"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Ответом было молчание.
— Тогда идем. Кто со мной?
— Кто ж еще? — вздохнул Черный Странник. — Отпустить тебя одного в пасть тигра мне не позволит профессиональная честь.
— С каких это пор профессиональные вынюхиватели информации стали обладателями такой характеристики? — удивился я.
— С тех самых пор, как варвары приобрели талант обыгрывать Владык Высших Сфер в их собственной Игре, — парировал Мортис.
  
Хм… а ведь Лишенный Имени, сам того не ведая, мог оказаться прав на все сто процентов.
— Довольно-таки занятная встреча, — сказал Дакан, стараясь ничем не выказать своего удивления. Хотя мое появление из-под покрова невидимости прямо у него перед носом трудновато было назвать обычным или предсказуемым.
— Да уж, — кивнул я. — Что, интересно знать, Странник делает на Темной Стороне?
— Наверное, то же, что и готландский Герой, — слегка усмехнулся он. — Работает.
— И твоя работодательница, естественно, именуется Белоснежкой?
— Не факт, хотя ты волен сделать подобный вывод.
Я быстро произвел переоценку: Неуловимый определенно был умнее своих старших братьев.
— Как бы то ни было, твоей целью является Чаша Бурь.
— Трудно отрицать, — согласился Дакан. — Но я еще ничего не услышал о твоей цели, аз-Зайд.
— Чего? — переспросил я.
— «Аз-Зайд» означает «неукротимый» на турраканском диалекте.
— О, понятно. Что ж, моя цель, как это ни прискорбно, совпадает с твоей.
— Что в том прискорбного? — поинтересовался он.
— Конфликт интересов при численном неравенстве сторон. У тебя как-никак около сотни бойцов, а на моей стороне в лучшем случае полдюжины.
— Как бойцы, пожалуй, гномы неплохи. А как Искатели… — Странник обреченно махнул рукой. — Если мне что-то и удастся сделать, так только в одиночку.
— Ну, в таком случае у меня есть к тебе предложение.
Он ожидал этих слов, так как по правилам любого из Кодексов их следовало произнести именно сейчас. И ответ Неуловимого также был традиционен, что лишний раз убедило меня в истинности моих построений. Игровой Кодекс лежал в основе всех сводов законов и правил, какими руководствовались Странники, люди, сидхе, дроу и все остальные, по большей части не подозревая о том.
— И конечно, это предложение из тех, от которых я не смогу отказаться, — произнес Дакан.
— Отчего же? Выбор за тобой. А предложение, как ты и ожидал, простое: ты присоединяешься к моей группе исследователей, а если случится так, что мы достигнем КОНЕЧНОЙ цели, — там и разберемся, кому должна принадлежать награда.
— Один только я?
— Если ты считаешь, что кто-то из твоих гномов способен оказать реальную помощь, можешь взять их с собой — но не более пяти. Если судить по тому, что мне довелось недавно увидеть, толку от них не будет никакого. Впрочем, как я уже сказал, выбор за тобой.
— А какова альтернатива? — спросил он.
Я нехорошо ухмыльнулся и промолчал.
Неуловимый прекрасно понял ответ, и его ухмылка была зеркальным отражением моей.
— Договорились? — наконец сказал я.
— Да, — подтвердил Странник.
— Правильное решение, — сообщил Мортис, возникая за спиной Дакана. Покров невидимости теперь прикрывал его только сзади, а для гномов все выглядело так, будто их начальник бесследно растворился в воздухе.
Неуловимый скрипнул зубами, однако ничего не сказал. Он хорошо знал правила Игры.
Чаша Бурь испускала низкие, пронизывающие все тело ноты. Склоны дрожали, заставляя пальцы рук скользить и срываться. Один из Ночных Клинков не удержался и свалился с уступа, но успел привести в действие чары, которые Лишенный Имени по неизвестной мне причине назвал «Pveathrfall», и благополучно приземлился у основания скалы. Остальные медленно ползли вперед.
