Питер Пэн и Венди. Дети воды. Ветер в ивах

Это было странно, но интересно, и Венди, вспомнив, как в таких случаях поступают в гостях, легонько похлопала себя по ночной рубашке, давая ему понять, что он может придвинуться к ней поближе.
– Я услышал, как мои родители говорили о том, кем я буду, когда вырасту, и убежал, – сказал Питер тихо.
Он был чрезвычайно взволнован.
– А я не хочу становиться взрослым, – продолжал он с жаром. – Я хочу всегда быть мальчишкой и ни о чём не думать! Вот я и убежал в Кенсингтонские сады и стал жить там с феями.
Венди глядела на него с глубочайшим восхищением, и он подумал, что она восхищается его побегом из дома; на самом же деле её поразило то, что он был знаком с феями. Венди вела такой скромный домашний образ жизни, что знакомство с феями показалось ей чем-то изумительным. Она засы`пала его вопросами о феях, что очень удивило Питера, ибо феи ему часто надоедали, лезли под ноги и прочее, так что порой ему приходилось задавать им трёпку. Всё же в целом они ему нравились, и он рассказал ей, как феи появились.
– Знаешь, Венди, когда первый младенец впервые засмеялся, смех его разлетелся на тысячи кусочков – вот откуда пошли феи.
Скучный это был разговор, но ей, как домоседке, он очень понравился.
– Так что в результате, – сказал он добродушно, – на каждого мальчика и девочку должна быть одна фея.
– Должна? Но разве так оно и есть?
– Нет. Дети сейчас так много знают, что очень рано перестают верить в фей, а всякий раз, когда кто-нибудь из них говорит: «Я в фей не верю», какая-нибудь фея тут же падает и умирает.
Скоро ему наскучил этот разговор, и тут он заметил, что Динь что-то притихла.
– Не знаю, куда она задевалась, – сказал он и встал. – Динь, где ты?
От восторга сердце громко забилось у Венди в груди.
– Питер! – вскричала она и схватила его за руку, – неужели у нас в детской настоящая фея?
– Она только что была здесь, – сказал он с нетерпением. – Ты ничего не слышишь, а?
Оба прислушались.
– Я слышу только, будто где-то звенят бубенчики, – сказала Венди.
– Это Динь! У фей такой голос, понимаешь? Кажется, я тоже теперь слышу.
Звон шёл из комода, и Питер скорчил весёлую гримасу.
– Венди, – прошептал он с восторгом, – кажется, я запер её в комоде!
Когда он выпустил наконец бедную Динь, она заметалась по детской, вопя от гнева.
– Ну что ты кричишь? – возразил ей Питер. – Ну хорошо, я виноват, но откуда мне было знать, что ты там?
Венди не слушала его.
– Ах, Питер! – воскликнула она. – А не могла бы она остановиться на минуточку? Я хочу её получше разглядеть.
– Они очень редко останавливаются.
Но Венди всё же увидела, как это романтическое создание присело на минутку на большие часы с кукушкой.
– Какая прелесть! – воскликнула она, хотя лицо у Динь всё ещё было перекошено от злости.
– Динь, – сказал Питер с улыбкой, – эта дама хочет, чтобы ты была её феей!
Динь что-то дерзко прокричала в ответ.
– Что она говорит, Питер?
Ему пришлось объяснить:
– Она не очень-то вежлива. Говорит, что ты большая, неуклюжая девчонка и что она моя фея.
Он стал уговаривать Динь:
– Ты ведь знаешь, тебе нельзя быть моей феей, Динь, – ведь я джентльмен, а ты дама!
На это Динь только ответила:
– Ну и дурак!
И скрылась в ванной.
– Она фея низшего разряда, – сказал Питер в её оправдание. – Её зовут Динь-Динь, потому что она паяет чайники и кастрюльки.
Они уселись вдвоём в кресло, и Венди снова засыпала его вопросами:
– Значит, ты больше не живёшь в Кенсингтонских садах?
– Иногда живу.
– А чаще где же ты живёшь?
– С пропавшими мальчишками.
– А кто это?
– Это мальчики, которые выпали из колясок, когда няньки смотрели в другую сторону. Если никто не потребует их обратно через неделю, их отсылают на остров Нигдешний, чтобы не было лишних расходов. Я у них капитан.
