Университет Льда. Страха не существует

Астарт молчал, как-то странно глядя на бумаги.
— Мне очень жаль, что так случилось, — добавил Велиар, потому что реакция сына озадачивала. Мужчина был готов к скандалу или, на худой конец, стихийной истерике, свойственной влюбленным ледяным. Но увидеть равнодушное молчание в ответ на шокирующие новости не ожидал.
Астарт чистой рукой провел по лицу, словно сгоняя усталость, выдернул из нагрудного кармана шелковый платок и начал вынимать из раненой руки осколки.
  
— Знаешь, что мне как-то сказала Сольвейг, когда я предложил ей заключить договор о намерениях? — спросил юноша.
— Не имею ни малейшего понятия.
— Доверие, сказала она, — высшая форма любви.
— Как пафосно, — поморщился Велиар.
— Согласен. А потому, отправляя любовь всей своей жизни без кольца на пальце и без договора о намерениях на неопределенное время в мир, полный соблазнов, в сопровождении лиц, открыто заявляющих о своем интересе к ней, я тоже не мог остаться непричастным.
— Ты выглядишь слишком спокойным, Астарт. Если я сейчас узнаю, что по твоему приказу убили принца Железа, поверь, Никлас станет нашей наименьшей проблемой.
— В этом не было никакой необходимости, — тщательно вытирая руки ответил юноша. — Если бы твои соглядатаи были бы более… прости, так и просится слово «профессиональны», они бы рассказали тебе, что после этого поцелуя моя милая Сольвейг сломала принцу челюсть.
У Велиара ис-Лотиана от такого заявления дернулся глаз. Во-первых, он не подозревал, что его родной сын запустил личную агентурную сеть, не дополняющую, а дублирующую его собственную. Во-вторых, сломать кость железному магу — это надо очень постараться. И в-третьих, если после такого рукоприкладства мир Железа не объявит какой-нибудь неприятный ультиматум Рагнару, то всем им очень повезет.
— Поэтому, отец, прости, но с этим договором ты определенно поторопился.
— Астарт, не иди на поводу у эмоций, — раздраженно возразил Велиар, мысленно подсчитывая убытки от разрыва договора о намерениях. — Мы же оба понимаем, что…
— Что мне надо найти кого-нибудь из моего круга? Кого-нибудь не таких чистых королевских кровей? — хищно оскалился юноша. — Я в курсе. И мне на это плевать.
Астарт встал и, швырнув окровавленный платок на бумаги, не прощаясь, вышел из кабинета.
Еще никогда в жизни Велиар ис-Лотиан не был одновременно так рассержен на своего сына и так горд им. В конце концов, в этой ситуации парень предусмотрел все. И кто знает, может, его амбиций и стремлений хватит, чтобы подняться выше. Юность может преодолеть любые преграды, просто потому что не знает об их существовании.
Глава Совета магов мира Льда в свое время потратил много времени на чтение секретных всеми забытых документов. И он знал наверняка, что иногда, в особо редких, исключительных случаях, магия сама выбирает, кто ее достоин.
  
