"Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
ЛИСЬЕЙ?!!
Отступая назад, я смотрел в искаженное гневом лицо Хитроумного Локи, последнего из Асов. Пускай он был предателем Асгарда — это не уменьшало его былого могущества!
Скорее наоборот.
— Гьяллархорн ему потребовался, — буркнул Лис, поднимая копье. — Хотел протрубить в последний, третий раз и завершить цикл? Хотел вернуть Асгард в первозданное состояние? Не выйдет! Мертвые Асы нравятся мне гораздо больше живых! Таковыми они и останутся.
Не обращая особого внимания на то, что он говорил, я обнажил меч, хотя и понимал тщетность этого поступка. Мифриловое лезвие вспыхнуло — и, странное дело, Локи моментально замолк, впившись сузившимися глазами в мой клинок.
— Где взял? — потребовал он ответа.
— Подарили, — удовлетворил я его требование.
— Черный Странник с мечом света? Оригинальное сочетание.
— Если это обо мне, вынужден тебя разочаровать. Вовсе я не Черный Странник… — по крайней мере, пока, подумал я.
Это остановило Лиса.
— А тогда что ты делал в Бездне?
— Сражался с каким-то вконец очумевшим колдуном из Блэкуолда, — сказал я, не слишком уклоняясь от истины.
Интересно, на мне что, написано, что я побывал в Бездне? Кажется, это заметно уже всем встречным… И что значит титул «Черный Странник» в устах Локи?
Лис опустил свое копье и поскреб острый подбородок, определенно что-то прикидывая в уме.
— Ладно. Исполнишь одну работенку — получишь Рог. Даю слово.
О том, как Хитроумный Локи держит (точнее, не держит) свое честное слово, упоминали даже саги Готланда, в которых мало что говорилось об Асгарде. Но выбора у меня не имелось, так что пришлось поверить.
— Что за работенка? — уточнил я.
— Притащи мне воды из Источника Мимира.
С трудом вернув на место отвисшую до земли челюсть, я выдавил:
— Так он же теперь свободен. Я лично перерезал глотку этому ледяному громоздиле, и…
Тут пришел черед удивляться Лису:
— Ты это сделал?! Как?!! Сам Громовержец потерпел неудачу в Утгарде, провалив семь испытаний!..
Я пожал плечами:
— Пришел, увидел, одолел. Хорошо, если тебе так нужна эта вода, я принесу — только отправь меня к Источнику и дай какое-то средство, чтобы вернуться. Тот путь, каким я шел тогда, я не собираюсь повторять даже для спасения души!
— Душами я не занимаюсь, — махнул рукой Локи. — Ладно, считай, что договорились. Тебе невероятно везет.
Это верно, подумал я. Удача на моей стороне… и потому необходимо осуществить всю операцию как можно быстрее, пока Боги Случая не передумали помогать мне.
Получив у Лиса небольшую флягу и амулет со встроенным Заклятьем Смещения Отражений (что это значило, я не очень-то понял), мгновение спустя я оказался у известного мне Источника Предвидения.
Склонившись над ручьем, чтобы набрать воды, я впервые за несколько недель увидел свое отражение. Почудилось, что ли?
Я прошел немного дальше, где поверхность Источника была гладкой и лишенной ряби.
Нет, не почудилось. Мои глаза действительно сменили цвет с серо-голубого на черный.
Вот как во мне распознавали Черного Странника: у смертных ведь не бывает абсолютно черной радужной оболочки, которая полностью сливается со зрачком даже при самом ярком освещении.
Следующий мой поступок можно объяснить лишь наитием. Я набрал в горсть воды и плеснул себе в глаза.
Боль была такой, словно черный венец Преисподней вновь раскалывался на части — теперь уже вместе с моей головой. Сознание заволакивала пелена небытия, как и в прошлый раз; однако я знал, чего ожидать, и держался из последних сил…
Зачерпнуть еще воды — и выпить…
Голова вдруг стала кристально ясной, а глаза стали замечать даже отдельные снежинки на поверхности холмов, отстоявших от долины Источника на пять миль.
