Геном хищника. Книга девятая (СИ)

Чуть дальше нашёлся ботинок. К счастью, пустой, только шнурки разорваны в клочья. А ещё чуть дальше нашлось, если не место преступления, то, скорее всего, место расправы над тем, кто руку оторвал. Сначала гильзы, потом широкий, давно засохший кровавый след, а следом дырявая, будто расстрельная стена. Чистое место под горбатый силуэт и куча пулевых отверстий в стене и полу вокруг.
  
Самого монстра не было. Можно было лишь догадываться, что того, кто прорвался в шахту, всё-таки остановили. Задавили огнём, а потом вытащили тело в виде трофея. По размеру силуэта на мозгоеда этот трофей не тянул, те должны быть не больше полутора метров в холке и по форме ближе к человеку, здесь же чуть ли не гризли разложили.
В попытке угадать, кто это был и реконструировать картину событий, во мне проснулся спортивный азарт. Вот только пришлось его усыпить обратно, а то парни где-то там на глубине и простудиться могут. Ноги голые, а под землёй совсем не май месяц. Не говоря уже о чьём-то гнезде…
На следующей развилке я уже ориентировался по следам тагарцев. В одном месте под ногами звякнул пустой баллончик с аэрозолем, а в другом — прямо на выходе из бокового тоннеля они бросили носилки. А дальше всё уже было по прямой. Штрек или даже квершлаг, тут я затруднялся с правильным определением. Один вдоль породы идёт, второй поперёк на пути к месторождению. Один фиг, МММ этот проход привёл совсем не туда, куда нужно. Было видно, что оборудовать и обустроить его не успели. Стены неровные, подпорки временные, зато рельсы почти блестели.
Когда на сканере чуйки появилось слабое свечение маркеров, я замедлился. Взял в руки «сиг» и приготовил фонарь. Я уже приготовился, что сейчас попаду в большую пещеру с высокими потолками и кучей полуголых мужиков в тюремных пижамах, но пространство никак не расширялось. Потолок, наоборот, становился уже, а стены приближались, создавая ощущение, что тоннель хочет меня стиснуть со всех сторон.
Клаустрофобией я никогда не страдал, но сейчас давление на психику стало уже заметным. Я притормозил и заказал двойную порцию «Глюкозы». Проморгался, ощущая прилив сил и бодрости, даже затхлый воздух будто легче стал. Хотя тут же пробился уже знакомый невкусный запах спящих заключённых.
Значит, уже близко, что через несколько минут подтвердил сигнал, переданный Бритвочкой. Я потянулся к ней, подключившись к зрению острохвоста, но удержать картинку смог только на пару секунд. Словно какие-то помехи, начавшие так давить, что чуть не пропало действие «Глюкозы». Не люблю я пещеры, подземелья и всё, где нет прямой видимости на пару километров и желательно через оптику.
В видении, переданном ящерицей, прямая видимость была, не на пару километров, но метров на сто точно. А ещё были светлые пятна, разбросанные в шахматном порядке, примерно через каждые два-три метра рядом с какими-то тёмными кучками. Явной опасности Бритвочка не передала, а вот неявной было много. Я не помню, чтобы острохвосты хоть когда-нибудь боялись. Но, кажется, сейчас был именно такой случай.
Дав команду дальше не лезть, полез сам. И метров через сорок, наконец, нашёл то, что искал. Тоннель закончился неровной стеной, по центру которой зияло тёмное отверстие. Полутораметровое овальное окно на высоте около метра. Рядом на камнях валялся деревянный мостик, собранный из трёх толстых досок с поперечинами, выполняющими роль ступенек.
— Вот здесь вы, значит, и встретились… — прошептал я, осторожно приближаясь к проёму и заглядывая внутрь. — Чёрт! Там, наверное, даже эхо есть…
Вот тебе и открытое пространство. Хотел?
Хотел, конечно, но, видимо, здесь, как и везде, всё кроется в деталях. До потолка было метра три, а до пола все десять. Тагарцы собрали что-то типа деревянной вышки с несколькими секциями и такими же самодельными лестницами из досок. И судя по следам крови и застрявшим ниткам из носилок, пленников просто скатывали по доскам. Хорошо хоть не сразу вниз, хотя способ транспортировки всё равно не особо гуманный.
