Развод с ректором. Попаданка в жену дракона (СИ)

Я обняла его, уткнувшись лицом в его шею, чувствуя, как медленно угасает пламя, и остаётся только тепло. Его руки продолжали гладить мои волосы и спину.
— Я не отпущу, — повторил он уже шепотом. — Никогда.
  
Глава 40
 
Дарклэй распорядился насчёт горячего — и ужин оказался действительно вкусным.
Я с удовольствием доела всё, даже умудрилась удивить истинного аппетитом. Он всё это время не сводил с меня взгляда.
  
— Как прошли твои поиски? — спросила я, допивая ароматный, терпкий травяной чай.
Он не ответил сразу. Встал, обошёл стол, мягко подал мне руку. Я вложила ладонь в его, и мы вместе прошли к дивану. Но та расслабленность, что витала за столом, исчезла.
Мужчина сел рядом, опустил руки на колени и закрыл лицо ладонями. Растер его. Устало размял шею. Сколько дней он уже не спал?
Дарклэй протянул руку к очагу — огонь в камине вспыхнул. Другой жест притушил свет в гостиной. Стало уютно и тихо.
Я не мешала. Просто сидела рядом и слушала, как потрескивают поленья.
— Начну с того, что сегодня мне стало известно: война окончена, — сказал он наконец.
— Ох… Это ведь замечательная новость? Разве нет?
— Да, но лишь частично. Наша армия под предводительством Аданата Верестрийского закрыли проход в другой мир, но хаоситы остались среди нас. Ты и сама уже это поняла. Проверки будут длиться годами. А способность заражать у них высока. И у нас осталась только ты с даром видеть Одержимых.
— Осталась? А что, были и другие? — я напряглась.
— Да. Как оказалось, у супруги Аданата тоже был дар. Она — попаданка.
— Правда? — я подалась вперёд, заинтересованная.
— Думаю, ты с ней уже познакомилась. — Он посмотрел на меня и тепло улыбнулся.
— Когда?.. Постой… Это была кто-то из тех девушек, что спасли меня?
— Спасли?
— Ну да. На меня напала твоя фанатка, её подруга и ещё один паренёк. А потом вдруг появились две девчонки, и те втроём сразу испарились после того, как Тенебра огненной плетью показала им чего стоит. Я, честно говоря, уже приготовилась обратить их в пепел…
— Идиоты, — рыкнул Дарклэй. — Сможешь их нарисовать?
— Конечно. Но вернёмся к теме. Кто из них?
— Ирида. Она же Элена.
— Елена? — переспросила я и поправила его. — Так вот почему она удивилась, когда я перевела имя Тенебра с латыни… Вот это да. Как же тесен мир. Или… миры, — усмехнулась я, хлопнув в ладоши. — А Тенебра? Она тоже попаданка?
— Нет. Там всё куда сложнее. Именно Тенебра помогла перенестись Елене — и у неё был такой же дар, как у тебя. Но чтобы спасти Тенебру, ей пришлось отдать всю свою Тьму. Полностью наполнить её тело магией, чтобы Боги нашего мира запустили той сердце, и она смогла выжить.
— Ого… — только и выдохнула я.
— Да. И хотя война, по сути, завершилась — хаоситы всё ещё здесь. Твои способности будут крайне важны.
Мы замолчали.
— А как же твой брат? — тихо спросила я.
— Я не нашёл его. Словно канул в воду.
— Ты боишься, что его найдёт кто-то другой? И использует ваше заклинание для очистки от хаоса?
— Да. Война отняла у нас слишком много. У меня — почти всех. Остались мать и он.
— Мы найдём его. Я помогу, — сказала я и коснулась его сжатого кулака. Дарклэй потянулся ко мне и оставил на губах нежный поцелуй.  А когда тот закончился, меня осенило:
— Постой… а ведь Елена может рассказать мне как пользоваться моим даром, верно?
— Думаю, может. Но она всему училась сама, насколько я понял, — Дарклэй потер подбородок и устало посмотрел на меня. — У неё на это ушло много времени. А у нас его может не быть. Думаю, мы совместим твоё обучение. Попросим Елену рассказать подробнее о даре. А я всё буду контролировать. Завтра же свяжусь с Аданатом.
— Отлично, — улыбнулась я. — Так моя землячка, выходит, не училась в Академии?
— Нет. К сожалению, первая же проверка показала бы, что она — Одержимая.
— Но ведь это не так!
— Не так, — согласился Дарклэй. — Но полагаю, так проявляется факт переселения души в тело. Хаоситы, по сути, делают то же самое — занимают чужое тело, вытесняя душу. Поэтому она и не могла поступить. Но сейчас, когда всё стало известно мне, я устроил её на первый курс Академии без экзаменов. Елену — на целительство, а Тенебру — на боевой факультет.
— По блату? — усмехнулась я.
— Можно и так сказать.
— А я, выходит, поступлю в Академию только через постель, — фыркнула я, скорчив рожицу.
Дарклэй на мгновение опешил, а я не удержалась от смешка.
— Не подумай! У себя в университете я была отличницей и поступила сама. Да и интересно мне тут. Мир-то магический. Так что буду рада учиться.
Дарклэй покачал головой и одарил меня тихим, бархатистым смехом.
— Завтра навестим Аданата.
— А Елена и Аданат тоже истинные?
— Да. Но у них была сложная история. Он не сразу понял, кто она ему. Успел даже развестись, ради ложной истинной.  Хаоситы успели и в его жизнь влезть.
— Мда… А Тенебра?
— Она пара принца Империи, — усмехнулся Дарклэй. — Но…
— Но что-то не так?
— Не так. Там всё сложно, — вздохнул он и странно покосился на меня, когда я прыснула со смеха.
— Прости… Звучит просто как статус «ВКонтакте».
— Где?
— Да это… одна социальная сеть в моём мире, где общаются большое количество людей.
— Интересный у вас мир. Расскажи мне о нем.
А потом мы переместились в кровать, где я продолжила рассказывать о полностью безмагическом мире — о стране, где живут сильные духом и телом люди.
О том, что и у нас тоже было неспокойно. О машинах, о зданиях до небес, о космических кораблях и искусственном интеллекте. Я перескакивала с темы на тему, а Дарклэй слушал меня и молчал.
А потом я заметила, как его дыхание выровнялось, и он уснул.
Я убрала прядь волос с его лица, легко коснулась подбородка, погладила щеку. Пробежалась кончиками пальцем по его шраму на груди. А потом прижалась к нему, положила голову на плечо и прикрыла глаза.
  
