Я вернулся. Том 6 (СИ)

Наконец Джина принесла нам две чашки. С каменным лицом аккуратно поставила их на журнальный столик, стараясь не поднимать на модификанта взгляд.
— Похвально, но от меня свои эмоции не скроешь, — беря чашку в руки, вновь обратился к девушке Седьмой. — Ты такой же эмпат, как и Четвертый. За исключением того, что в разы… Нет, в десятки раз хуже него. Дефективная.
Я сжал кулаки до хруста в пальцах, что не скрылось от парня, а Джина, опять же, никак не отреагировала на прямое оскорбление. Будто бы в моей сестре что-то сломалось. Шестеренка, отвечающая за самозащиту.
  
Странно это.
— А вот сейчас ты хорошо сдерживаешься, — перевел двойник взгляд на меня. — Но что бы ты сделал, если бы мое место занимал некто слабее тебя или равный по силе? Уровень твоей агрессии растет пропорционально с каждой новой дозой, и для меня это не новость. Для тебя, впрочем, тоже, раз уж ты так рьяно отказывался от сыворотки и тем самым отстаивал свою человечность. Можешь присесть, — вновь обратился он к Джине, и девушка уселась рядом со мной, снова исполнив его команду, как какая-то безвольная кукла.
И, расслабленно откинувшись на спинку дивана с чашечкой чая в руках, Седьмой решил прочитать мне целую лекцию о дополнительных последствиях приема сыворотки, с которыми я столкнулся уже сегодня. Вовремя же он о них заикнулся, конечно…
По его словам, проблема с агрессией у модификантов крылась в деструктивных изменениях, связанных с поясной извилиной и лобной корой головного мозга. При их преобладании над сигналами из миндалины любое проявление агрессии заранее расценивается мозгом как реакция, несущая негативные последствия, и своевременно подавляется. Однако под влиянием сыворотки сигналы к агрессии, поступающие из миндалины, не блокируются.
Опять же, если верить Седьмому, то грубо говоря, в критический момент непроизвольно начинают отказывать тормоза и дипломатическое разрешение ситуации отступает перед насилием на задний план. Поведение, присуще животному, но никак не здравомыслящему человеку, проживающему в социуме и следующему определенным законам и нормам морали, принятым в нем.
— Почему же ты решил посвятить меня в это именно сейчас? Чтобы я не отступил раньше? Чтобы продолжал обкалывать себя этой дрянью и дальше, пока мне окончательно мозги не разъест⁈
— Прежде чем приступать к борьбе с проблемой, стоит сперва прочувствовать на себе все последствия этой проблемы.
— Вот сейчас и прочувствуешь… — прошипел я, а после вскочил с дивана, взяв в руки чашку с горячим чаем, и выплеснул ее содержимое модификанту в лицо.
Тот даже бровью не повел, словно ожидал от меня подобной выходки. А что самое главное — его регенерация работала настолько быстро, что на коже не появилось ни пятнышка. Ни одного следа покраснения от свежего ожога.
Всё предусмотрел. Может, и чай попросил заварить ради этого момента.
Сука.
— Алекс, — обхватила сестра мое запястье и мягко потянула вниз. — Не надо. Сядь. Пожалуйста. Это не поможет.
— А ты-то с чего взяла⁈ — охваченный мерзким чувством бессилия, направил свой гнев теперь уже на нее за неимением иных вариантов. — Или вы уже лично познакомиться успели? Тогда неудивительно, что он умудрился промыть тебе мозги.
— Пожалуй, отвечу за малышку Джину, — с легкой ухмылкой склонил Седьмой голову набок. — Нет, здесь мы сегодня встретились впервые. Просто, в отличие от тебя, твоя сестрица понимает, что вам никогда не светит стать мне ровней. Чувствует себя, как зверушка, загнанная в угол. Каждой клеточкой своего тела. Этого вполне достаточно, чтобы на время усмирить ее диковатый нрав. Ну а что касается лично тебя, Алекс, я пришел сюда не только для того, чтобы обсудить твое поведение. У меня появилось к тебе интересное предложение, от которого ты вряд ли откажешься, если жаждешь покончить с моим отцом в кратчайшие сроки.
Я молчал. Понимал, что ничего хорошего сейчас не услышу, потому что любая идея Седьмого стабильно оказывалась хуже предыдущей в разы.
Лишь бы убрался из моего дома поскорее, а дальше разберемся.
— Ты не станешь проникать на базу тайно, — продолжил модификант, и уголки моих губ нервно дернулись. — Я был бы не против выпасть из поля зрения отца и братьев на неопределенный срок, ну а тебе предлагаю на то же время… занять мое место.
— Занять… твое место? — скептически переспросил я.
— Вот только заранее предупреждаю, что эта выходка может стать для тебя билетом в один конец, — произнес двойник и сделал маленький глоток. В тот же момент с висящей сосульками челки сорвалась одинокая капля и капнула в его чашку. — Я не преувеличиваю. Если кто-либо из них догадается о подмене, тебя утилизируют безо всяких вопросов в два счета. Это в лучшем случае, потому что в худшем… мало ли какие планы на тебя могут возникнуть у отца? Даже я не всегда способен прочесть его истинные намерения и предугадать действия. Однако если всё пройдет гладко, и ошибок ты не допустишь, то сможешь поставить шах и мат еще раньше, чем ожидал. Выбор за тобой, Алекс.
  