Глава 76
 
Сложно сказать, чего я ожидала от мероприятия, проводимого продавцами кошмаров. В моем воображении это почему-то должно было быть что-то максимально нелицеприятное, полное грязи и юродивых.
К моему великому удивлению, Грозовые Гонки по шику могли соперничать с балом у ледяного короля. Уже отсюда было видно стремительно приближающейся грозовой фронт. Иссиня-черный, с отблесками кровавого заката, прорезаемый молниями и сопровождающийся раскатами грома, он выглядел величественно, неотвратимо и парализующе-пугающе. Это было настолько впечатляющее зрелище, что у меня не осталось никаких сомнений, что если хотя бы один защитный артефакт даст сбой, все участники этого мероприятия очень быстро попрощаются с собственной жизнью.
У широкого подвесного моста стояло несколько вышибал и, к моему удивлению, Лиорионна. Увидев нас, девушка заметно погрустнела.
— Рада приветствовать вас на Грозовых Гонках, проводимых великодушным Этаном, — без особого восторга сказала полукровка и вполголоса добавила: — На кой демон вы приперлись?
Вместо ответа я протянула ей приглашение, просмотрев которое, Лиорионна нахмурилась.
— Сольвейг, я не могу позволить тебе туда идти, — тихо сказала девушка.
— Почему? — спокойной поинтересовалась я.
— Там слишком опасно для тебя. Как твоя поданная, я обязана защищать тебя, а если ты шагнешь на этот мост… — девушка замялась.
— Ну что ты замолчала, продолжай, — ехидно произнес Кирион. — Расскажи ей, что у тебя возникнет конфликт интересов: моральный долг перед принцессой и материальная выгода от хозяина Ламасара.
Лиорионна рассерженно сверкнула золотыми глазами.
— Это правда? — ровным тоном спросила я.
Девушка потупила взгляд:
— Прости.
— Паршиво слышать, но… это твой выбор. Я не вправе его осуждать. Но я запомню это, — негромко сказала я, смотря в потерянное лицо полукровки, и добавила в полный голос: — Пропусти нас.
Так и не взглянув на меня, Лиорионна попятилась, открывая нам проход на Грозовые Гонки.
Подвесной мост вел на основную площадку, где народ усердно возлиял. Проталкиваясь сквозь порядком захмелевшую толпу, краем глаза я заметила Ааррона, одиноко сидящего за крохотным столиком и крутящего в руке нетронутый стакан с чем-то ядрено-синего цвета. Он сосредоточенно смотрел на один из развернутых шатров, где торговали выпивкой. За импровизированный барной стойкой этого шатра металась та самая водная девица, с которой я видела его несколько дней назад.
Присматривает, — подумалось мне.
И это было хорошо, потому что приличной девице здесь одной делать было определенно нечего. Несмотря на то, что люди кругом были одеты опрятно, иногда даже богато, атмосфера вседозволенного праздника витала в воздухе, так и норовя осесть липкой патокой на одежде.
Кругом ходили полуголые девушки и юноши. Красивые, точно нарисованные, с безобразными рабскими печатями, подавляющими магию, на шеях или тугими ошейниками у тех, кто не обладал даром. Рабы выполняли роль прислуги, мебели, аксессуаров. Некоторых из них оприходовали где-то в не слишком укромных уголках.
— Знал бы, что тут, ни за что бы не позволил тебе идти, — сказал Кирион вполголоса.
— Будешь должен дважды, — прошептала я в ответ, нацепив улыбку, больше походившую на оскал.
После улиц, полных выпотрошенных людей, разве меня можно смутить такой мелочью, как неприкрытое блядство?
От центральной и самой большой площадки подвесные мосты расходились в разные стороны: на торговую зону, куда неумолимо тянуло Кириона, на небольшую площадку, где ожидали наступления грозового фронта гонщики, на несколько небольших частных лож, где, я готова дать голову на отсечение, присутствовали белые воротнички Ламасара. Но площадка с лучшим обзором, очевидно, принадлежала Этану, хозяину этого полиса.
— Нам туда, — негромко сказал Кирион, кивнув на площадку с бойкой торговлей.
Я кивнула, и мы начали проталкиваться в заданном направлении. Ну как мы — проталкивался Кирион, я же пристроилась за его спиной, положив ладонь меж лопаток, чтобы парень не оглядывался каждый раз, проверяя мое присутствие.
Перебравшись на торговую площадку, я хлопнула Кириона по плечу:
— Ну, я пошла?
Ответить парень не успел — нас обоих сгреб в охапку рассерженный, как тысяча демонов, Кеннет:
— Ты мне вроде обещал присматривать за моей сестренкой, а не тащить ее в самое пекло? — прошипел побратец.
— Так я уже ухожу! — даже не соврала.
— На кой демон ты вообще сюда приперлась? Хотела же дома сидеть!
— Мне пришло приглашение. Вот я и решила помочь Кириону, — пожала плечами в ответ. — Привела сюда и теперь смело ретируюсь.
Кеннет недовольно цокнул языком:
  
— Его вышибут вслед за тобой. Вы или присутствуете вместе, или уходите. Здесь только что пару человек так вывели, не особо церемонясь за сохранность их костей.
Кирион нахмурился. Я видела, как его раздирают противоречия: каждая лишняя минута здесь грозила мне неприятностями, каждая лишняя минута промедления грозила неприятностями его миру.