Глава 41
 
Мы сидели в засаде.
— Ну что там? — шептала Елена, пытаясь что-нибудь рассмотреть сквозь густой кустарник. — Скоро уже?
— Не ясно. Он пока не один, — ответила Тенебра, не отрывая взгляда от наблюдаемого объекта. — С ним его друг.
— Он не Одержимый если что, — добавила я чуть тише, отвечая на невысказанный вопрос подруг.
Спустя неделю я уже точно могла об этом с уверенностью заявить. С того самого дня, как они впервые спасли меня… или, скорее, спасли тех троих идиотов от полного распыления мною — мы виделись и общались почти каждый день. Кстати, Дарклэй нашел тех придурков и выгнал их из Академии.
А что касается моего обучения, то тут вышла загвоздка. Елена рассказала мне о даре. О том, какой он — Дар Тьмы. Что это, скорее, инстинкт, почти живое желание. Стоит только по-настоящему захотеть — и Тьма откликнется, сделает то, что нужно. Сожжёт дотла. Или изгонит прочь хаос.
Такое объяснение Дарклэю, как учёному, который потратил половину жизни на войну, а другую половину на обучение и исследования — было просто непостижимо. Для него магия должна была выражаться в сложных формулах, в трудновыводимых глифах, в ритуалах, рунах, в прочих усложнениях. Он не принимал спонтанность и суть дара, потому что для него магия всегда была подчинена логике и структуре.
Испытать мою магию полностью тоже не представлялось возможным. Палить по манекенам я научилась. Но, поскольку манекены не обладали осколками Хаоса, то они просто сгорали.
Не знаю, сколько бы это ещё продолжалось — моё бессмысленное обучение. Основы магии я выучила. Основы ее применения тоже. Всё это — да, полезно. Но ничто не помогало мне освоить главное — Тьму. И тогда, когда мы втроём остались одни, мы посовещались и решили, что  нам нужен Одержимый — подопытный.  Кроме того, стоило только мне оступиться, охнуть или просто стереть пот со лба, Дарклэй прекращал уроки, давал время на отдых, даже если мне оно не было нужно. Учиться у истинного ужасно, а у истинного дракона еще хуже. Все больше я видела в глазах Дарклэя, что тот желает закрыть меня в своей башне в Академии и не выпускать.