Месть Рональда Уизли (СИ)

Спустившись в кухню, он обнаружил, что на подоконнике сидит сова с письмом в клюве. На конверте аккуратным почерком было написано: «Мистеру Северусу Снейпу в собственные руки». Внутри оказался хрустальный флакон с отлично знакомой Северусу субстанцией – не то жидкость, не то газ. Сердце Снейпа отчего-то нехорошо сжалось при виде этого неожиданного послания. От безобидного фиала словно исходила физическая угроза. И тем не менее проигнорировать присланные неизвестно кем воспоминания и попросту избавиться от них показалось Северусу неразумным.
  
– Кричер, – позвал Снейп, – ты не мог бы принести сюда думосбор?
Старый эльф проворно кинулся исполнять просьбу будущего супруга хозяина и уже через несколько мгновений водрузил на стол небольшую каменную чашу, опоясанную по краям руническими знаками. Снейп вытащил из флакончика плотно притертую пробку, опрокинул его содержимое в думосбор и окунул лицо в серебристую субстанцию. Он очутился в гостиной дома, который уже почти считал своим. На ковре прямо перед ним расположились четверо сильно пьяных молодых людей, и среди них он с явным предчувствием беды разглядел своего Гарри…
Спустя пять минут Снейп выпрямился, нетвердой походкой дошел до ближайшего табурета и тяжело опустился на него. На своем веку он слышал про себя предостаточно гадостей, его не раз унижали: сперва собственный отец, затем – Мародеры, да и от Лорда порой перепадало пару нелестных замечаний, но то, что таило в себе присланное «неизвестным доброжелателем» воспоминание, превосходило все мыслимые и немыслимые оскорбления. Рон Уизли превратил секс с ним в условие для пари, а Гарри, его Гарри, человек, которого он любил вот уже столько лет и с которым надеялся разделить жизнь и судьбу, с видимым удовольствием принял на себя это условие. Он без малейших колебаний дал магический обет «охмурить и трахнуть слизеринского ублюдка Снейпа». Что ж! Игра окончена, пари выполнено: он совершенно бесспорно «охмурил» своего бывшего профессора и уж точно трахнул его.
«Мерлин, так вот чем объяснялась его мнимая нерешительность в постели со мной! – холодея, подумал Северус. – Как же талантливо Поттер разыграл передо мной анального девственника! Как достоверно он боялся оказаться снизу! Значит, – тут сердце Северуса сжалось настолько, что ему вдруг перестало хватать воздуха, а перед глазами поплыли цветные круги, – он все это время притворялся. И его фальшивая любовь ко мне – всего лишь грязный обман. Следовательно, пока я, как старый наивный дурак, готовился к нашему бракосочетанию, Поттер с дружками пересматривал в этом самом думосборе воспоминания о том, как он… трахает меня!.. Пожалуй, даже его отец не опустился бы до подобного…»
Северус до боли стиснул кулаки, не позволяя стихийной магии выплеснуться из него и разрушить дом, в котором был произнесен мордредов обет. Он закрыл глаза и попытался сосредоточиться, но мысли метались в голове, как безумные, и на ум приходили идеи одна кошмарнее другой.
Первым поползновением Северуса было дождаться возвращения Гарри из Академии и попросту убить мерзавца, так подло и низко поступившего с ним. Затем отловить по одиночке Уизли и двух прочих отморозков и продемонстрировать им, какой ужасной может быть месть Пожирателя смерти и слизеринского ублюдка Снейпа. И пусть после этого Северусу наверняка грозил бы «поцелуй дементора» – это уже не имело никакого значения. Несколько мгновений он упивался перпективами кровавой расплаты, а потом воображение подкинуло ему страшную картину: мертвого Поттера, лежавшего у его ног и уставившегося в потолок остановившимся взглядом невероятных зеленых глаз. И Снейп понял, что элементарно не способен его убить. Он слишком любил Гарри, хоть тот этого и не заслуживал. Северус сполз с табурета на пол, вцепился в волосы обеими руками и просидел так больше часа, повторяя: «Что же мне делать?.. Что же мне теперь делать?..»
