Метаморфозы. Культ чуда (СИ)

– Я могу иногда приходить к вам в гости?
– Зачем? Тебе одиноко на чужбине?
– Вовсе нет! Вы мне понравились!
Хэледис сощурилась.
– Чем это?
– Вы очень красивая.
– Врешь и не краснеешь. Ого! Покраснел.
Паренек действительно залился краской. Кожа у него была светлой, так что с тоской по дому Хэледис явно промахнулась: парень приехал в Тамарию совсем недавно.
– Я бы хотел узнать вас получше, – настойчиво сказал он, – вы мне правда нравитесь. Не за внешность, но вы решительная и смелая. Я восхищаюсь смелыми людьми. Мы можем попробовать стать друзьями?
– Можем, – согласилась Хэледис, – для начала неплохо бы познакомиться. Меня зовут Хэл. А тебя? 
– Диллин, – он улыбнулся, застенчиво, но обаятельно. – Я рад нашему знакомству, госпожа Хэл.
*** 
– Я принес арбуз, – гордо провозгласил Диллин, – подумал, что двум хрупким девушкам его будет не дотащить, а принести, кроме меня, больше некому.
– Рилин гарем мог бы подсобить, – зевнула Хэледис, – но ты все равно молодец. Заноси. И чего тебе не спится по утрам?
– Так ведь уже одиннадцать часов, госпожа Хэл! Какое же это утро? Ой!
– Не смей ронять арбуз, – сурово сказала Рила, выплывая из комнаты в одной коротенькой рубашке, прилипшей к телу от жары, – вымой и порежь на тонкие ломтики. Хэл, сделаешь яичницу?
– Сделаю. Диллин, будешь?
– Я завтракал, спасибо, – бедняга едва не дымился.
Но жадного взгляда от ног Рилы не отводил.
Хэледис, тихо посмеиваясь, принялась готовить завтрак. 
К частым визитам Диллина они быстро привыкли, он появлялся не с пустыми руками и неизменно поднимал им настроение своим присутствием. Охотно сопровождал в городе, постоянно вызывался помочь, так что Хэледис стала брать его с собой целенаправленно. На рынке грузила фруктами и овощами, на пляже оставляла караулить вещи во время купания. Диллин был услужливым и бойким, с интересом слушал ее рассказы на любые темы, взамен, развлекая историями из собственного детства, бурного на приключения. Хэледис не хотела, чтобы он узнал ее и начал задавать глупые вопросы про свадьбу с принцем, так что из своей биографии рассказывала только выборочные отрывки, а Крепость Врат и вовсе не упоминала. Она все еще понятия не имела, что Диллин на самом деле забыл в Тамарии, но судя по куче свободного времени, посвящаемого ей, просто приехал к родным и нигде не служил. Она не хотела ловить его на лжи, ведь кроме обычной для его возраста склонности к позерству, в остальном Диллин был очень славным парнем. С ним было легко и весело. Дружба у них получалась немного странная, со всеми этими недомолвками, но искренняя и душевная.
Как женщина, Хэледис его не интересовала. Впрочем, романтика Диллина не волновала в принципе: даже впадая в кратковременный ступор при виде прелестей Рилы, он не распускал перед ней хвост, как все остальные мужчины.
Девушки у него тоже не было.
– Не переживай, ты все равно самый красивый парень из всех, что я встречала, – подбадривала его Хэледис.
– Да толку-то с того? – отмахивался Диллин, нарезая арбуз. – Я хочу прославиться, а не быть красивым.
– И самый смелый.
– Это вряд ли. Но мне приятно. Вы очень хорошая, госпожа Хэл. Куда мы сегодня пойдем?
– А куда ты хочешь?
– Раз уж мы в Тамарии, то надо посетить ипподром. Я слышал, там творится нечто невероятное! Вы любите лошадей?
Хэледис покачала головой.
– Я – горожанка до кончиков волос. Даже ездить верхом не умею. Но если тебе интересно, то давай сходим. Мы вечно делаем только то, что хочу я. У меня от этого ощущение, что я тебя просто использую.
Диллин заулыбался.
– Я же не против. Но мне правда хотелось бы посмотреть на скачки.
– Тогда пошли, как поедим.
– Проследи, чтобы ее там лошадь не затоптала, – велела Рила, появляясь на кухне уже в нормальной одежде, – Хэл просто притягивает неприятности. А я не всегда могу быть рядом с ней.
