Малыш (СИ)

К таким вещам, к счастью, я прибегаю крайне редко, только в случае крайней опасности. Всего два раза мне пришлось, и вспоминать об этом я не хочу… А соседских мальчишек и девчонок я не трогаю, даже если они обидно дразнятся и обзываются. Что с них взять, неразумных! Кроме того, я действительно выгляжу, как заморыш, — тощий, нескладный, некрасивый. Да Бог с ними, мальчишками, пусть дразнят, они же дети! Взрослому человеку (кем, по сути, я являюсь) обижаться на них не положено.
* * *
Мой брат Ник большой и глупый. Его любимые занятия — поесть и поиграть в расшибалочку. Нет, девушками, конечно, он тоже интересуется (шестнадцать лет все-таки, скоро жениться), но в меньшей степени. Он в этом году заканчивает школу и должен, по идее, найти себе невесту, чтобы уже через год сыграть свадьбу.
Но Ник этой проблемой не заморачивается. Правильно: за такого, как он, любая пойдет — здоровый, сильный, может руками железные прутья гнуть. Недаром возле него так и вьются девицы — то одна к нам забежит, то другая. Мол, мать послала соли или немного муки одолжить. А сами так и вертятся в кухне, поглядывают, где Ник.
Сестра Дара усмехается, когда их видит. Но на самом деле она Нику страшно завидует — ей найти себе пару будет гораздо труднее. Во-первых, девиц у нас больше, чем парней, а во-вторых, она красотой особой не обладает. Да, симпатичная, да, стройная, но не более того. Таких, как она, у нас десятки.
Зато Дара хитрая и, в отличие от моего братца, прекрасно знает, как добиться своего. В этом году она тоже заканчивает школу (Ник два раза оставался на второй год и поэтому сидит с ней в одном классе) и должна подыскать себе пару. Пока на роль супруга она рассматривает кандидатуру Пауля, старшего сына хозяина харчевни Тима.
Пауль особого желания жениться на Даре не выказывает — гуляет с ней, на танцы ходит, но официального предложения пока не делает. Что называется, не мычит, не телится. Однако, полагаю, Дара его все-таки дожмет, потащит под венец. И потом сможет прибрать к рукам неплохое дело — харчевню старого Тима. Ведь Пауль — главный наследник, будущий владелец. Скорее всего, Дара все уже просчитала и решила, как будет вести дела. И даже распланировала свою жизнь на много лет вперед.
Ник же у нас — простая душа, живет сегодняшним днем. Далеко не заглядывает и о смысле бытия не задумывается. Братец уверен, что все само собой сложится и образуется.
Отец хочет летом отдать его в подмастерья к кузнецу, пусть делу учится, раз Бог ума не дал. Ник вроде бы не против, ему такое занятие даже нравится — с железками возиться, сталь ковать. К тому же кузнец у нас профессия очень почетная и уважаемая, да и прибыльная опять же. Люди несут починить то одно, то другое, а уж лошадь подковать или плуг поправить — самое первое дело. Так что без куска хлеба он точно не останется, и сам будет сыт, и семью прокормит.
Отец надеется, что Ник со временем заведет собственную кузню и будет содержать на старости лет его с матерью. Ну, и меня, конечно. Хотя обо мне можно не заботиться — я сам себя прокормлю. Если что — пойду в счетоводы или переписчики, а это верный заработок.
Но у Ника есть один существенный недостаток — любит пожрать. Причем не важно что, лишь бы побольше и помясистее. Что, в принципе, понятно — при его росте и весе плотное питание крайне необходимо. Но как его прокормить? В нашей семье работает один отец, денег не хватает. Мать старается экономить на всем, в том числе и на еде. Выращивает на огороде овощи и травы, делает из них супы и салаты. Но Нику они не нравятся — мясо подавай! А оно у нас очень дорогое, особенно говядина…
Поэтому Ник уже несколько раз покушался на моего Крыса. Последняя попытка была сегодня утром. Я занимался своими делами на кухне, когда услышал шум, доносящийся сверху. Через секунду из моей комнаты послышался громкий вопль Ника: «Вот зараза!»
Я опрометью бросился наверх. Плохие предчувствия меня не обманули — Ник, воспользовавшись моментом, залез в мою комнату, открыл клетку и схватил Крыса. Тому, естественно, это очень не понравилось, и он больно укусил братца за палец. Ник взвыл, как раненый зверь, и разжал кулак. Крыс мгновенно юркнул под кровать, где и затаился.