***
Северус Снейп вошел в приемную Министра магии Кингсли Шеклболта ровно в полдень. Выглядел он, как обычно, холодно-спокойным, подтянутым, в застегнутой на все пуговицы мантии, ну разве что в черных как смоль волосах появилась первая седина, да руки, которые он тщательно прятал в карманах мантии, едва заметно подрагивали. Впрочем, восседавшей за столом хорошенькой секретарше некогда было присматриваться к очередному посетителю. Она вела увлеченную беседу, явно амурного содержания, с молодым клерком.
– …Я надеюсь, что в эту субботу ты не откажешься сходить со мной пообедать, а еще лучше поужинать! – проворковал клерк. – В Косом переулке есть одно прекрасное местечко…
– Не знаю, – ломалась девушка, покусывая кончик пера и томно улыбаясь, – я подумаю.
– Мне необходимо немедленно поговорить с Министром, – прервал эту идиллию Снейп.
– Мистер Шеклболт не принимает. Он очень занят, – секретарша подняла голову и осеклась. В темных глазах начальника лаборатории плескалась бездна. – Я сейчас… – испуганно закивала юная волшебница.
Она выпорхнула из-за стола и постучала в массивную дверь, медная табличка на которой гласила: «Кингсли Шеклболт – Министр магии».
Через пару минут Снейп, расположившийся в удобном кресле для посетителей, огорошил своего босса намерением срочно уволиться и уехать из страны. Далеко и надолго. Возможно, даже навсегда.
– Погоди, погоди, – Шеклболт выглядел сбитым с толку и совершенно ошарашенным, – я что-то ничего не понимаю. А как же Поттер, ваша предстоящая свадьба? – он выдвинул верхний ящик стола, вытащил из него конверт с приглашением и всмотрелся в дату. – Через три недели, между прочим…
– Свадьбу пришлось отменить, – мертвым голосом сказал Северус, – по независящим от меня причинам. А Поттер… – он сглотнул. Сердце снова словно сдавило невидимой железной рукой. – Поттер – большой мальчик. Переживет…
– Ладно, в личной жизни, как я догадываюсь, у тебя образовались неожиданные проблемы, но как быть с лабораторией, с сотрудниками? С твоими текущими заказами, в конце концов! Ты не можешь вот так все бросить. Это просто безответственно!
– Вместо меня рекомендую назначить Рейли. Он – мой самый перспективный лаборант и вполне справится с этой должностью. Что же касается меня – я могу дать слово, что завершу все начатые мной разработки и передам тебе записи с формулами на нейтральной территории. Я даже готов и дальше продолжать конфиденциально сотрудничать с Министерством, но при одном условии: ты поклянешься, что никому не раскроешь тайну моего местонахождения. И никому, ни единой живой душе не сообщишь, жив я или умер. Особенно Поттеру.
Спустя несколько минут легкое дуновение Магии, просочившееся из-под двери кабинета Министра Шеклболта и чуть взъерошившее волосы его секретарши, возвестило о том, что был произнесен Обет о неразглашении.
***
В шесть вечера того же дня Гарри вышагнул из камина в гостиной Блэк-хауса. Занятия в Академии авроров закончились немного раньше, и он спешил домой, чтобы поскорее увидеть Северуса, надеясь, что тот не засидится допоздна в своей лаборатории.
– Северус, я вернулся! – крикнул он, переступив каминную решетку. В ответ не раздалось ни звука.
«Значит, он все еще на службе», – с разочарованием подумал Гарри.
– Кричер, – позвал он, – сообрази мне что-нибудь на ужин, я просто умираю с голоду!
Войдя в кухню, Поттер остановился как вкопанный. На столе, мерцая и поблескивая кружившимися в нем воспоминаниями, стоял думосбор. Гарри колебался лишь пару секунд, а затем, уступив любопытству, склонился над каменной чашей…
Это было… отвратительно. Неимоверно гнусно и подло. Поттера всего трясло от ненависти к себе и своим приятелям, затеявшим подобную низость. Он вдруг с ужасом понял, что Северус наверняка увидел эти мордредовы воспоминания. Гарри чуть не задохнулся, представив себе, какую боль испытал Снейп, когда смотрел их. Его буквально тошнило от омерзения. Не в силах больше наблюдать за тем, как четверо пьяных недоумков, в том числе и он сам, говорят о Снейпе всякие гадости, а потом заключают невероятно унизительное пари, он резко выпрямился и тут же, едва не вскрикнув от неожиданности, встретился взглядом с Роном. В глазах Уизли светилось неприкрытое злое торжество.