Houseki no kuni: Философский камень в стране самоцветов (СИ)
Когда мелодия заканчивалась, лунаряне начинали атаковать – летели сотни стрел и копий в нашу сторону, стремясь разбить нас на осколки и забрать к себе на Луну. Борт ловко уклонялась и отбивала часть стрел мечом, а Желли не утруждала себя даже доставать меч первое время. Она была настолько быстра, что от её волос оставался красивый золотой шлейф. По ней просто не могли попасть. Алма также активно участвовала в сражении и своим мечом ловила часть стрел, летящих в нашу сторону, и отправляла их обратно к лучникам. У неё это получалось очень хорошо – каждая отражённая стрела находила свою цель.
Добравшись до лунарян, самоцветы продемонстрировали свою нечеловеческую ловкость и силу, сумев прыгнуть на десятки метров вверх, прямо к противнику на облаке. Там они начали без промедления буквально прорубать себе путь сквозь толпу лунарян, стремясь достичь высокой фигуры. Не прошло и десяти секунд, как Борт быстрым и мощным взмахом меча лишила головы свою главную цель. А после уничтожения центральной фигуры, все остальные лунаряне и само облако начали исчезать, растворяясь в воздухе. Я стал свидетелем невероятной победы.
Это было не только красиво и быстро, но и невероятно профессионально. Века сражений оставили свой отпечаток. Наблюдая за этой битвой собственными глазами, я начал лучше понимать желание Фос стать воительницей. Моё собственное желание возросло по геометрической прогрессии. Однако, несмотря на успех со вторым глазом, который легко приспособился в глазнице, эта короткая схватка подчеркнула мои недостатки. Моя реакция на музыку, я уверен, со временем сойдёт на нет, но остальные аспекты требуют дальнейшего развития. Основной проблемой является то, что лунаряне появляются и атакуют нас с воздуха. Хотя я хорошо владею мечом благодаря Борт, у меня нет возможности прыгать так высоко, как делают самоцветы, – гравитация не на моей стороне. Противник спускается на землю только после победы в битве, чтобы собрать осколки павшего самоцвета или в случае случайного падения во время сражения. Фактически, даже не учитывая мою реакцию на мелодию, я оказываюсь бесполезным. Высшее, что я могу сделать, это защитить павшего товарища от посягательства на его разбитое тело.
Именно поэтому я сразу, как пришёл в себя, обратился к Алме, чтобы она научила меня своему приёму, благодаря которому она отражает стрелы лунарян. Это был самый разумный вариант для меня, пока я не соберу какое-нибудь дальнобойное оружие или не открою в себе некие силы философского камня. Алма, воплощение доброты и заботы, не отказала в моей скромной просьбе.
Через несколько дней, когда дожди прекратились, мы снова собрались вчетвером неподалеку от голубого леса, рядом с высокими холмами.
Алма стала моим новым наставником, которая, немного смущаясь, принялась командовать нами. Она отправила Борт с Желли на вершину ближайшего высокого холма, а я остался с ней внизу рядом с лысыми кустарниками. План нашей тренировки был прост – в нас будут бросать камни сверху, имитируя стрелы и копья лунарян, и мы должны были отбивать и отражать их или перенаправлять в любую другую сторону.
— Алма, я не сомневаюсь в твоих навыках наставника, но это точно безопасно? — спросил я, держа в руках меч и глядя на вершину холма, где Борт с Желли вели непринужденную беседу.
— Ну-у, учитывая силу Борт, сложно назвать это безопасным, — Алма пожала плечами, улыбаясь и легко крутя мечом в руках. — Но у нас нет других вариантов, и я сама тренировалась таким образом, хотя у меня был наставник. Можем попросить учителя помочь нам?
— Не будем отвлекать Конго, — отмахнулся я, улыбаясь, и начал гладить Алму по голове.
Я постоянно при всяком удобном случае отыгрывался за свою некогда лысую голову, которую постоянно мучали, и начинал гладить самоцветы по их голове. Они очень любят такие ласки, ведь они сами толком не могут контактировать друг с другом из-за разной твердости и плотности своих тел. Философский камень был в этом плане крайне дружелюбен и позволял мне свободно контактировать со всеми самоцветами, что очень нравилось всем.