 
Я вбежал в комнату и увидел такую картину: братец, вооружившись метлой, пытается достать из-под кровати моего звереныша.
— Что ты делаешь! — закричал я. — Прекрати немедленно!
— Этот гад укусил меня за палец! — пожаловался Ник. — Вот я его сейчас!
— Оставь, он мой друг!
— Крыса — твой друг? — рассмеялся братец. — Да это просто кусок мяса с хвостом, ничего более! Сейчас я его достану и сварю себе суп. Хоть поем нормально, а то эти овощи до смерти надоели.
— Не трогай его, — снова попросил я.
— Да? — усмехнулся Ник. — А что ты мне сделаешь? Или маме пожалуешься? Так ее нет. Ну, кто тебе поможет? Отец в мастерской, Дара на рынке, никого нет.
— Отойди, — еще раз попросил я.
— А ты попробуй помешать! — заржал братец.
Нет, вы не думайте, Ник совсем не злой и даже по-своему любит меня, защищает от соседских мальчишек. Только ему очень нравится показывать свою силу и бахвалиться физическим превосходством. Он у нас первый боец в деревне, ни одна драка без него не обходится. Взрослые мужчины — и те его боятся, а уж со мной он может сделать все, что угодно. Плюнет — я в угол отлечу.
Ник посмотрел на меня, криво усмехнулся и легко, одним пальцем толкнул в угол. Чтобы под ногами не мешался. Вернее, это он подумал, что легко, а на самом деле вышло очень даже сильно. Я отскочил от него, как резиновый мячик от бетонный стены, и сильно приложился спиной об угол шкафа. Больно-то как! А Ник, не обращая на меня никакого внимания, занялся ловлей Крыса — залез почти весь под кровать и стал шуровать метлой, выгоняя его.
Ну, ладно, сам напросился. Я сосредоточился и проник к Нику в голову, а потом быстро стер из памяти все, что касалось последнего часа. Братец вылез из-под кровати и недоуменно уставился на меня. И еще на метлу, которую все еще держал в руках.
— Малыш, что я тут делаю? — удивленно спросил он.
— Тебе мать приказала подмести полы во всем доме, — соврал я, — вот ты и пришел, чтобы убраться. А потом головой о кровать сильно стукнулся, когда пыль выгребал. И, судя по всему, забыл обо всем…
— Тогда понятно, — кивнул Ник, — а то я никак в толк не возьму — почему сижу на полу и зачем мне метла?
— Чтобы пол подмести, — еще раз напомнил я, — причем во всем доме. Тебе мать так велела. А не сделаешь, она очень рассердится.
Надо ж было Ника хоть немного наказать за то, что он со мной сделал!
— А точно мать велела? — засомневался Ник. — Обычно у нас уборкой Дара занимается.
— Мама наказала тебя, — терпеливо пояснил я, — за то, что полез в печь и стащил хлеб. До того, как мы все сели обедать. И съел почти весь, в одиночку.
— Правда? — удивленно спросил Ник. — Что-то не припомню такого… Съел целый каравай, говоришь? А почему тогда в брюхе сытости не чувствуется?
— Здорово, ты, наверное, головой треснулся, — с сочувствием произнес я, — всю память отшибло. Было это, я тебе говорю. А то, что сытости не ощущаешь, так это понятно — мать тебя без обеда оставила. Мол, слопал весь каравай, вот и хватит тебе на день. В следующий раз будешь знать, как воровать!
Ник что-то недовольно пробурчал, но, кажется, поверил в мою версию. Он немного поводил метлой в комнате, разогнал по углам пыль, и пошел убираться дальше. А я с облегчением вздохнул.
Через некоторое время братец вообще ушел из дома — побежал с друзьями в расшибалочку играть. Я залез под кровать и позвал:
— Крыс, крысеныш, иди ко мне!
Мой друг, тихо пискнув, вылез из какой-то щели. Он весь дрожал от страха, его усики нервно дергались.
— Испугался, маленький, — погладил я его. — Ну, ничего, я тебя в обиду не дам! И съесть никому не позволю.
Потом я задумался. Ник может в любой момент повторить свою попытку, а я не всегда бываю дома. Как мне защитить звереныша? Братец ведь тупой, ему не объяснишь, что это не кусок мяса, а настоящий мой друг. Что же делать?