Королевство смерти

- Но почему? - спросил Мейсон. Его прищуренные глаза были полны боли. В этом нет никакого смысла. Никакого... 
- Есть смысл! - рявкнул Силвермен. - Ты думал, что в порту никто и слова не проронит, потому что там полно секретов? Да там вообще нету никаких тайн - только никто и рта не раскроет в суде и не будет говорить даже под присягой. Я знаю о тебе и о Микки Фланнери. Я даже знаю, что ты ему говорил, - мол, хочешь расплатиться с настоящим боссом. Ты думаешь, что это детский садик, Траск? Да пятилетний ребенок мог бы догадаться, к чему ты клонишь, а Микки Фланнери - далеко не пятилетний малыш! Смысл в том, чтобы заткнуть тебе рот! Остановить тебя, чтобы ты не лез в эти дела! 
Мейсон медленно помотал головой из стороны в сторону. 
- Ты сам не знаешь, во что ты залез по самые уши! - взорвался Силвермен, потный от гнева. - С миссис Трасковер похитители говорить не будут. Только с тобой! Они будут договариваться только с тобой, и ни с кем иным! И тебе придется иметь с ними дело, Траск! Придется! 
- Что вы хотите, чтобы я сделал? - мрачным ровным голосом спросил Мейсон. Он не смотрел на Лауру. У него не было сил поднять на нее глаза. 
- Первым делом держать язык за зубами. Никому ни слова. Если хоть пикнешь на радио, где ты работаешь, я вобью тебе зубы в глотку. 
Мейсон отвел платок ото рта и в упор посмотрел на полисмена. 
- Я бы хотел, чтобы вы перестали орать на меня, капитан Силвермен, тихо сказал он. - Если надо что-то делать, то давайте обсудим все спокойно и вежливо. Вы думаете, меня это не волнует? Вы думаете, что я не отдал бы правую руку... - У него дрогнул голос, и он замолчал. 
Силвермен вытащил из кармана большой носовой платок в красную клетку и вытер блестящий лысый череп. 
- О'кей, - помолчав, произнес он. - О'кей. Вам лучше присесть, миссис Трасковер. Вы не в себе. 
Отрицательно покачав головой, Лаура осталась стоять на месте, со жгучей ненавистью глядя на Мейсона. 
- В данной ситуации есть только две версии, Траск, из которых мы можем исходить, - взяв себя в руки, сказал Силвермен. Он посмотрел на Лауру. Под глазами у него висели мешки. - На станции подземки Джерри Трасковер убил четверых человек. То есть может идти речь о мести. Банда Фланнери на это способна. Может, семья Хоукинса. Или родственники Пиларсика. Гантри я списываю. Чем бы этот парень тут ни занимался, он был одиноким волком. Да, тут может быть месть. В таком случае да поможет нам Бог. 
Из ярко-красных губ Лауры вырвался сдавленный стон. Она вцепилась в спинку стула, чтобы устоять на ногах. 
Силвермен быстро вскочил. 
- Но я так не думаю! - воскликнул он, словно стараясь разуверить Лауру. - Ты стал совать свой нос не в свое дело, Траск. А эти ребята обычно не ждут, пока из цветочков появятся ягодки. Они общипывают почки. В ту минуту, когда ты сделал Микки Фланнери свое идиотское предложение, они уже поняли, к чему ты клонишь. Я думаю, они сделали ход, чтобы притормозить тебя, пока не договорятся с тобой. Поэтому я и считаю, что они будут звонить тебе. Поэтому я и не позволил тебе зайти в квартиру, пока не поговорю с тобой. Там уже могла быть записка; ты мог услышать телефонный звонок и наговорить, чего не надо. 
- А что надо? 
- Делай все, что тебе скажут. Если тебе прикажут уехать из города, уезжай. Судя по словам миссис Трасковер, зеленые у тебя есть. Если они попросят денег - в чем я сомневаюсь, - плати. Что бы они ни потребовали, соглашайся. Лишь когда дети будут в безопасности, мы сможем прикинуть наш очередной ход. 
- Вы сообщили в ФБР? - спросил Мейсон. 
Силвермен снова не смог сдержать гневной вспышки: 
- Таков закон. Но этим делом занимаюсь я! Миссис Трасковер позвонила мне, и я сразу же послал за тобой двоих ребят. Я знаю банду, которая тут орудует. Чтобы сыграть свою партию, придется их подождать. 
- Думаете, что за всем этим стоит Рокки Маджента? 
- Кто упоминал Рокки? 
- Насколько я понял, тут ничего не делается без одобрения сверху, то есть его одобрения. 
- Если ты это усвоил, то должен понимать, почему миссис Трасковер в таком состоянии и почему я позволил себе орать на тебя. 
 
У Мейсона дрогнул голос: 
- Значит, мы играем с ним в классики по его правилам и нам останется лишь поблагодарить Мадженту, если он вернет ребят живыми и здоровыми? 
- Да, сэр! Именно это мы и будем делать! 
Мейсон набрал в грудь воздуха и снова приложил к губам запятнанный кровью платок. 
- Вы собирались дать мне инструкции, - сказал он. 
Силвермен кивнул: 
- Иди домой и жди, пока с тобой не свяжутся. Соглашайся на все, что бы они ни потребовали. Мы и пальцем не можем пошевелить, пока не вернем детей миссис Трасковер. 
- А если я так ничего и не услышу? 
- Завтра ты встречаешься с Микки Фланнери, - напомнил Силвермен. 
- Вы и это знаете? 
- Конечно знаю. Если так ничего и не услышишь ко времени встречи - иди на нее! Микки, может быть, сыграет роль посыльного. Ты все поймешь. Но никому ни слова. Даже самому близкому другу. Никому. 
- Понятно. - Мейсон перевел взгляд на Лауру: - Ты, конечно, понимаешь, что мне и в голову не могло прийти... 
- Мейсон, прошу тебя, уходи, - простонала она. 
- Возвращайся домой на такси - и сиди в квартире, пока тебе не позвонят, - напутствовал Траска Силвермен. - Это ясно? 
- Сделаю все, как мне сказано, - мрачно согласился Мейсон, по-прежнему не отводя глаз от Лауры. 
Она отвернулась, словно больше не могла выносить его присутствия. 
2 
Стояла темнота - душная и непроглядная, - когда Мейсон вылез из машины в полуквартале от своего дома и зашел в аптеку за аспирином. У него раскалывалась голова от боли. Никуда нельзя было деться от влажной духоты, которая вот уже несколько дней окутывала город. Даже с приходом ночи ничего не менялось, слышалось только урчание вентиляторов и кондиционеров в окнах кирпичных и каменных домов в районе Ирвинг-Плейс. 
Опустив голову и уставившись взглядом в растрескавшиеся плиты тротуара, Мейсон шел по противоположной стороне улицы. Что-то заставило его посмотреть в сторону своей двери. Он увидел, как в густой тени, разгораясь и снова тускнея, тлеет красноватый кончик сигареты. 
У Мейсона напряглись все мышцы. Там его кто-то ждал. Никто, кроме него, не пользовался этой дверью, к которой с улицы вели две ступеньки вниз. Он слегка замедлил шаги, но продолжал идти, минуя здание на противоположной стороне. Траск ничего не видел, кроме красного кончика сигареты.