— Хорошо. Не переживай, — улыбнулась она, крайне довольная контактом с моей рукой. — Рутил рассказала мне о твоей текущей твердости, именно поэтому я согласилась провести тренировки такого формата. Если бы ты был менее твердым, я, возможно, не согласилась...
— Э-эй, вы там скоро?! — вдруг раздался радостный голос Желли с вершины холма. — Мы уже собрали целую кучу камней для тренировки!
— Да, секундочку! — ответила Алма, махая рукой самоцветам, которые ждали нас.
— Итак, что мне нужно делать? — спросил я, игриво замахиваясь мечом, как бейсбольной битой.
— В прошлый раз ты не видел эту технику со всех сторон, поэтому я хочу, чтобы ты сперва посмотрел со стороны за мной? чтобы увидеть, как она выглядит в деталях. А потом мы уже вместе начнём с основ, хорошо?
— Да, ты права. Тогда я лучше отойду в сторону, чтобы лучше рассмотреть тебя.
— Угу, — коротко кивнула она, чуть потупив взгляд, и встала в необычную стойку, вытягивая руку с мечом вперед — Можем начинать!..
Глава 14. Зима (I/III)
***
Обучение у Алмы совсем скоро начало приносить плоды.
Но это не произошло сразу – потребовалось много времени и упорных тренировок, чтобы овладеть её уникальным приёмом, которым даже Борт не сумела овладеть в полной мере. Этот навык был сложен и требовал не только высокой концентрации, но и отличного чувства равновесия и точности. Не все самоцветы могли похвастаться такими навыками. Только спустя несколько недель тренировок со столь талантливыми алмазами, я наконец-то научился не только отражать летящие в меня камни, но и перехватывать их, а также направлять в любую другую точку.
Чтобы проверить и закрепить свои успехи, я прошёл небольшой экзамен, где уже троица самоцветов на высоком холме имитировала атаку лунарян. Моя задача заключалась не только в защите самого себя, но также требовалось контратаковать условного противника. Хотя кристальные девы получили немало трещин от летящих камней в тот пасмурный день, все были довольны моими результатами. Если я смог зацепить Желли и Борт, лунаряне не представляли большой проблемы для меня.
С того дня я наконец перестал быть бесполезным балластом на земле, которого нужно охранять, и мы с Алмой приступили непосредственно к практике. По прошествии времени музыка врага уже почти не влияла на меня. Лёгкая боль в висках осталась до сих пор, но её можно без труда игнорировать. В паре с Алмой мы продолжили тренироваться, но теперь вместо камней были стрелы и копья, а противник взаправду желал меня разбить на сотни осколков. Хоть не с первого раза, но к приходу первых снегов я уже смог самостоятельно устранить около двух десятков безликих тварей. После долгих тренировок это стало для меня лучшей наградой.
Но продолжать развивать свой успех стало сложнее – зима приближалась.
Это была моя первая зима, и она принесла с собой свои особенности. Ноябрь оказался холодным и угрюмым. Лунаряне появлялись всего лишь один раз, когда солнцу удалось пробиться сквозь тучи на несколько дней. Последние растения потеряли свою листву, а трава окончательно высохла и потеряла цвет. Но не только окружающий мир менялся под воздействием погоды. Самоцветы «угасали» с каждым днём. Без солнечного света, который являлся источником их жизненной энергии, кристальные девы стремительно теряли свою активность и становились всё более сонными. Они стали спать по 12 часов в день, а оставшееся время проводили, занимаясь лёгкими и непритязательными делами. Даже строгая Борт сократила маршруты патрулирования и большую часть времени проводила в школе или с нашей командой юных садоводов.
В отличие от самоцветов и Конго, который также зависел от солнца, я был полон энергии и занимался работами в угодьях. Моя цель до первых снегопадов заключалась в том, чтобы получить качественную древесину и подготовить другие деревья к суровой зиме, которая порой бывает на острове. По словам остальных, сильные снегопады начинаются в начале декабря, и примерно к этому времени самоцветы уходили в спячку на четыре месяца. Для их сна был выделен огромный зал в центре здания на первом этаже, который уже с середины ноября начали подготавливать. Из круглого помещения с высокими потолками делали огромную кровать, а для каждого самоцвета Берри шила специальную одежду для сна.