Возвращение к истокам (СИ)
Я долго работал в арабских странах под прикрытием. Это наложило отпечаток на восприятие мира. Конечно, как каждому русскому человеку, мне хотелось одну женщину — единственную, неповторимую, жену и товарища, что будет идти рука об руку со своим мужчиной.
Но, с другой стороны, идея многожёнства меня не отталкивала. У мусульман это не извращение — это норма, правила жизни, их мировосприятие. Оно не лучше и не хуже — оно другое.
По всему ясно: многожёнство — вынужденная мера. Мужчины умирают чаще. И это при том, что женская смертность при родах здесь должна зашкаливать в цифрах. Вопросы демографии всегда остры. А наличие двух жён, когда мужчина может их прокормить, даёт роду шанс заполучить сильное и здоровое потомство. Выживаемость и формирует морально-этические ценности. Так было и так будет.
Признаться, я бы сильно сбавил моральные ценности, например, после Великой Отечественной войны. Если мужик может прокормить двух женщин, а мужиков ну вообще мало, многие погибли — так и нужно было. Так, чтобы в следующем поколении не было слишком уж глубокой демографической ямы.
— А что твои родичи? — спросил я. — Простив не будут? И я, если уж придется, могу тебя сделать второй женой?
Было, действительно интересно. Идея сделать Бледу своей женой меня не отвращала. Я ведь вновь ее хотел. А если мужику от женщины нужен только лишь секс, то сразу после оного, он под разными предлогами выпроводит свою пассию. Может быть не навсегда, так, до конца следующей недели.
Эти правила нередко работали и по отношению женщин.
— Ты же объявил, что у тебя собственный род. И им придётся либо признать, что и я, кроме Миры, изверг, либо признать, что ты имеешь право именоваться главой рода. А они для тебя будут той силой, которая присоединит к тебе и древлятичей, — Бледа уже вживалась в роль жены.
Я встал и навис над коварной женщиной в облике милого, нежного ангела. Сразу выдавать такие расклады… А, может, мне и правда не гнаться за какой-то иллюзорной женщиной, чтобы вступить в брак по политическим мотивам? Может, эта способна помогать мне выстраивать будущее?
Ведь ясно: я собираюсь создавать государство. Без интриг и, возможно, без крови — этого не выйдет. Но государство славянам необходимо. Они не могут веками оставаться в рабстве. Вот-вот должны прийти авары, которые поработят славян, потом будут другие, которые тоже будут считать, что славяне — лучшие рабы. А так быть не должно.
Я должен создать государство, где будут чтить свободу превыше собственной жизни. Для меня это принципиально важно.
— Ну? Чего ты навис надо мной? Вижу, что готов сызнова… — усмехнулась Бледа.
И я вновь показал, что был готов. А потом ещё раз, да так, что она сказала мне: «Хватит, молю тебя». Эти слова каждый мужчина жаждет услышать еще чаще, чем признание в любви.
А хорошо здесь! Жаль, что приходится думать о выживаемости, если только не спину гнуть каждому завоевателю. А так можно было жить, радоваться каждому дню, примечать, как подрастают дети.
Покой нам только снится. И уже сейчас где-то стучат по Припонтийским степям копыта коней кочевников, спешащих забрать у склавинов часть урожая. Уже точат свои ножи все многочисленные враги славян. Слабых всегда бьют.
Но я сделаю своих соплеменников сильными. Или покажу им, что можно быть другими, нужно ценить свободу больше своей жизни. Таким должен быть славянин, никак иначе.
— Что это? Кусты пошевелись? Зверь?
— Или кто подсматривал за нами, — игриво отвечала Бледа.
* * *
Лучник Смел, действительно, подсматривал. И прямо сейчас выгадывал момент, чтобы спустить тетиву.
Конец 1-й книги.
16.12.2025 год. 19.04
Уважаемые читатели, друзья! Вот ссылка на второй том. Приятного чтения.