Развод с ректором. Попаданка в жену дракона (СИ)

Лорд наконец выбрался из кареты полностью. Он облокотился на свою трость, усмехнулся нехорошо, и заговорил с мягкой насмешкой:
— Я не понял… ты меня не слышишь, девочка?
И тут меня пронзило догадка. Этому «лорду» не понравилось мое неподчинение. Неповиновение с моей стороны выглядело… странно. Наверняка у Одержимых есть своя иерархия. И этот тип, судя по всему, находился на её вершине. А значит, я должна была подчиниться. Но я — не одна из них. Пусть я и подселенка, но я душа другого мира.
  
— Хорошо… — он прищурился. — Я разберусь с тобой.
Вот и пошли угрозы.
Он не понимал, почему я, «Одержимая», не подчиняюсь ему.
— Убрать свидетеля, — спокойно бросил он, и пятеро громил рванули на Вильяма.
— Нет! — закричала я, увидев, как он встал между мной и врагами, и в ладонях его вспыхнул огонь. Он защищал меня.
Но их было пятеро. Пятеро! Я вжалась лопатками в кованый забор, обступающий парк, сердце грохотало в груди.
— Беги! — прокричал Вильям.
Куда?! Эти твари догонят. Они же как псы. Господи, я ведь попаданка. У меня… у меня же есть магия. У меня кольцо, которое должно защитить. Только для этого нужна угроза.
Было страшно. До дрожи. До трясущихся пальцев.
Началась драка. Все происходило так быстро, что я не успевала следить.
Но вот… один урод сделал подсечку со спины Вильяму, уронил его на брусчатку. Другой Одержимый перехватил его руку, третий ударил ногой прямо в челюсть.
— НЕТ! — закричала я и метнулась вперёд.
Я прыгнула сверху на одного из Одержимых. Он скинул меня, я рухнула на мостовую. Воздух вышибло из лёгких.
Кольцо сработало. Мою кожу защитило светящимся коконом, и я снова поползла туда, где собирались добить Вильяма.
Его лицо было разбито, кровь стекала по щеке. Они его убьют, сейчас, прямо тут. И всё из-за меня.
И в этот момент я уже не думала — что я, кто я. Я просто хотела, чтобы они сдохли. Чтобы отпустили Вильяма.
Я вытянула руки. И в тот момент злость и сила, кипящая во мне, слились в одно. Я выпустила свой черный огонь.
Я не стала сопротивляться.
Один из гадов упал и начал орать, сгорая тут же.
Я подползла к Вильяму, а другая сволочь уже тянулась к его запястью — собиралась заразить. Я завопила что было сил. Меня хотели перехватить, но обожглись о защиту. Я же развернулась, положила руки на плечи напавшего, и, глядя ему прямо в глаза, прошипела:
— Прочь!
Он не закричал. Только выпучил глаза. Изо рта и глаз у него потекла чёрная слизь на мостовую и тот рухнул.
Подползла к Вильяму и дотронулась до ноги другого Одержимого, который хотел его укусить. Тот рухнул на колени, изо рта его хлынула чернота. И тот потерял сознание. Только вот я хотела, чтобы эти сволочи корчились в муках. Не могла понять, отчего мой дар действовал так по-разному. Одного он сжёг дотла, остальных — просто вырубал.
Осталось двое Одержимых и лорд. Они больше не могли ко мне подойти. Я сидела рядом с Вильямом, и мой кокон пылал вокруг нас — огонь, защищающий, не тронул его. Он оберегал его так же, как меня.
Лорд, наблюдавший всё это, вытащил клинок. Его лицо перекосилось.
— Если ты сейчас не встанешь и не пойдёшь со мной, — сказал он глухо, — я просто воткну этот меч ему в грудь.
Лицо главного Одержимого было перекошено в ярости.  А еще он явно пытался понять. Как так? Одержимая, такая же, как он, а сопротивляется.
А потом в его взгляде… возник еще больший интерес. Тот оскалился в улыбке. Меня передернуло, потому что во рту у того были не зубы, а частокол острых игл.
Блеск в глазах был жадный, опасный. Похоже, эти похотливые твари чувствовали мою душу, как сладость. Искушение. Приманку.
И на меня можно выманивать этих тварей, этих гадов.
Только вот мне стало по-настоящему страшно — он ведь мог вот-вот вонзить этот клинок в тело Вильяма. И когда я уже практически отчаялась, когда сердце ухнуло в пятки, вдруг…
  