Я перебрался через проём и остановился на верхней секции вышки. Всё-таки не удержался и тихонечко присвистнул. Мягко говоря, Бритвочка плохо передала масштаб. Ещё бы на пару метров повыше потолок и здесь можно было бы парковать пассажирский самолёт, а то и полтора.
Заключённые были здесь, ровными рядами лежали, формируя почти идеальный квадрат. Кто-то вверх лицом, а кто-то затылком. В самих телах никакой стройности и порядка не проглядывалось, как кинули, так и кинули. Плюс некоторые то ли просто ворочались во сне, то ли всё-таки пытались куда-нибудь отползти. Резких или осмысленных движений не делал никто, но чуйка была уверена, что все живы. Просто в отключке.
Я присмотрелся в мужчине — третьему слева во втором ряду — показалось, что это мог быть Купер. Но нет — комплекция схожа, но лицо совсем другое. Даже если представить, что Купера потаскала жизнь за время заключения.
Но зато моё внимание привлёк тот тёмный холмик, который не понравился Бритвочке. Похоже было на помятый кокон или даже на яйцо с треснувшей с одной стороны скорлупой. Основание было шире и совсем уж неправильной формы: будто горб с какими-то отростками. Хотя? Почему будто и почему какими-то…
Я включил фонарик и посветил на ближайший ко мне дырявый кокон. У них с порядком было всё отлично — будто специально размечали, хоть в шахматы играй.
Кто это был раньше, понять было сложно. Сейчас — просто мумия. Отростки — лапы и, кажется, хвост, горб — корпус. И тогда получалось, что кокон — не что иное, как голова. Получается, что тагарцы нашли не гнездо, а старый инкубатор мозгоедов.
— Допустим, — кивнул я собственным мыслям. — А с чего они тогда решили, что получится повторить?
Ответили мне чуйка наперебой с острохвостами. Как будто большой колокол бомкнул и для надёжности два маленьких затрезвонили. А когда эффект неожиданной тревоги схлынул, я и сам услышал тихий вой, принесённых эхом откуда-то из дальней части тёмной пещеры. И что-то зашуршало вокруг, будто острые коготки скребутся прямо внутри стен.
 Глава 5 
Пугаться, напрягаться или как-то иначе паниковать было некогда. Я подхватил рюкзак и собрался было сразу сигануть через ограждение, но решил, что сломанные ноги даже под регенерацией меня не сильно ускорят. Но спустился я всё равно быстро, практически не глядя под ноги, потому что внимание разошлось между сканером чуйки — в надежде узнать своих и засечь чужих, и командой острохвостам — определить угрозу и по возможности задержать.
Акустика в пещере вела себя плохо, как и сканер чуйки — звуки и маркеры расплывались по всему залу, будто их специально размазывало эхо. Фонарик я выключил, чтобы зрение не скакало и пусть блёкло и серо, но видеть сразу во все стороны.
Я подскочил к первому заключённому, уткнувшемуся лицом в землю. Крупный — может и Купер. Рывком перевернул его — нет, не Купер. Отпустил его обратно на камни и бросился к следующему. Этот даже был в сознании, глаза навыкате. Он бормотал что-то неразборчивое и тянул руку, пытаясь ухватить меня за штанину.
— Извини, мужик, — прошептал я вырываясь. — Всех я, скорее всего, спасти не смогу.
Вторую мысль я скорее для себя произнёс, чтобы потом мне по ночам этот инкубатор не снился и скрюченные пальцы бедолаг ко мне не тянулись. Я успел разглядеть пустой кокон, образовавшийся на спине у мумифицированного животного (возможно, кто-то из кротов или похожих подземных жителей) — я это зрелище мне не понравилось.
Сбоку, по крайнему ряду заключённых промелькнул тёмный силуэт и что-то заблестело, оставив угасающий в темноте росчерк. Это глаза, что ли, так светятся? А следом с другой стороны раздалось хриплое урчание и какой-то влажный звук проломленной черепушки. Чёрт! Они уже здесь, и на одну попытку найти одного из наших стало меньше.
  
Я бросился к следующему телу, уже на ходу понимая, что билетик, наконец-то, выигрышный! Это был Сапёр! Какой-то совсем грустный, бледный и исхудавший. Без сознания, глаза закрыты, но грудь едва-едва колышется от полудохлого дыхания. Вот только порадоваться мне не дали. Сиплое дыхание очень чётко раздалось у меня за спиной, а впереди, с другой стороны от Сапёра нарисовалось гибкое, мускулистое тело с большой головой и вспыхнули два жёлтых глаза с вертикальными зрачками.