Правильный лекарь 9

 
Глава 2
 
– Итак, господа, – сказал я, когда мы отошли от клиники метров двести по улице. – Спасибо за успешное похищение, но есть ли какие-то дальнейшие планы?
– Конечно есть, – хмыкнул Юдин, увлекая меня за локоть в расположенную в цокольном этаже кофейню.
Я поспешил за ним, понимая, что, если попытаюсь упираться, переломаю себе ноги. Да и зачем, собственно, упираться? Меня же не Баженов туда тянет, а Юдин. Тем более, что следом за мной спускаются две прекрасные девушки. Приятные ароматы я ощутил ещё до того, как открылась дверь. Зато, когда она открылась, запахи выпечки и свежего кофе ударили в нос мощной волной, едва не сбив с ног.
  
Сделав несколько шагов вглубь заведения, я увидел ещё один сюрприз, за накрытым столом сидела Мария и хвасталась неровными молочными зубами, всеми до единого.
– А вы вовремя! – воскликнула она. – Как раз только всё принесли, прямо из печки. А ещё вон тот злой дяденька хотел меня отсюда выставить, мол нечего тут делать без взрослых.
Она кивнула на стоявшего у барной стойки официанта, тот побледнел и отвернулся.
– Надеюсь ты не сильно вправила ему мозги? – хмыкнул я. – В обратную сторону вывиха не будет?
– Всё нормально, – махнула магичка детской ручкой. – Будет знать, как приставать к молодым незамужним женщинам. Ну что, тебя можно дважды поздравить?
Она подняла фужер с красным вином, я посмотрел на него, потом на неё.
– Это гранатовый сок, глупенький! – задорно расхохоталась она. Да так заразительно, что все поневоле присоединились. – Я же не полная идиотка накачивать вином детский организм. Вот подрасту, тогда видно будет.
– Тогда поздравляй, – продолжая хихикать сказал я.
– Поздравляю! – сказала Мария, чокнулась со всеми, пригубила сок и поставила на стол.
– И всё? – вскинув брови спросил я.
– Тебе там что ли высокопарных речей не хватило? – криво улыбнулась она. – Тебе тогда в городское управление надо работать переходить, там такого добра до состояния “выверни желудок” каждый день.
– Нет уж, спасибо, – хмыкнул я. – Как-нибудь проживу без этого всего.
– Ну вот то-то же, – тоненьким голосочком провозгласила Мария и снова подняла свой бокал, содержимое которого было так похоже на красное вино. – За Сашу Склифосовского, лучшего лекаря Санкт-Петербурга!
– За Сашу! – дружно подхватили все остальные, а я чуть не поперхнулся.
– Послушай, Мария, спасибо, конечно, но ты не перегибай, – покачал я головой. – Какой же я лучший?
– Ну ты даёшь, Саш! – она вскинула брови и уставилась на меня своими бездонными голубыми глазами. – Лучший ведь не тот, кто в соревнованиях победил. Ты вон как медицину в городе двигаешь. Теперь бы ещё всё это в масштабе империи провернуть, было бы здорово.
– Чтобы провернуть такой замок, у меня нет соответствующего ключика, – хмыкнул я.
– А тебе и не нужен такой ключик, – совершенно серьёзно продолжала вещать она. – Тебе нужен ключик, который заведёт несколько человек, которые разъедутся по губерниям и там продолжат твоё дело. Одного тебя на всю страну не хватит.
– Золотые слова! – изрёк Юдин и снова начал наполнять бокалы.
Я свой вовремя забрал и налил туда гранатовый сок, который был в кувшине на краю стола. Проверил, точно сок, Мария не обманула.
– Ты не хочешь выпить глоток вина за свои успехи? – удивился Илья.
– С меня на сегодня хватит, – покачал я головой. – И у меня есть ещё одно предложение на сегодня.
– Интересно, какое? – полюбопытствовала Настя, подкладывая мне в тарелку мой любимый салат.
– Мария ещё не была в оранжерее Троекуровых, – сказал я и подмигнул магичке. – Я посмотрел расписание, они работают до девяти, так что можем ещё спокойно посидеть, потом поехать туда.
– Оранжерея? – Мария даже открыла рот от предвкушения чуда. – Зимой? Да, я хочу!
– Значит решено, – кивнул Юдин. – Вот перекусим слегка, потом сразу туда.
– Илюх, ты похудел что ли? – спросил я, приглядываясь к нему. – Вроде щёки немного уменьшились.
