Развод с ректором. Попаданка в жену дракона (СИ)

Он вжал меня лопатками в дверь. Мне было жарко и страшно.
А потом он отстранился на полшага, оглядел меня и произнёс с пугающим спокойствием:
— Раздевайся. Или я сделаю это сам.
Я стояла, как вкопанная. Ноги налились свинцом, руки висели плетьми. Я не могла пошевелиться. Страх цепко держал меня на месте.
Терпение мужа подошло к концу. Я только открыла рот, чтобы сказать, что я — не Беатрис, и будь что будет… как он зарычал мне прямо в лицо:
  
— Заткнись, Беатрис. Иначе я тебя просто разорву. Я очень, очень зол. Я — на грани бешенства. Поздравляю, ты разбудила во мне дракона.
  
Глава 6
 
Муж опустил руки к моим плечам и резко и дергано начал стягивать рукава платья, скользя по коже. Я чувствовала, как пальцы его цепляют ткань, тянут вниз, обнажая предплечья.
Всё внутри меня кричало — остановись. Но голос застрял в горле.
Он развернул меня, грубо, как вещь, и начал дёргать шнуровку на спине платья.
Рывок. Второй.
Ткань затрещала.
Я зажмурилась.
Дышать стало нечем.
Раздался стук в дверь:
— Мой лорд, леди Элизабет зовёт вас, — донёсся приглушённый голос.
Муж замер, а потом снова зарычал. Самым натуральным, низким, звериным звуком, от которого у меня по коже пробежали мурашки.
А потом... уткнулся лицом мне в шею.
Я задрожала.
Всё тело будто сжалось в пружину. Я чувствовала его дыхание — горячее, раздражённое, и его губы у самой кожи.
Я боялась пошевелиться. Боялась даже вздохнуть. Казалось, стоит мне сделать хоть малейшее движение — хищник тут же кинется на меня, разорвёт, сожрёт, не оставив ни косточки.
Вид пробегающей по его коже чешуи и узкий зрачок в глазах заставил меня окончательно понять: передо мной не кто иной, как дракон.
Настоящий, огромный, властный… и очень, очень злой.
И почему, спрашивается, я не попала в тело жены оборотня-хомячка или, не знаю, белки?!
Почему именно в тело жены самого злющего и ненавидящего меня дракона?!
Стук повторился, чуть настойчивее.
— Лорд Дарклэй Тарвийский. Там… леди Элизабет…
Вот и познакомились, что называется.
Пальцы Дарклэя сжались на моей талии. А потом… он резко отстранился. Развернул меня к себе лицом.
Его взгляд был жгучим, как пламя. В нём всё ещё плясала ярость — и что-то дикое, неукрощённое.
Резким движением он отодвинул меня в сторону, но так, чтобы я не выбежала в открытую дверь. И пригвоздил к месту таким взглядом, что даже слов не понадобилось. Его ментальная команда прозвучала прямо в моём мозгу: стоять, не дышать, не шевелиться.
Он распахнул дверь… и взревел:
— Что с Лизи?!
— Мой лорд… всё очень, очень плохо, — голос за дверью дрогнул. — Мне жаль…
— Говори, — прорычал Дарклэй. Его плечи напряглись. — Что с ней?
— Леди Элизабет... у нее после визита целителя, — слуга сглотнул. — Случилась истерика. Она просит вас…
Я вжалась в стену. В голове вихрем закрутилось: кто такая Элизабет?
И почему он зовёт её просто Лизи? И тут же всплыло в памяти, что Дарклэй упоминал ребёнка.
Ужасное, холодное подозрение сжалось в груди.
Он что… поселил в этом доме любовницу?
И тут же пришла другая мысль. Я — жена. А если в этом доме живёт любовница с ребёнком, а меня при этом здесь едва не убили — то, может, весь мой перенос в это тело вовсе не случайность?
Что же получается… Именно эта самая Лизи может быть источником всех моих бед?
А тут ещё и тот самый попаданец-извращенец. Впервые возник серьёзный вопрос: а стоит ли мне сейчас признаваться? Или лучше пока просто разобраться, что к чему?
— Идём! — рявкнул муж слуге и решительно направился вперёд.
Казалось, он и правда на мгновение забыл обо мне. Но я уже поняла: Элизабет ему точно дорога. Я поправила платье, спрятала грудь в корсете, пригладила волосы.
Я хочу увидеть врага в лицо.
Хочу знать, что связывает Дарклэя с этой женщиной с ребёнком? И почему у той истерика?
Я выглянула из кабинета, а потом тихонько последовала за размашистым, торопливым шагом мужа и слуги, который спешил впереди него.
Я держалась на расстоянии примерно в пять метров.
Мы миновали первый этаж, поднялись по широкой лестнице, покрытой ковром на третий этаж.  Я всё так же шла следом, держась чуть позади, почти не дыша.  На повороте слуга вдруг исчез в боковом, узком коридоре.
А Дарклэй продолжал идти прямо, не оборачиваясь.
Он дошёл до двери в конце светлого коридора, остановился на секунду, а затем открыл её и, не колеблясь, скрылся за ней.
Я поспешила к двери. Полоска света под порогом явно указывала на то, что дверь до конца не закрыли. Я приблизилась. Прислушалась.
За дверью раздавался женский плач. А от её слов внутри у меня всё похолодело.
— Я потеряла ребёнка… — доносилось до меня. — Я потеряла из-за неё ребёнка, Лэй… наш маленький лорд Тарвийский не появится на свет… эта тварь убила-а-а… его.
  
