Наследник пепла. Книга X (СИ)

Конечно, тут роль играл болевой шок, но не факт, что этот шок убил бы Арахну.
«В конце концов, — думал Максвелл, — от меня ничего не зависит. Я просто орудие».
Затем он понял, что как орудие его уже шлют дальше. Максвелл читал приказы, поступавшие в его мозг, но тут на Бельзияра напал кто-то ещё, и тот немного ослабил своё присутствие в сознании Максвелла.
И тогда демон увидел: из Арахны истекает её божественная энергия: некая жидкость, содержащая в себе искры божественной силы.
  
Максвелл не желал оставаться пленником. Он попытался перебороть управляющий им импульс. И на какое-то мгновение, из-за того, что Бельзияра отвлекали, у него это получилось.
Он выпустил кинжал, и тот с хлюпаньем упал в жидкость, вытёкшую от Арахны, а Максвелл прям следом за ним запустил руки в эту самую божественную жижу и принялся умываться: намазывал себе на лицо, рога, грудь, чуть ли не купался в божественной крови, чтобы попытаться смыть подчинение Бельзияру.
Но, ослабив поводок, он окончательно понял: для него всё кончено. Клан, его клан селекционеров погиб. Бог, конечно, есть, но оставаться дальше игрушкой этого бога для него ниже достоинства. Максвелл, по крайней мере, считал себя гением.
И тогда, умывшись в вытекших внутренностях Арахны, он, недолго думая, поднялся и просто пошёл.
Пошёл в сторону домена Азарета. Зачем? Кончать с собой не собирался, это довольно тупая идея. Если и погибнуть, то только в бою. И он собирался дать этот самый последний бой.
Богам он ничего сделать уже не сможет, а вот повоевать со своими врагами у него ещё есть и силы, и время. Более того, после воздействия крови Арахны к нему перешла часть её силы, а также осталась мощь безумного бога.
Соединив в себе обе эти силы, Максвелл просто-напросто шагал в сторону Азаретовской крепости. А вслед за ним, в самый натуральный, ошеломляющий и подавляющий конструктор, собирались различные куски низших, формируя из себя кровавых сороконожек. Кадавры двинулись вслед за Максвеллом на приступ крепости.
Максвелл горько усмехнулся, хотя у него уже практически не осталось эмоций. Но он знал: после такой экзекуции над Арахной сила защиты периметра домена Азарета очень сильно просядет. Сейчас их взять будет легче лёгкого.
«И пускай я сдохну, — думал Максвелл, — но со мной сдохнут и мои враги».
Это была единственная мотивация, которая у него осталась. И вместе с ней он шёл во главе толпы кадавров к своему заклятому врагу Азарету.
  
