"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– У меня есть отличная кандидатура. Отставной майор спецназа.
Борис Викторович послал друга… в отставку.
– А тут понимаешь – пришла и начала всех строить. Кирюха за ней… ну, не хвостиком ходит, но заинтересовалась. Что дальше будет – не знаю, посмотрим. Но знать надо, раз так.
– Выясню я тебе все про девочку, выясню.
– Заранее спасибо. Документы сейчас скину по ватсапу.
  
– Давай.
Борис Викторович сунул телефон в карман и повел носом.
Пахло в машине так… здесь так никогда не пахло. Обычно Борис Викторович вдыхал запах дорогого парфюма и моющих средств, кожи и металла. Но не сейчас.
Ланч-бокс источал такие ароматы, что хотелось открыть его – и слопать все сейчас. Только вот не лезет уже.
– Роман, тебя хоть накормили?
– А то ж! Анна Петровна на всех готовила! Да ловко так…
– Она тебе нравится?
Роман пожал плечами.
– Сложная она. Вроде и живет чуть не в трущобах, и одета небогато, а иногда как глянет – мороз по коже. Вот другие, не в пример ей, и парфюмом поливаются, и одеты от версачей, а все равно – крестьянки.
Борис Викторович узнал в этом описании Лизу и хмыкнул.
– Не наглей.
– Что вы, Борис Викторович! Я бы и не посмел…
Хозяин покачал головой, но спорить не стал.
– Говоришь, сложная?
– Да. Как она держится, как говорит, как смотрит – ощущение… знаете, такая девочка из хорошей семьи. Из очень хорошей.
– Понятно. Ладно, будем посмотреть дальше.
* * *
Анна проводила взглядом работодателя и повернулась к Кире.
– Ну что – первое занятие? Надо определить, что и сколько есть в кладовке, составить список, а потом решить, что мы будем готовить, на сколько человек, что докупить…
– Так сложно?
– Дом вести вообще сложно. Роза Ильинична отлично справляется, – польстила домоправительнице Анна. Хотя и видела огрехи, недочеты… Ее-то учили! А тут хоть и талантливая и педантичная, но самоучка! Спасало то, что дом – не полноценное поместье, там бы сложнее было.
А во времена Анны хозяйка была кем-то вроде менеджера в современном отеле. Здоровущем, кстати. И менеджер этот находился в состоянии регулярной беременности – родов – кормежки – воспитания… Рехнешься! И никакого декрета!
Роза Ильинична покивала.
Не то чтобы ей нравилось такое вторжение в ее дела, но пусть лучше девчонка делом займется, чем пакостит и шкодит! Опять же, ее бабке такое бы понравилось. Точно.
Кира подумала, потом вытащила айпад – и девушки отправились по кладовкам. Сталин составил им компанию.
А вдруг?
Вдруг в кладовке живет бука? И как выпрыгнет! Как нападет!
Буку он еще не кушал! Только крысу… опять же, вдруг хамон неровно висит? Надо помочь, проконтролировать…
Русина, поместье великого князя Гавриила Воронова
Политика – это искусство компромисса.
И находить эти компромиссы надо с людьми, которых с радостью бы на колбасный фарш переработал.
С восторгом бы!
А – нельзя.
Они нужны, они полезны… в данный момент. Поэтому можно утешать себя мыслью, что когда этот человек перестанет быть нужным… в политике нет друзей, но есть интересы, не так ли?
Вот тогда он и узнает, где зимуют раки. Отправившись под лед.
А пока…
Терпеть.
Другого выхода нет.
Вот и сидели в одной комнате два человека, которые при других условиях оппонента бы зубами загрызли. Пили вино, улыбались – и мечтали.
Жом Пламенный – о взрыве. Хорошем таком, чтобы уши на крыше, а ноги на фонаре… и кишки, кишки веером по улице!
Князь Гавриил – о виселице. С подставленной колодой, чтобы подольше мучился, подонок!
Каждый в меру своей фантазии. Но улыбались они друг другу вполне мирно. И даже с неким взаимопониманием.
– Что скажете, жом Воронов? – Жом Пламенный улыбался. Вежливо так…
– Что я могу сказать? Вы прос…ли все что могли, – не по-княжески отозвался Гаврюша. – Так и неизвестно, кого мой братец объявил наследником?
