Королевство смерти

Сассун подошел к столу Гебхардта и налил себе еще выпить, разбавив порцию ледяной водой. 
- Таковы жизненные факты, мистер Траск, - тихо сказал Гебхардт. - Они не очень приятны. Я знаю, они вас не устраивают. Но с портовыми королями можно бороться только так - день за днем, шаг за шагом. 
- Не может быть, чтобы они обладали такой властью, - усомнился Мейсон. 
- Нет? - На симпатичном лице Гебхардта лежала печать откровенной усталости. - Вы когда-нибудь слышали историю Косого Данна? Он был одним из тех немногих негодяев, кому удалось предъявить обвинение в убийстве. Поступило сообщение, что его и еще одного киллера наняли, чтобы убить какого-то подрядчика. Но тот, умирая, нарушил неписаный закон порта и назвал Косого Данна. Окружной прокурор предъявил обвинение и потребовал смертного приговора. И тут Данн сказал, что готов пойти на сделку. Он заговорит. Он назовет имена - кто настоящий король порта и кто из политиков помог ему стать королем, - если смертный приговор будет заменен пожизненным заключением. Тут были технические сложности. Окружной прокурор настаивал, чтобы Данн дал свои показания еще до помилования. Дело было в том, что если губернатор Дьюи отменит приговор, а Данн откажется от своего обещания, то по закону губернатор уже не сможет дать помилованию обратный ход. Данн продолжал сидеть в камере смертников, бесконечно торгуясь с честным окружным прокурором, а порт и его духи зла трепетали. Косой Данн в самом деле многое знал. Может, это было совпадением, мистер Траск, но, пока Данн колебался, говорить ему или нет, крупный городской политик объявил, что не будет баллотироваться на очередной срок. И может, это в самом деле было совпадением: когда Данн, наконец отказавшись откровенничать, умер на электрическом стуле, тот же политик сразу переменил свои намерения и объявил, что таки будет баллотироваться на следующий срок. - Гебхардт вздохнул. - Мы ведем борьбу, мистер Траск, медленно и неторопливо, мелочь за мелочью. Мы боремся с помощью бухгалтеров. Мы боремся, неуклонно и жестко отслеживая все мелкие нарушения, пока в сумме они не обретут ценность и Мадженте придется нелегко. Рано или поздно мы сорвем с него маску. Но не завтра, мистер Траск, - как бы нам ни хотелось отомстить за жену вашего брата. 
Мейсон помотал головой. Казалось, он так измотан, что не в силах воспринимать сказанное. 
- Вы, наверно, удивляетесь, - сказал Гебхардт, - почему, получая миллионы долларов от "комиссионных", взяток, хищений, вымогательств, Маджента на своем месте продолжает заниматься ростовщичеством, которое приносит лишь тысячи от докеров... и от таких, как ваш брат. Потому что на него давят, мистер Траск. Да, у него есть миллионы наличности, но что он может с ними сделать? Положить их в банк? Наши бухгалтеры тут же засекут его. Во что-то инвестировать? Служба внутренних доходов тут как тут. Им остается лишь покупать "кадиллаки" и дорогие дома за наличные, но им могут задать неприятные вопросы. Объясните происхождение ваших денег, мистер Икс! Так что они пускают их в ход, чтобы получать доход, сдирая кожу с маленьких людей. Но все время, каждый день они чувствуют, как у них горит земля под ногами. И я обещаю вам, что мы уничтожим их, одного за другим. 
Джейк Сассун отошел от холодильника. 
- Таковы факты бытия, мистер Траск. Я хочу сделать вам предложение, которое, не сомневаюсь, поддержит и Дан. Приходите сюда в любое время завтра, каждый день, если хотите. Мы будем вам рассказывать, что делается в мире Мадженты. Будем показывать ежедневные отчеты. Досье и справки. 
- Зачем? 
- Чтобы вы обрели терпение, мистер Траск. Чтобы удержать вас от намерений, которые, в чем мы не сомневаемся, лелеете в душе - выйти с пращой против гиганта. 
Гебхардт сдержанно улыбнулся: 
- И только не напоминайте нам, что в Библии она однажды сработала. 
Дверь кабинета приоткрылась, и молодой человек в рубашке с короткими рукавами, смахивающий на игрока в футбол университетской команды, просунул голову. 
 
- Подумал, что тебе стоило бы это увидеть, Дан, - сказал он. - Только что звонили. 
Гебхардт кивнул, и молодой человек, войдя в кабинет, протянул ему лист бумаги с машинописными строчками. 
- Фрэнк Уотерс. На пирсах известен как Хрипун Уотерс. Один из моих следователей, - представил его Гебхардт. - Мейсон Траск. 
- Привет, - кивнул Уотерс Мейсону. - Даже не знаю, как выразить вам свое сочувствие, мистер Траск. 
- Спасибо. 
Гебхардт, нахмурившись, протянул листик Сассуну. Прочитав его, тот вопросительно вскинул бровь и передал бумагу Мейсону. Тот вытащил из нагрудного кармана очки и нацепил их на переносицу. Отодвинув текст на удобное расстояние, прочел его. 
"Сообщение поступило по телефону от Джоя Д. В 11 утра Рокки Маджента, Фуззи Кейн, Курок Макнаб и Эйб Эбрамс сели в машину Мадженты и направились на побережье Джерси". 
Мейсон отложил текст и посмотрел на трех сотрудников комиссии. Для всех них краткий текст донесения означал одно и то же. 
Началась подготовка алиби. 
4 
Гебхардт и Хрипун Уотерс, молодой следователь, не проронив ни слова, вышли из кабинета. Джейкоб Сассун закурил сигарету. Сощурившись от дыма, он посмотрел на Мейсона: 
- Похоже, вы понимаете, что это означает, мистер Мейсон. 
Тот кивнул: 
- Силвермен мне объяснил. Когда Маджента покидает город... 
- Так и мы думаем, - сказал Сассун. - Вы живете один, мистер Траск? 
- Да. 
- Я скажу, чтобы Уотерс отвез вас домой в своей машине, и попрошу комиссара Аллера, чтобы рядом с вами дежурили двое полицейских, пока мы не поймем, что все это значит. 
Мейсон вытаращил глаза: 
- Вы думаете, что мне угрожает опасность? 
- Не знаю, - откровенно ответил Сассун. - Но вы оказались в самом центре этой истории. 
- Я и Маджента? - потряс головой Мейсон. - Почему? Ведь совершенно ясно, что я до него и мизинцем не дотянусь. - Уголок его рта дрогнул в горькой усмешке. - Он же король... не забывайте это, Сассун. 
Джейк потер длинный нос указательным пальцем правой руки. 
- Могу предложить только свои догадки, которые ничуть не лучше, чем ваши или Дана. Человек, который убил детей, - психопат. Психопат, одержимый жаждой мести. Вы член семьи Трасковера. И он может преследовать вас.