благо — дверь была открыта. Спасла броня — я не снимал шлема, так что удар спиной и головой об пол меня не травмировал. А вот ломик я выронил!
Но думать было некогда: из той самой двери вышли два белых андроида — точь-в-точь таких, как в симуляции, и в фургоне, который мы расстреляли сегодня. Один из них двинулся в кабину, другой — ко мне.
— Аза манахитра…
— Да пошел ты! — заорал я, прыжком вскочил и кинулся на него головой вперед, мечтая сделать проход в ноги.
У меня получилось — я сшиб железяку, но робот двинул мне сбоку — в шлем, и я снова рухнул на пол — на живот. Сильные, твари! Да и плевать: упал я удачно, прямо на винтовку.
— Миала, — снова раздался механический голос.
В кабине заорал Тищенко. Я вцепился в «Вал» как утопающий — в спасательный круг, перекатился на спину и…
— Да-да-да-да-дах! — из андроида полетели ошметки, он заискрил, ударился о стену и сполз вниз.
— Сволочь такая… — я сумел встать, и в полуприседе подкрался к кабине.
Там, на полу, лежал Тищенко — без шлема, в луже крови. Над ним топтался робот — вроде как пребывая в растерянности.
— Салама ве ианао? — механически интересовался он. — Салама ве…
Я выпустил в андроида короткую очередь, потом подобрался поближе — и прострелил блестящую голову, на всякий случай. А потом бросился к Тищенке. Он был явно плох: затылок у парня сильно кровил, глаза закатились, на губах появилась пена. Похоже — андроид применил шокер, технарь неудачно упал и саданулся о приборную панель. Вот гадство! Зачем, придурок, шлем снял, а?
Пульс у него прослушивался, но был откровенно слабым, дышал Тищенко едва-едва. Конечно, я сделал что мог: поставил пару инъекций и обработал рану, а потом — уложил парня на бок, подсунув ему под голову простреленный в трех местах корпус робота.
— Настройка программного обеспечения завершена, — произнес откуда-то из приборной панели голос совсем такой, как в кассе самообслуживания в магазине. — Управление переведено в ручной режим.
Платформа дернулась — и остановилась! У нас получилось!
— Оборудование переходит в штатный режим работы, — снова сказала касса. — Обнаружен шифрованный канал связи. Шифры найдены. Ретрансляция сигнала активирована.
С грохотом стали подниматься бронещитки. Свет Глизе-581 залил кабину и оказалось, что она располагается на самом носу ракетной платформы. Я увидел тундру, утес, колеи от гусениц…
— Ручное управление, — проговорил я, с сомнением глядя на джойстик и рычаги. — Что я знаю о ручном управлении ракетными платформами? Ни-ху…
— Ора, слышишь меня? — раздался голос в интеркоме.
— Слышу, командир, слышу! — я страшно обрадовался.
— Мой золотой! Как там обстановка? По кайфу?
— Тищенке разбил голову робот. Я робота прикончил. И еще одного — тоже. Тищенке помощь оказал, думаю — выживет. Рокстеди повис на тросе на скале!
— Сняли Рокстеди, это нэ проблэма! Ора, давай не дергайся там, и бери управление на себя, уахама?
— Да я не умею! — запротестовал я.
— Абаапсы, давай щас не вот это вот! — возмутился Багателия. — Ты джигит или тормоз почкория? У них там все для дебилов сделано, разберешься, мамой клянусь! Я же не прошу тебя давать ракетный залп пока. Просто двигай вперед, уахама?
Тормозом почкория мне быть не хотелось, так что я сел в кресло и взялся за джойстик.
— Ла-а-адно, поехали!
Повинуясь мои интуитивным движениям платформа потихоньку тронулась с места.
— Вот, маладэц, все получается, двигайся по колеям вперед! Давай, мой родной! — оптимизм командира просто зашкаливал, а я сидел в кресле и покрывался холодным потом, судорожно сжимая руками джойстик и чувствуется, как содрогается громадная машина.
Но — эта великанская туша ехала! Ехала, черт бы ее побрал, несмотря ни на что. И потихоньку до меня стало доходить:
— Этот что — я типа угнал у роботов-инопланетян ракетную платформу? Ох-ре-неть!
* * *
до конца первого тома осталась одна глава
Лила
Системная ракетная платтформа. Сами ракеты явно великоваты, примерно раза в два больше чем надо.
Глава 23
Небеса горят
правки завтра утром, но сюжетно ничего меняться не будет — первый том завершен
Тищенко второй раз за сутки должен был стать пациентом в медкапсулы. Выслушав мой доклад по состоянию пострадавшего и ходу операции по захвату платформы, Багателия сильно ругался, поминал ЦНС и ПТСР, и грозился комиссовать технаря на «Ломоносов» — на полгода или год. Но стоило признать — работу Тищенко сделал здорово. Инопланетная машина в итоге оказалась переведена на ручное управление, бортовой компьютер — нейтрализован. «Псина» была готова помочь мне управлять платформой, и вообще вела себя очень прилично. Благодаря этому у нас появлялись шансы использовать ракеты!
Конечно, сбивать мы никого не собирались: орбиту постепенно отвоевывали наши. Война в небесах докатилась и до северного полушария — вспышки и огненные росчерки могли служить вполне определенным сигналом: спутниковая группировка Системы доживает последние часы.
Однако, ракета есть ракета. Имея дальность действия в пару десятков километров, применить такую штуку можно было и иначе. Даже на Земле умели отрабатывать зенитно-ракетными комплексами ПВО по наземным целям. Так что очевидным решением было отстреляться по поверхности Лахарано Мафаны! Мне об этом в интерком сообщили сразу, как только я выкатил платформу из ущелья и отогнал здоровенную машину подальше от места засады.
Командиры сказали, что выбирают подходящие цели и направили ко мне Рокстеди, как специалиста по системным вооружениям и вообще — в качестве силовой поддержки. Но я думал, что здоровенный диверсант просто хочет закрыть гештальтт: он же тоже должен был платформу абордировать вместе со мной и Тищенкой, но получилось то, что получилось.
Вместе с Рокстеди на платформу прибыли Каримова с Барухом — для эвакуации Тищенки. Осмотревшись и поцокав языками, они погрузили бедолагу на специальные изолирующие носилки, зафиксировали его там как положено — и утащили его в медэвак. Без медкапсулы точно не обойдется!
Рокстеди осматривал ракеты и направляющие: все-таки стрельба из автоматического гранатомета и главного орудия медэвака могли что-то повредить. Я же продолжал осваиваться с управлением: у меня уже получалось водить машину более-менее прилично, хотя, если можно так выразиться, только на первой передаче. Передач, конечно, тут никаких не было, но скорость до двадцати километров в час для меня пока что являлась пределом.
— Касса, как включить фары? — спросил я.
«ПсИн» с женским голосом я назвал в честь кассы самообслуживания — уж больно похожий был тембр. Скотинка оказалась полезная, по уровню симуляции разума напоминающая незабвенные «умные» колонки «Алиса». Но если говорить откровенно — моя Касса показала себя просто молодчинкой. Сама рулить платформой она не могла, но информацию собирала и переводила на человеческий язык филигранно.