Генеральный попаданец 6 (СИ)
Annotation
Теперь каждый шаг Генерального стоит обдумывать. История поменялась безвозвратно. И ему требуется преемник. Кто им будет, неведомо никому.
Генеральный попаданец 6
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Генеральный попаданец 6
Глава 1
12 февраля 1972 года. Заречье 6. Сердечный удар
Догнала все-таки проклятая хворь! И как будто знала, что делать надо это в феврале. Даже не дотянула до «юбилея» моего прибытия сюда семь лет назад.Здоровье Леонида Ильича было к тому времени здорово подорвано в следствие напряженной каждодневной работы. Как и другим руководителям эпохи Сталина, Брежневу в краткий период руководства Молдавской ССР в1950–1952 годах приходилось работать по ночам, иногда даже до пяти утра. Уже после смерти Сталина, в Казахстане, где Леонид Ильич работал в 1954–1956 годах, ему случалось засиживаться в рабочем кабинете до двух часов ночи. В Москве в хрущевские времена нагрузки стали чуть полегче, например, в январе 1959-го его рабочий день заканчивался в 21.00–21.305. Но и дома краткий отдых был весьма специфическим.
Добавим, что до службы в Красной армии работал кочегаром, значит, выдерживал тяжелый физический труд. В 1935-м был признан годным для службы в Красной армии. На Великой Отечественной, которую прошел с июня 1941 года до мая 1945-го, был ранен и контужен. Именно поэтому со временем проявились те самые проблемы с дикцией. А весной 1952 года сорокапятилетнего Брежнева постиг первый, но далеко не последний инфаркт миокарда.
Пять лет спустя, в июне 1957 года, на волне драматических событий, связанных с борьбой Хрущева с «антипартийной группой» во главе с Молотовым, Маленковым и Кагановичем, верный в ту пору соратник Никиты Сергеевича Брежнев попал в больницу с микроинфарктом. На заседании Президиума ЦК КПСС 2 апреля 1959 года секретарь ЦК КПСС Алексей Кириченко публично оскорбил Леонида Ильича, что вызвало у того серьезные проблемы со здоровьем и запись в дневнике: «…был сердечный приступ, почти на день вышел из строя».
С моими появлением ритм жизни зачастую оставался прежним, но я внес в него некоторые изменения. Во-первых, ежедневная зарядка, с появлением бассейна — плавание. Уже четыре года почти все лето провожу между разъездами в Крыму. Тамошний воздух благотворно влияет на мое здоровье и самочувствие. Административные службы приспособились к моим долгим отъездам. При современных возможностях коммуникации удаленное управление далеко не фантастика. Ну и если добавить практику китайской медицины, а также их гимнастику, да переход на диету, отказ от частого употребления алкоголя, то изменения наблюдались положительные. Раз в квартал полное обследование в Кардиологическом центре у Чазова. Знаменитый кардиолог был удовлетворен изменениями. Для шестидесяти шести лет ощущаю себя неплохо.
Поэтому не случилось, как в том времени гипертонического криза в августе 1968 года. Как и не произошли купированные заранее события. Вместо злобного врага мы получили в лице Чехословакии второго после ГДР экономического партнера. Нет, сильно любить они нас не стали. Там для спецслужб и партии работы непочатый край. Меня тогда вообще озаботило отсутствие в течении десятилетий грамотной идеологической работы. В странах Восточной Европы не было гражданских войн, тотальных репрессий, и потому круг антисоциалистических лиц оставался крайне широк. Как и тяга к мелкобуржуазным веяниям.
Так что не будет привязанности к седативным препаратам и связанными с ними проблемами. Может, и инсульта, как в 1975 удастся избежать. Чазову откровенно нравилось мое состояние. Казалось, что ничто не предвещало беды. И внезапно вечером почувствовал себя плохо. Охрана срочно дернула врачей. В новом здании есть место даже для реанимационной бригады. Она также обслуживает спортивный комплекс с бассейном. Так что не барствую. Просто понимаю, что пока я крайне важен стране и меняющемуся будущему. И потому не успел чухнуться, как оказался в цепких руках докторов. Ничего страшного они не увидели и вскоре повезли меня в «Барвиху».
Казалось бы, ну заболел человек, и что? Но как фактический глава сверхдержавы своим временным нездоровьем я повлек цепь различного рода событий. Немедленно сообщение о приступе получили члены и кандидаты Политбюро, Председатель Совета Министров и глава МИД. Отдельно ушли уведомления главе Ситуационного центра, что контролировал работу РВСН. Дежурный от него постоянно находился или здесь, или в Кремле. Или следовал за мной в поездках. «Ядерного чемоданчика» еще не было, так что оперировали иными средствами связи. Ну и конечно, доверенные люди сообщили руководству Информбюро. Кто же знал, что так все обернется.
Не успели провести утренние процедуры и сдачу анализов, как меня побеспокоили. Эти хитрые морды убрали всех симпатичных медсестер. Остались лишь монументальные тетки и молодые крепкие мужчины. Прослышали о Наташке? Так много ли нужно старику? Если уж Там шевелится. Витя и та не возражала.
— Константин Устинович на проводе.
Число лиц, о звонках которых мне сообщалось, было ограничено. Но Черненко был в их числе.
— Давайте.
— Леонид Ильич, как ты?
Голос взволнованный. Буквально перед Новым годом удалось его пропихнуть в кандидаты Политбюро. Благо, секретарем ЦК Константин уже три года. Так и вся организация работы Центрального комитета давно на нем. Но поэтому он здорово зависит от меня.
— Тебе официальную версию?
На том конце провода замолчали. Но Устинович лиса хитрая, соображает быстро.
— И ту и другую версию озвучь, пожалуйста.
Я вздыхаю. Ночью после лекарств дрых, с утра голова не соображает. Придется использовать заготовку. Их у меня хватает.
— Если не слушать охи врачей, то ничего серьезного. Но сообщишь, что состояние нестабильное и сколько времени проведу здесь, еще непонятно.
Черненко осторожно интересуется:
— Ты никак отдохнуть решил или….
— Почему бы не сделать все сразу.
— Понимаю. Да, что звоню. Тут товарищи собирают Политбюро.
Усаживаюсь поудобней. В этом весь Устинович, вкусное напоследок
— Конкретно, какие товарищи?
— Знамо дело, Кириленко и Соломенцев.
Чуть не чертыхнулся в трубку. Что и следовало ожидать. Оба считают себя тяжеловесами, но на самом деле на пост главного не годятся. Малообразованы и зашорены. Почему именно такие всплывают наверх?
— Проводите. Заодно оценим, как себя поведет.
— Это обязательно. Позвонить после заседания? Пока ждем Рашидова, Щербицкий по делам был в Москве.
Интересный расклад у нас получился по числу представленных в Политбюро республик. По сути, там Воронов от РСФСР, два белоруса, один из действующих Первый от республиканской партии. Еще одна славянская республика представлена Щербицким, набирающим политический вес. Я в курсе, что в той реальности Леонид Ильич хотел его поставить на пост Генсека. Но отлично понимаю, что без опыта работы в масштабе Союза делать нечего. Средняя Азия представлена Рашидовым. На него негласно спущены обязанности приглядывать за соседями: Туркменией, Таджикистаном и Киргизией. Казахстан как бы символически представляю я, как и сироту Молдавию. За Прибалтику негласно отвечает Машеров. Лишь Закавказье не представлено никем. Так нет пока подходящих кадров.