– Как это, должно быть, чудесно!
– Да, – согласился коварный Питер, – но иногда нам бывает очень грустно. Понимаешь, общество у нас исключительно мужское.
– Как, разве среди вас нет девочек?
– Конечно нет! Ты же знаешь, девочки умные, они из колясок не падают.
  
Это страшно понравилось Венди.
– По-моему, – сказала она, – ты ужасно мило говоришь о девочках. А вот Джон, – и она указала рукой на старшего брата, – он нас просто презирает!
Вместо ответа, Питер встал и одним ударом ноги сбросил Джона вместе с одеялом на пол. Одним ударом! Это показалось Венди несколько дерзким для первой встречи, и она твёрдо сказала Питеру, что у неё в доме он не капитан. Джон, однако, продолжал крепко спать на полу, и она не стала его тревожить.
– Я знаю, Питер, ты хотел сделать мне приятное, – сказала она, смягчаясь. – За это можешь подарить мне поцелуй.
Она забыла, что Питер не знает, что это такое.
– Я так и знал, что ты возьмёшь его назад, – сказал он не без горечи и протянул ей напёрсток.
– Ах нет, – сказала добрая Венди, – я хотела сказать не «поцелуй», а «напёрсток».
– Что это такое?
– А вот что!
И она поцеловала его.
– Смешно! – сказал Питер серьёзно. – Ну а теперь хочешь получить от меня напёрсток?
– Как знаешь, – ответила Венди, на этот раз держа голову очень прямо.
Она получила «напёрсток» от Питера и почти тут же вскрикнула от боли.
– Что случилось, Венди?
– Кто-то дёрнул меня за волосы!
– Это, верно, Динь. Что это с ней? Раньше она никогда так не безобразничала…
И правда, Динь летала вокруг них и выкрикивала всякие обидные слова.
– Венди, она говорит, что за каждый напёрсток будет дёргать тебя за волосы.
– Но почему?
– Почему, Динь?
И снова Динь прокричала в ответ:
– Дурак!
Питер так ничего и не понял, зато Венди поняла. Она немного огорчилась, когда он признался, что прилетал в детскую не для того, чтобы повидаться с ней, а чтобы послушать сказки.
– Понимаешь, я не знаю ни одной сказки. И пропавшие мальчишки тоже!
– Какой ужас! – воскликнула Венди.
– А знаешь, – продолжал Питер, – почему ласточки лепят гнёзда под крышами? Чтобы слушать сказки! Ах, Венди, твоя мама рассказывала такую чудесную сказку!
– Какую?
– Про принца. Он ещё не мог найти девушку с хрустальным башмачком.
– Питер, – заволновалась Венди, – это была Золушка, а он нашёл её, и они жили счастливо до самой смерти.
Питер так обрадовался, что вскочил и бросился к окну.
– Куда ты? – крикнула она. Сердце у неё защемило.
– Рассказать мальчишкам!
– Не уходи, Питер! – попросила она. – Я знаю много-много сказок.
Именно так она и сказала, и потому не может быть никакого сомнения в том, что уговаривала его она. И он вернулся. Глаза у него жадно блестели, это должно было бы насторожить Венди, но не насторожило.
– А какие сказки я могла бы вам рассказать! – воскликнула она.
Тогда Питер схватил её и потащил к окну.
– Пусти меня! – приказала она.
– Полетим со мной, Венди! Ты будешь рассказывать нам сказки!
Конечно, ей было очень приятно, что он её так просит, но она сказала:
– Ах нет, я не могу… Что будет с мамой?! И потом, я не умею летать…
– Я тебя научу.
– Вот было бы чудесно!
– Я научу тебя вскакивать ветру на спину, и мы улетим!
– О‐о! – простонала она, захлёбываясь от восторга.
– Венди, Венди, вместо того чтобы лежать в этой глупой постели, ты могла бы летать со мной по небу и шутить со звёздами!
– О‐о!
– И знаешь, Венди, там есть русалки!
– Русалки? С хвостами?
– С длинными-предлинными.
– Ах! – вскричала Венди. – Увидеть русалку!
Тут Питер проявил ужасное коварство.
– Венди, – сказал он, – а как мы тебя будем уважать!
Венди задрожала. Она изо всех сил старалась остаться дома.