– Тоже заметил? – хмыкнул он. – Надо срочно исправляться.
Он взял со сковороды перепёлку и подложил ещё жареной картошки.
– Ну вот, теперь я за тебя буду спокоен, – улыбнулся я, глядя, как друг старательно уплетает птичку.
– Все усилия насмарку, – вздохнула Лиза, накладывая себе овощной салат. – Илюша, мы же договорились вечером жирного не есть.
– Душа моя, ну где ты видела жирную перепёлку? – парировал он, поправляя тылом ладони очки. – Это если к ней только нитками кусок сала привязать.
– Ну а картошка? – насупилась девушка.
– Она тоже без сала, – буркнул он. – Солнце моё, ну я совсем немножко, быстро худеть вредно для здоровья.
– Ладно, кушай, – сказала девушка и устало махнула рукой. – Завтра поговорим.
Я с интересом наблюдал за их беседой, переводя взгляд с одного на другого и улыбаясь. Лиза это заметила, залилась краской и уткнулась в свой овощной салат. Юдин тем временем добил перепёлку и довольный откинулся на спинку стула.
– Ну всё, я готов идти смотреть на цветочки, – с улыбкой сытого кота сообщил Илья.
– Сначала чай со штруделем, – категорично заявил я. – Иначе никуда не пойду.
– Опять ты со своим штруделем, Склифосовский? – Илья тяжко и протяжно вздохнул, потом завёл глаза к потолку. – Господи, и когда же он тебе надоест?
– Можно подумать, что я ем его каждый день, – хмыкнул я. – И потом, я же тебя не заставляю, закажи себе шакер-чурек.
– Кого? – удивлённо протянул Юдин и посмотрел на меня, как на инопланетянина. Так же смотрели на меня друзья Боткина, когда я пытался заказать безалкогольное пиво. Опять что ли я напоролся на блюдо, которого здесь не существует?
– А что, здесь его не пекут? – невинно спросил я.
– Что это хоть вообще есть? – настойчиво спросил Илья, подтверждая мою версию.
– Да так, – махнул я рукой. – Восточная сладость. Типа пахлавы.
– Типа чего? – ещё больше удивился друг.
– Так тебе что заказать? – сменил я тему, подзывая официанта. Видел, как Лиза ещё больше насупилась, когда речь пошла о сладком.
Илья покосился на девушку, взглядом спрашивая разрешения.
– Я буду штрудель, как Саша, – махнула Лиза рукой.
– Тогда мне пирог с малиной, – расплылся в улыбке Юдин. Мария и Настя его поддержали.
В семь вечера мы сели в вызванный мной лимузин и отправились в оранжерею. Когда Мария увидела многообразие диковинных цветов, у неё на глазах навернулись слёзы, губки надулись, и она первый раз шмыгнула носом. Глядя на цветы, она забыла, что находится в теле ребёнка и не думала, как выглядит со стороны.
– Что с тобой? – тихонько спросил я, склонившись к её уху.
– Красиво, – дрожащим голосом сказала она. – Почти как в моём саду во дворе замка до того, как началась эта проклятая война. Все клумбы разбомбили и растоптали до плотности булыжной мостовой. Мы уже почти отбили замок обратно, когда я погибла в бою при штурме.
– Искренне сочувствую, – единственное, что я смог сказать.
Я решил её больше не трогать, предоставил самой себе, она должна спокойно погрустить. Лиза, увидев грусть Марии, тоже хотела вмешаться, но я её остановил. Так мы и ходили молча по оранжерее вслед за девочкой.
– А чего это вы все такие грустные? – внезапно спросила Мария, резко обернувшись к нам и оценив наши лица. – Ведь всё хорошо, что за кислые лица? Немедленно прекращайте, а то здесь сейчас все цветы завянут, а в соседней лавке прокиснет молоко! Или вам пирога с малиной не хватило? Тогда поехали ещё закажем!
– Я уже больше не хочу, – покачал головой Юдин. – С меня на сегодня хватит.
  
– Да ладно! – подхватили все хором, потом дружно рассмеялись, привлекая внимание немногих посетителей оранжереи. Дело близилось к закрытию, я даже не заметил, как время пролетело в созерцании и размышлениях.
– А давайте вот здесь сфотографируемся на память! – воскликнула Мария и потащила нас с Настей за руку в сторону самого нарядного цветника, возле которого начинал дремать уставший за день фотограф.