Глава 6
 
Напряжение, от которого воздух, казалось, потрескивал, достигло теперь своего пика.
Притвориться… одним из двойников?
Джина, не издавая ни звука, продолжала удерживать меня за руку, опустив голову и плотно поджав губы.
Многим же мне придется поделиться с сестрой, когда модификант наконец соизволит отправиться восвояси и оставить нас наедине. Я ведь так и не сказал ей ни слова о возобновлении приема сыворотки, а крики агонии в лаборатории списал тогда на нервный срыв. Само собой, мою ложь Джина раскусила сразу же, но и о правде догадаться не смогла бы. Без посторонней помощи одного такого модифицированного ублюдка…
— Так каким будет твой ответ? — выдержал Седьмой небольшую паузу, чтобы я смог взвесить для себя все за и против подобного хода. — Готов рискнуть?
— Мне придется притвориться тобой, но как я смогу это сделать, не зная даже особенностей квадры, из которой ты вылез? — бросил на парня холодный взгляд исподлобья. — Ты не рассказал о себе практически ничего, а теперь предлагаешь сыграть свою роль?
— Для того мне и хотелось бы пару-тройку дней провести с малышкой Джиной, — приподнялись уголки его губ в искусственной улыбке. — Ей без тысячи лишних слов станет ясно, что я собой представляю. Чем слабее способности, тем больше времени потребуется на изучение моего характера, привычек и манер, а ее дефективность не располагает к быстрому анализу, сам понимаешь.
— Пару-тройку дней? — едко усмехнулся я такой наглости. — Это наша квартира, а не гостиница.
— А кто сказал, что мы останемся здесь? Думаю, твоя сестрица не будет против немного отдохнуть. Скажем… экспресс-тур по Пусану? В это время года там довольно живописно.
Я так и застыл, не понимая, как на такое дикое заявление реагировать. Неужели он, и правда, рассчитывает на то, что я отпущу с ним мою единственную оставшуюся в живых родственницу вот так просто, да еще и хрен знает куда⁈ Для «веселого» времяпрепровождения с этим чудовищем?..
— Со своей стороны могу заверить, что не трону ее и пальцем, — добавил Седьмой как бы между прочим. — В этом нет смысла, да и никакой выгоды тоже. Зато, если никто не будет путаться у нас под ногами, шансов на успех в задуманном мною мероприятии будет на порядок больше. Если ты, конечно, решишь воспользоваться моим предложением и закончить всё быстро, пока у тебя окончательно не поехала крыша.
— Ни в какой Пусан вы не поедете.
— Поедем, — неожиданно твердо заявила Джина, отпустив мою руку. — Он прав. Без отвлекающих факторов со стороны я смогу узнать его настолько хорошо, насколько это возможно. Даже за несколько дней.
  
Да черт возьми… Что с ней вообще происходит⁈ Несколько месяцев прожил с этой девушкой под одной крышей, а сейчас рядом со мной сидит человек, намерения и поступки которого я отказывался понимать!
Вдох, выдох. Никаких эмоций. Сугубо рациональный подход.
— Даже если бы твой запасной план сработал и мне удалось бы совершить задуманное, — вновь присел я на диван и воззрился на двойника, — как в таком случае предлагаешь поступить с твоими «братьями»? Они будут представлять реальную угрозу и после. Ты ведь не собираешься оставлять их в живых?