Глава 21
 
Основная задача Мирославы и вообще всей троицы менталистов заключалась в том, чтобы держать периметр и не дать подчинить себе ментально домен Азарета. И они стояли на своём твёрдо.
Что бы ни происходило за стенами, за пределами домена, их задача была только одна — защищать, с чем они успешно справлялись. При этом они надеялись, что на других участках фронта всё тоже идёт так, как надо.
Поэтому, когда сколотуры Кема доставили в замок сопровождавших Виктора друзей, Мира и Тагай слегка возмутились.
— Вы что, оставили его там одного, что ли? — проговорила девушка, переводя взгляд с Белоснежки на Гризли, а затем и на Костю.
— Так вышло, что он нам совсем не оставил выбора, — ответил Белоснежка, разводя руками. — Там настолько усилилось давление безумия с появлением Бельзияра, что даже ваша защита, которую вы нам сделали, на отдалении слабо нас отгораживала от него.
— А Витя там как? — спросил Тагай. — Держится?
— Да, держится. Он сказал, что у него печать богини. Если бы не она, то, скорее всего, он тоже эвакуировался бы вместе с нами. А у вас тут что? — спросил Гризли.
— Пойдёмте, сами увидите, — хмыкнула Радмила, и все вместе они поднялись на стену замка.
А вот там, на подступах к домену Азарета, происходило что-то абсолютно непотребное. Если раньше легионы низших организованно шли в бой, атакуя исключительно стены замка, то сейчас они развернулись друг против друга и атаковали, можно сказать, без всякой цели.
Полное безумие. Вакханалия. Никакой ориентированности и организованности. Ничего подобного.
И вроде бы, с одной стороны, их даже легче было уничтожать, потому что не было слаженных атак от легионов низших. Поливай их огнём, да и поливай. Но такое утилитарное уничтожение живых тварей выматывало и требовало не меньшего расхода сил, чем при слаженных атаках. И при этом большинство осаждённых в домене всё равно одним глазом да посматривали сквозь крепостные стены на происходящую вдалеке, в долине, грандиозную битву, где было видно появление нового бога, его энергетической структуры из яркого алого света.
Он представлял собой вылезшую наполовину из земли рогатую тварь, вокруг которой летал дракон, а с другой стороны суетилась саламандра. Чуть поодаль, но не менее активно, вокруг этого самого бога порхала, суетясь в воздухе, паучиха, а невдалеке на земле примостилась огромная многоножка, чем-то похожая на сколопендру.
И все защитники крепости Азарета, в том числе и высшие демоны, слабо понимали, что вообще происходит. Да и надо сказать, никто из них никогда в жизни не видел стольких богов в одном месте сразу.
Но тут внимание Мирославы привлёк Белоснежка, который как-то вдруг засуетился.
— Что случилось? — спросила девушка, которая чётко чувствовала настроение всех людей, пришедших из того мира.
— Да что-то Вите нашему как-то совсем хреново стало, — ответил он.
— Мы ему можем как-то помочь? — спросила Мирослава.
— Я отправил к нему своих гномов, — хмыкнул в ответ Белоснежка, — и не только их. Но вы тоже подключайтесь. Давайте. Нужно ему помогать.
Но тут их внимание привлекло новое действующее лицо. И сначала даже никто не понял, откуда оно появилось. Внешне пришелец вполне напоминал человека, но вместе с ним появилась магия льда. Мирослава даже обратилась к Азарету:
— А что, у вас остался кто-то из богов воды или льда? — поинтересовалась она у высшего демона.
— Нет, — покачала головой Азарет. — У нас домен воды уничтожили чуть ли не одним из первых. А высшей сущности, покровительствующей им, уже тысячи лет не видно. Я даже не представляю, кто это мог прийти на помощь.
Таким образом, личность пришедшего с помощью ледяного мага на некоторое время осталась тайной. Но вот его ледовые конструкции виднелись издалека, и они были невероятно мощны.
Битва происходила, с одной стороны, вроде бы неторопливо, но с другой, очень стремительно. В какой-то момент все увидели, как отлетела в сторону Арахна и её мощно приложило обо что-то.
Практически сразу же после этого Мирослава, Тагай и Радмила почувствовали резкий упадок сил. В голову врезался сверлящий звук. Голова раскалывалась. Боль разлилась по мозгам дичайшая. Они поняли, что происходит что-то совсем не то.
И Мирослава волевым решением потребовала от ребят:
— Обрубайте связь с богиней! — твёрдо проговорила она. — Радмила, снимай корону. Тагай, убирай скипетр. Всё, прочь от себя!
И сказала она это вовремя, потому что внезапно менталисты почувствовали отток сил. Из-за того, что Арахне стала очень плохо, она перестала давать энергию, а стала неосознанно, наоборот, тянуть её обратно из своих последователей. А поскольку их оставалось совсем немного, то и слабеть они стали стремительно.
— Снимайте артефакты, будем держать так, — слабым голосом проговорила Мирослава.
— Да что мы можем без артефактов⁈ — возмутился Тагай.
К Мирославе в этот момент подошёл Азарет, который внимательно наблюдал за защитой своей крепости, в том числе и ментальной.
— Что-то случилось? — спросил он девушку, постоянно переводя взгляд с неё на поле боя.
  
— Арахна перестала давать нам силу, — ответила Мирослава. — Мы не можем больше пользоваться её артефактами.
— Но без них мы же не сможем! — снова возразил ей Тагай.
— Возможно, артефакты вам уже не помогут, — задумчиво проговорил высший демон. — Но вот муаса здесь столько, что он может заменить абсолютно любые артефакты.