– Пока – нет. Есть предположения, что уцелел кто-то из его дочерей, но…
– Бабу – в наследницы?
– В истории бывали такие случаи, разве нет?
Гаврюша скривился.
– Бывали. Но там есть вполне определенные условия, жом.
– Прошу вас поделиться ими со мной. Подозреваю, что без знания этой информации мы совершим много ошибок, – жом Пламенный был сама любезность.
Гаврюша кивнул. Покривился, помолчал какое-то время, а потом неохотно начал говорить.
– Есть такое предание, жом. Сразу хочу оговорить – это именно предания, но в них стоит верить. За время правления династии Вороновых им было несколько подтверждений, и я могу перечислить их.
– Я готов поверить во что угодно – после колокола и пушки, – кивнул жом Пламенный. – Я допросил людей, они клянутся, что рядом с колоколом никого не было. А он звенел…
– Звенел.
– Сам.
– Сам…
– Магия?
Гаврил покривился еще сильнее. Сунул в рот лимончик, чтобы хоть как-то оправдать горький привкус, и неохотно выдавил и себя:
– Благословение Хеллы.
– Хеллы? Но позвольте!
– Да, язычество. И в богиню почти никто сейчас не верит. Но – по преданию, у истоков нашей династии стояла ее жрица. Она принесла в жертву ребенка царской крови и поклялась, что восстановит ЕЕ храмы.
– И сдержала обещание?
– Не совсем. Храмы она не восстановила, но в нашем роду знали, кто мы и откуда. Петер точно знал.
– Допустим…
– Один удар колокола – государь мертв. Три – он выбрал наследника. Выстрел пушки – наследник принял трон. По преданию, когда лили колокол и пушку, добавили туда кровь той самой основательницы династии. Кровь, волосы, что-то еще… Она закляла их.
– Допустим.
– И – коронационные регалии.
– Корона? Трон? Скипетр, держава… что именно?
– Вы слишком широко мыслите, – усмехнулся Гаврюша. – На самом деле регалия всего одна. Слеза Хеллы.
– Что это такое?
– Драгоценный камень небольшого размера, – Гаврюша изобразил на пальцах, какого именно. – Черный. Если его повернуть на свет, видны цветные искры. Чем-то он похож на черный опал.
– Таких камней в сокровищнице…
– Но не каждый режет алмазы, как стекло.
– Хм…
– Я уверен, Петер забрал его с собой. И передал наследнику… наследнице.
– Женщину можно объявить наследницей?
– При определенном условии.
– Каком, тор?
Жом Пламенный и про равенство забыл.
Магия, условия… смешно звучит в наш просвещенный век, не так ли?
Глупо!
Но ведь работает! И это страшно! Не хотелось бы получить на свою голову… Власти – хотелось. А вот проклятий и прочего – извините.
– Жертвоприношение, – хмуро бросил Гаврюша. – Наследник должен принести своей рукой жертву Хелле. Так было с императрицей Арин – она принесла в жертву своего мужа. С императрицей Надин – та принесла в жертву брата.
– А здесь?
– Хелла засчитает и врага. Или – если девчонке пришлось добивать родных… надо смотреть. Это капризная богиня… бабы! Хоть и боги, а бабы!
Жом Пламенный пожал плечами.
Вот божественная история его в детстве волновала мало, да и учили в гимназии заветам Творца, а не языческому пантеону.
– Допустим, она принесла жертву Хелле. И та ее приняла. Что дальше?
– Пока жив наследник или наследница – я власть не приму. – Гаврюша выглядел мрачно. – Хоть убивайте.
Вот уж чего жом Пламенный не ожидал. И изобразил «маску изумления».
– От пули помираешь быстро. А вот от проклятия…
– От проклятия?
– Теряешь все, что дорого. И следа твоего на земле не остается. Помните историю с завоевателем Ашандером?
Жом Пламенный помнил.
Диктатор, поставивший под свою руку почти все страны континента, пришел в Русину. Прошел ее. Завоевал Звенигород.
  
И – сбежал.
Его войска были разбиты, семья разрушена, власть он потерял, детей не оставил, сам умер всеми забытый и преданный…
– Это… но ведь его просто победили?