Глава 7
 
Слова за дверью ударили, как пощёчина.
Эта Элизабет потеряла ребёнка… из-за Беатрис… а теперь и из-за меня.
Как бы мне ни хотелось не наследовать проблемы хозяйки этого тела, но, похоже, от них никуда не деться. Они только множатся, как ком. 
— Я хочу переговорить с лекарем, — послышался голос мужа. Я мысленно поддержала его.
Дельное предложение. Или… я просто хочу отсрочить неизбежное. Плату за то, чего я даже не совершала.
— Он ушёл.
— Вызову другого, — непримиримо вставил Дарклэй. — Этот был военным, мало ли, мог что-то напутать.
— Нет… Он всё сказал верно… — донёсся женский голос. — Прошу… накажи Беатрис… во имя… неродившегося лорда… Прошу-у-у...
У меня затряслись пальцы. Шок пронёсся по телу, словно ледяная волна. Я вцепилась в дверную раму, боясь упасть.
Это… это был конец. Муж не станет меня слушать. Оправданий он не примет. Он не верит мне. Стоит только открыть рот, как рычит так, что у меня поджилки трясутся и язык прилипает к небу.
Я сделала шаг назад, намереваясь сбежать, хотя сама не знала куда. И в этот момент услышала шаги в коридоре.
Тяжёлые. Уверенные.
Я обернулась — и застыла.
Ко мне шёл он. Тот самый попаданец, что понял, что я такая же как он.
В его глазах вспыхнул знакомый красный огонёк, и он смотрел прямо на меня, не мигая. А когда он мерзко растянул губы в предвкушающей улыбке вовсе стало дурно.
Я уже не слышала, что творится за дверью. Пульс зашкаливал.
Помощник мужа приближался, медленно, почти лениво, но в этом спокойствии было что-то ужасное. У меня ледяные мурашки бежали от этого отливающего красным взгляда.
И если вспомнить разъярённый взгляд дракона — тот пугал меньше.
Я развернулась и рванула прочь по коридору. И, к счастью, заметила в боковой нише узкую лестницу — видимо, по которым обычно ходят только слуги.
Повезло.
Я нырнула туда, почти спотыкаясь, и начала спешно спускаться. Один раз оступилась, чуть не растянулась на лестнице. Подол платья путался под ногами. Выскочила на первом этаже в какой-то коридор и, быстро приняв решение, бросилась влево, наугад.
Но стоило мне выйти в просторный холл, как я замерла.
Потому что внизу кто-то резко забарабанил в дверь. Так сильно, что удары эхом разносились по особняку. Слуги высыпали в холл. Дверь распахнулась.
— Срочное донесение с границы! От Аданата Верестрийского! — громко и зычно прокричал мужчина в военной форме.
Один слуга кинулся к лестнице. И уже через пару минут вниз спускался мой муж.
Я лишь украдкой выглядывала из коридорчика — и стала невольным свидетелем донесения.
— Генерал приказал немедленно сообщить лорду Тарвийскому, что в окрестностях зафиксировано движение Одержимых — в количестве трёх особей. Принять все меры.
  
Господи. Какие ещё Одержимые? Что это вообще за мир?
— Передайте генералу, что я справлюсь, — бросил Дарклэй. — Не стоит снимать воинов с границы.