– Вот уж неправда, со мной давно ничего не случалось.
– Я не отойду от госпожи ни на шаг, – пообещал Диллин, лучезарно улыбаясь и расправляя плечи, – можете на меня положиться!
 
– Молодец, – Рила легонько чмокнула его в щеку и принялась за яичницу.
Диллин потряс головой и принялся воодушевленно рассказывать все, что знал о лошадях и уходе за ними. И хвастаться, как замечательно он умеет держаться в седле.
***
Август закончился и наступил сентябрь. Хэледис загрустила, затем впала в меланхолично-тоскливое настроение. Она пыталась не думать о том, что случилось год назад, но не могла. В Тамарии в сентябре частенько играли свадьбы, и она постоянно натыкалась на супружеские пары.
Ее собственная свадьба тоже должна была состояться в сентябре. Если бы все сложилось иначе, она бы сейчас жила в Аринае вместе с любимым мужем, служила бы, как прежде, в Крепости Врат, и была бы счастлива.
Седьмого числа Хэледис сбежала из домика и провела весь день на холме за городом. Просто лежала в тени раскидистого дерева, смотрела в голубое небо и вспоминала Джелона с Яршей. Как бы ей хотелось, чтобы все было, как раньше! Она заплатила бы любую цену за это. Но ничего уже было не вернуть. Нужно было жить дальше и больше не вспоминать то безмятежное время.
Хэледис немного поплакала и почувствовала себя лучше.
Потом она подремала, почитала прихваченную из дома книгу, а к вечеру проголодалась и спустилась вниз. К удивлению Хэледис, обычно безлюдное место, обнаруженное ею во время прогулок, сегодня было довольно оживленным: неподалеку от тропинки, ведущей на холм, целовалась пара, еще одна устроила пикник в ста метрах от первой. Двое парней развлекались, кидая нож в землю, а у самого низа наставник двух воинов заставлял их отжиматься, внимательно наблюдая за выполнением задания. Хэледис порадовалась, что никто из них не поднялся на холм, и неторопливо пошла к Иногасту.
– Госпожа Хэл, добрый вечер! Вот так встреча! Хотите вместе поужинаем?
Диллин сиял, как тамарийское солнце в зените. Хэледис нахмурилась.
– Ты что здесь делаешь?
– Гулял неподалеку. Пойдемте в трактир? Сегодня я угощаю. Ужасно хочется есть!
Она оглядела его и замерла. Затем разозлилась.
– Ты что следил за мной? Тебя Рила послала?
– С чего вы взяли? – изумление в его голосе было насквозь фальшивым.
– С того, что у тебя на штанах земля с холма и одежда помята, – сердито ответила она, – ты лежал где-то неподалеку, пока я была наверху. Караулил весь день, поэтому сильно проголодался. И ты знаешь, что я тоже ничего не ела. Признавайся, давай!
Диллин покраснел и опустил ресницы. Поковырял землю носком сандалии.
– Я понимаю, вам сегодня нужно было остаться одной, но вдруг бы на вас снова кто-нибудь напал? Я бы себе этого не простил. Решил, что побуду рядом, но не помешаю.
Хэледис глубоко вздохнула.
– Ты все-таки знаешь кто я такая. Зачем врал все это время?
– Я не врал! Я называл вас так, как вы представились и не спрашивал о том, о чем вы умолчали. Ведь вы тоже ничего мне не рассказывали, госпожа Хэл. Но это нормально. У каждого из нас есть право на свои секреты. Разве нет?
Гнев Хэледис остыл. Диллин был прав. И он так и не задал ни одного глупого или неприятного вопроса, проявляя чудеса заботы и тактичности, удивительной для его возраста.
Какой из него вырастет мужчина лет через пять! Вереница разбитых женских сердец обеспечена. Вот только нынешняя его привязанность к Хэледис смотрелась странноватой.
– Чего ты от меня хочешь?
– Дружбы. Я вами восхищаюсь. В одиночку броситься в фиолетовый мир – это храбрость, до которой мне далеко. Я бы не решился на такое. Вы – настоящая героиня.
– Это было безумием, – хмыкнула Хэледис, – весь Аринай считает меня сумасшедшей и правильно делает. Поищи себе более подходящих кумиров.
Диллин помотал головой.