Глава 28
 
Раздался рык. Громкий, звериный. Он разнёсся над нами, и я резко подняла голову.
И увидела.
Прямо в полёте, в воздухе, человек превращался в дракона, а затем снова в человека — уже в момент приземления. Сердце обожгло догадкой и узнаванием. Дарклэй. Это был он. 
В этот самый миг я впервые была искренне рада его увидеть. Дарклэй, весь во всполохах магии, с яростью, присущей только дракону, расправился с двумя наёмниками в пару движений. А тот лорд… будь он неладен… струсил. Прыгнул в карету, захлопнул дверцу, и та со стуком и лязгом умчалась за угол. 
Но я запомнила его лицо. До деталей. Я ведь хорошо рисую — смогу воссоздать его портрет, если потребуется.
Вот только как теперь сказать Дарклэю, что это были не просто наёмники… а Одержимыми?
Он стоял надо мной, тяжело дыша. В его глазах плясал лихорадочный огонь, желтый, обжигающий. Он смотрел на меня не мигая, и я не видела в этом взгляде человека.
Там был зверь.
Зверь, неотделимый от него.
Он протянул мне руку. В другой — всё ещё сжимал клинок. Камзол распахнут, белая рубашка вся в крови. Он точно ранен. Я вложила свою руку в его ладонь. Он резко дёрнул меня к себе, прижал.
Щекой уткнулся в макушку. С губ сорвался тяжёлый, звериный выдох. Я замерла. Испугалась. Спину защекотало, как от опасности. 
— Вильям... Вильям ранен. — зачастила я, едва справляясь с дыханием. — Я боюсь, он может… умереть…
То, что происходило между мной и Дарклэем, в этот момент было вне моего понимания.
А потом… бедро обожгло болью. Сильной, неожиданной. Но там ведь только рубец. Ожог. Почему так болит? Я стиснула зубы, пытаясь не выть. 
Дарклэй провёл пальцами по моему кольцу — огненный кокон, защищавший меня, погас.
Он тут же склонился на одно колено возле Вильяма, приложил два пальца к его шее. Проверил пульс. Осмотрел, пробормотал что-то, видимо, наложил диагностическое заклинание.
А потом стал произносить другие заклинания, переплетая их с движениями рук над телом Вильяма. Я надеялась… всем сердцем надеялась, что это заклинания обезболивания и лечения.
Потом Дарклэй встал. Взял Вильяма на руки. Перед этим… он передал мне своё оружие.
Господи. Оно было таким тяжелым.
Тут к нам подбежали полицейские. Кто-то из очевидцев, видимо, вызвал их. И вдруг… Дарклэй начал отдавать им приказы.
Короткие, рубленые, точные команды звучали так уверенно, что у меня чуть не отвисла челюсть.
И — о, боги.
Они его слушались.
Словно он и вправду — капитан полиции. А может… и не «словно». А и правда.
Он был невероятен.
Сдержанный, властный. Его строгость не была жестокой — она исходила из опыта и силы.
Он произносил приказы с такой выверенной холодностью, что я невольно распрямила спину и открыла рот, не в силах отвести взгляд.
— Всех — в казематы. Для последующего допроса, — чётко произнёс Дарклэй, не повышая голоса.
Полицейские подчинились.
А потом Дарклэй обернулся ко мне.
Словно не прошло и секунды с того момента, как он командовал пятью полицейскими.
— Не отставай. Здесь недалеко живёт целитель. — бросил он.
Мы побежали.
И правда, за углом оказался особняк. Дарклэй магическим жестом разблокировал калитку. Мы вбежали на крыльцо.
В это же мгновение распахнулась дверь. На пороге стоял дворецкий.
— Позови господина Брасса. Срочно.
— Да, конечно, лорд. — слуга исчез в глубине дома, но прежде указал, куда отнести Вильяма.
Рядом с кабинетом целителя была приёмная. Дарклэй уложил Вильяма на кушетку. Скоро пришёл господин Брасс — пожилой мужчинами с серыми глазами.  Без слов он взялся за дело.
Он занялся лечением, начал работать над ранами. А меня Дарклэй взял за руку и, не говоря ни слова, вывел в сторону кабинета. Там он плотно закрыл за нами дверь. 
  
Я замерла, словно мышь перед удавом. Сердце стучало.
— Рассказывай. — сказал он глухо.
  
Глава 29
 
А я… я не знала, с чего начинать.