Когда до гребня оставалось футов тридцать, вокруг заревели вихри. Я распластался по стене, впечатываясь в камень; краем глаза я засек, что Мортис и Дакан приняли то же положение. Более легкий и ловкий Джанг успел всадить в трещину стилет; когда его ноги оторвало от скалы, он спокойно повис на рукояти, пережидая возмущение стихий. Элайн, та и вовсе поднималась при помощи заклятья левитации, поэтому ветер лишь отнес ее от стены на несколько шагов, где и покинул, решив, что висеть в воздухе невозможно. Янтарная Звезда не стала разубеждать его и притворилась иллюзией.
Дюйм за дюймом мы двигались вверх. И достигли края Чаши.
Ветер заговорил, цитируя очередное древнее пророчество:
В пустыни ступить, где сокрыты
Тайны иных земель,
И где, пугая, стоят забыты
Башни Минувших Дней.
 [170]
Как я понял мгновением позже, эти строки оказались не только (и не столько) цитатой.
Внутри Чаша Бурь походила на амфитеатр, с покрытой мелким темным песком площадкой в центре и плавно сбегающими к ней склонами, причудливо изрезанными наподобие… рядов сидений. Я даже мог видеть подлокотники кресел. Впрочем, не все сиденья были одинаковы. Некоторые были рассчитаны определенно не на людей и даже не на представителей какой-либо человекоподобной расы…
А образы шести чудовищных Башен, каждая из которых превосходила размерами саму Чашу Бурь, плыли в огненном тумане небес, безмолвно объясняя неудачливым пришельцам, что они ступили на чужую территорию. По-настоящему ЧУЖУЮ — тут начинались Миры Нереального.
Слова были излишни — картины говорили сами за себя.
— Скажите мне, что я брежу, — попросила Элайн.
— Надеюсь, что это не так, — возразил Мортис. — Колдунья, страдающая галлюцинациями, — это последнее, что нам нужно.
Увиденное ею — и всеми нами — не было галлюцинацией. Иллюзией — возможно, но не видением. Потому что двое не могут грезить одинаково, видя одно и то же.
Видя, как ряды призраков заполняют сиденья Чаши Бурь — одной из Арен, на которых проходят битвы в Нереальных Мирах. Видя, как песок орошается кровью убитых, резко пахнущей бесцветной жидкостью, способной разъесть булатную сталь куда быстрее сильнейшей из алхимических кислот (почему-то при виде этой крови в моей своенравной памяти возникло оставшееся не иначе как от Черного Странника слово «ichor».  [171] Видя…
…нас самих, обреченно идущих к Арене по устланной алым ковром лестнице.
Тот, кто играл здесь роль герольда, еще не заговорил, но я уже знал все, что он намеревался сказать. Подозреваю, Янтарная Звезда и Лишенный Имени также были в курсе, так что эти слова предназначались в первую очередь Дакану и Джангу с напарником. И зрителям, ради которых подобные «комментаторы» всегда и стараются.
— Ваш приход был предопределен, — возвестил четырехрогий призрак-герольд, — задолго до вашего рождения. Если выиграете — получите шанс вернуться обратно. Проиграете — останетесь здесь, а ваши тела займут другие, более достойные жить в реальном мире. Отказ от игры считается признанием поражения. Вопросы будут?
Как и следовало ожидать, вопросов не было.
— Тогда приступим, — деловито сказал призрак. — Бой первый: Пожиратель Сновидений против Янтарной Звезды!
Элайн выступила вперед. В центре Арены возникло нечто неописуемое, определенно являющееся Пожирателем Сновидений.
— Фантазм! — выдохнул Мортис. — Берегись!
— Это ты кому? — спросил я.
— Не нашей чародейке, — улыбнулся Джанг. — Для того, чтобы сладить с Янтарной Звездой, необходим кое-кто покруче простого пожирателя душ.
Слова дроу казались простым бахвальством. Прислушавшись к разговорам зрителей (они очень напоминали мне диалоги, какие я часто слышал в Полых Холмах), я заключил, что средние ставки были четыре к одному против Элайн.
  
Однако устроителей тотализатора ждал неприятный сюрприз — Пожиратель Сновидений был развеян в ничто всего одной формулой. Правда, формулой далеко не из простых: даже зная Язык Бездны, я понял в бормотании чародейки только некоторые слова — «зеркало», «душа» и «явь». Остальным вряд ли удалось разобрать больше.