Боль не исчезла, она превратилась в нечто второстепенное, малозначащее; на первый план выступило то, что до поры до времени было скрыто в глубине моего сознания. Все то, что я так тщательно туда загонял, боясь выпустить наружу…
Мой жизненный путь был отмечен таким количеством в принципе не-возможных ситуаций, что случайностью это не осмелился бы назвать даже самый заядлый скептик. Кто только не встречался мне на этом Пути — низшие демоны, Дьяволы и Владыки Ада, Странники и Властители. Боги и те снизошли до встречи со мною (если полагать таковым Лиса-Локи, как думали дети Аска и Эмблы). Я уже не говорю о противниках, с которыми мне приходилось — и, возможно, еще придется — драться; у бессмертного Чемпиона, и то навряд ли окажется на счету такая коллекция врагов, какую заполучил я в свои неполные восемнадцать.
Что это значило? Я не представлял.
Возможно, когда получу Рог и свершу то, что от меня требовали в Бездне, это выяснится.
Да, возможно. Но не более того.
И почему месть? Ведь Норны давно предрекли Асгарду поражение, а мелкие отличия, увиденные мною в картинах Рагнарока, неизбежны. Все равно ни один стратегический план битвы еще не пережил ее начала…
Вопросы следовали один за другим, становясь все более заковыристыми, а я не мог отыскать ни одного ответа, которым был бы способен удовлетвориться.
И тут у меня в голове словно распахнулось окошко, в которое я, естественно, не преминул заглянуть.
Увиденного с лихвой хватило, чтобы заставить меня потерять сознание — и вновь это случилось на берегу Источника. Чем это окончится, я уже подозревал, но поделать ничего не мог…
Занавес: радужное покрытие Бифроста.
Сцена: Бездна, озаренная вспышками сталкивающихся звезд.
Стол. Несколько призрачных фигур вокруг него: Игроки.
Зависшая над столом светящаяся сфера, в деталях отражающая нужный участок игрового поля.
Ящики со множеством фишек, ожидающих своего появления на сцене. Клетки Доски меняют границы, очертания и размеры практически ежесекундно; цвета, достоинство и расположение Фигур также не отличаются постоянством.
Разбросанные в живописном беспорядке карты из четырех различных колод. Пятая разложена в пасьянс, однако прочтение его не имеет ни малейшего смысла.
Тихий, завораживающий стук игральных костей. Большинство из них имеет гораздо больше шести граней, но иногда на стол падают и пирамидальные.
Пачка разноцветных листков с непонятными изображениями и записями. Некоторые аккуратно расчерчены в таблицы, другие заполнены беспорядочными каракулями.
Раскачивающиеся подобно маятнику песочные часы, господствующие над феерической картиной Большой Игры. Шуршание песка пронизывает все вокруг, подчиняя своему хаотическому ритму жесты и голоса Игроков.
Последняя песчинка падает вниз.
Приглушенный раскат грома, за которым следует сине-зеленая шаровая молния.
Гонг: антракт.
Занавес.
6. За Гранью Очевидного
Если смерть неизбежна — умри сражаясь, и постарайся забрать с собою побольше врагов. Величина почетного караула определит твой статус в аду.
Когда Фрейя очнулась от вынужденного беспамятства, снаружи была тьма — жуткая, хорошо знакомая ей чернота Бездны. Это противоречило Игровому Кодексу, однако Искательнице было хорошо известно, что те, кто устанавливает правила, сами довольно часто пренебрегают их исполнением.
Двери распахнулись как раз в тот момент, когда она решила покинуть свои комнаты. Два дьявола-телохранителя привычно заняли позиции по бокам, прикрывая шедшего между ними тощего карлика с непропорционально большой головой. Это было скорее традицией, нежели необходимостью; навряд ли он ожидал от Искательницы каких-либо сюрпризов (если вообще существовало нечто, что явилось бы сюрпризом для этого отродья Бездны)…
Фрейя чуть наклонила голову.
— Прервана Игра, — сообщил Элрос, Лорд Десятого Круга. — До выяснения обстоятельств.
— Обстоятельств чего? — спросила Искательница. — И при чем тут мой дворец?
— Не тебе вопросы задавать здесь.