Полубояринов 1 (СИ)

Ладно, с обороной от внешнего противника как-нибудь разберусь. Я все-таки профессиональный военный, кое-чему обученный. И неважно, что артиллерист, основам тактики и стратегии боевых действий в космосе и на поверхности планет обучен. К тому же, у меня имеется собственная армия, хоть и небольшая, но вполне профессиональная. В этом я смог убедиться во время недавнего прорыва иной реальности на берегу Оки.
  
Чёрт побери! Как же мало я еще знаю об этом мире!
Мой неслышный для стороннего уха диалог с нейросетью был расценен водителем так, будто «барин отдыхать изволят». Заботливый Петя, дабы мне не мешать, даже музыку, льющуюся из динамиков приглушил.
Пока я вел разговоры с Клэр, «Каравелла» успела покинуть Москву и уже подъезжала к Внуково. На этот раз, я все-таки пощадил Васильева и решил существенно сократить время пути. До Гороховца доберемся через портал внепространственного перехода, а там до дома останется всего полсотни километров. Где-то к обеду будем в Коринфино — так официально именуется мое поместье под Павловым.
Честно говоря, Коринфино мне не нравится. Как-то странно звучит для уха коренного россиянина. Такое впечатление, будто русифицировали название Древнегреческой провинции, да как-то топорно-кондово. Но тут уж, как ни крути, не мной названо, не мне и переименовывать. Хотя Полубояриново, на мой взгляд, было бы куда более уместно. Хе-хе-хе!
Из Гороховца до родных мест долетели с ветерком минут за сорок. Благо, дорога широкая гладкая, маги земли постарались. а накрывший столицу дождевой фронт еще не успел добраться до этих мест и основательно испоганить настроение. Солнечно, тепло, сухо. Лепота! Даст какой-нибудь бог и не доберется до этих мест столичная слякоть. Я совершенно не против перехода летнего сезона в продолжительное бабье лето. К тому же, крестьяне еще не весь урожай вывезли с полей. В садах ветки яблонь, слив и зимних сортов груш аж гнутся под тяжестью плодов.
Поместье ожидаемо встретило нас массовой суетой и, на первый взгляд, хаотичной беготней особенно представительниц прекрасной половины человечества. Сам вчера связался с управляющим Степановым Антоном Викторовичем и предупредил о завтрашнем своем прибытии.
Впрочем, суматоха довольно быстро улеглась. Разволновавшихся дам и прочих гражданских гвардейцы довольно оперативно препроводили на широкое крыльцо, а сами выстроились перед домом ровным строем в три шеренги. Все при параде на рукаве у каждого знак принадлежности роду в виде буквы «К» в обрамлении снопов пшеничных колосьев. Бойцов навскидку около двух сотен. Остальные, по всей видимости, при делах или в отпусках.
Стоило нам с Петром выйти из салона авто, ко мне строевым шагом подошел Ивашов Андрей Тарасович командир гвардии рода и четко поставленным голосом отчеканил:
— Ваше Сиятельство, вверенный мне боевой контингент за исключением занятых по делам службы для торжественной встречи нового главы рода построен! Изволите принять парад?
М-да, как все-таки ситуация меняет людей. Раньше этот заносчивый индюк меня в упор не замечал. Теперь честь отдает, еще и лыбу старательно демонстрирует, будто родного человека встретил, которого не видел много лет. Я, конечно, его понимаю. Кем я был до отъезда и кем стал теперь? К тому же, лучшего места, чем это отставному майору от инфантерии не сыскать. Работа, по сути, не бей лежачего, а зарплата вполне достойная. К тому же, насколько мне известно, всё от того же Петьки Васильева, Ивашов вояка опытный, не в одной зачистке осколков бок о бок с Рыцарями Порога принимал участие и с подчиненными отношения у него ровные. Майор хоть и требователен, но не самодур, бойцы его очень даже уважают. Так что, человек, что называется, на своем месте. Так пусть там и остается, если, конечно, пожелает.
— Отставить! — Громко скомандовал я и добавил более мягким тоном: — Не стоит шагистикой заниматься, Андрей Тарасович. Сообщите личному составу, что в плане несения службы все пока остается по-прежнему. Сами понимаете, мне нужно принять дела. При этом хочу сразу вам сказать, что материальное обеспечение гвардии для нашего рода задача первостепенная. Вы же отвечаете за моральное состояние и боевой дух бойцов. А еще, всем свободным от несения службы в обязательном порядке присутствовать на поминальном пиру.
— Как вам будет угодно, господин майор. — И повернувшись к строю, скомандовал: — Вольно! Разойтись! Насчет поминок все слышали? — На слова командира народ отреагировал довольным гулом. — Хочу лишь предупредить всех вас насчет употребления алкоголя. Неудержимых и буянов ждет гауптвахта.
Обращение ко мне как к офицеру Российской Армии не стало для меня неожиданным, поскольку по своему статусу военнообязанного я теперь общевойсковой майор и в случае объявления какой-нибудь чрезвычайной ситуации обязан явиться в точку сбора не менее чем с двумя третями своего наемного войска и, разумеется, в военной форме. Подобные ситуации хоть и нечасто, но случаются. К тому же, на балы родовитым дворянам принято появляться одетыми по-военному, дабы не перепутали ненароком с каким купчишкой или статским чиновником.
Ну коли принято, значит, в самое ближайшее время мне придется озаботиться решением и этого вопроса. Не приведи боги, ударить лицом в грязь перед местным бомондом, а еще хуже, опростоволоситься перед региональным военным командованием, если на сборы призовут.
Как только бойцы удалились, двор поместья заполонила гражданская часть его обитателей. Тут и весь поварской состав во главе с Любовью Прокопьевной Синицыной, и прислуга под предводительством управляющего Степанова Антона Викторовича, и главный оружейник Нифонтов Кирилл Валерианович со всей своей производственной командой аж в полсотни человек, хранитель знаний Коржов Василий Захарович и еще много-много тех, кого я раньше в глаза не видел и с которыми мне еще предстоит познакомиться.
Встретили меня вполне доброжелательно. Барышни наряжены в самые лучшие свои одежды, мужчины в строгих костюмах классического покроя. По древнерусскому обычаю преподнесли хлеб-соль и чарку водки.
Напиток выпил залпом, затем отщипнул кусочек от каравая, украшенного косичками и всякими прочими финтифлюшками, макнул в солонку и с удовольствием умял, поскольку с дороги изрядно проголодался.
И тут я осознал, что среди встречающих отсутствует целитель четвертого ранга госпожа Владимирская. Обратившись к Степанову спросил:
— Антон Викторович, не подскажете, где в настоящий момент Анастасия Петровна?
На что тот с грустью в голосе ответил:
— Ваше Сиятельство, два дня как покинула поместье наша целительница. Всех болезных излечила и отправилась в свое родовое имение под Калугой к батюшке с матушкой.
Жаль, конечно, но, как говорится, насильно мил не будешь. Насколько мне известно, род Владимирских напрямую с Коринфскими не связан. Тем не менее, Альмансор Фаттахович был сильно привязан к Настеньке. И мне хотелось, чтобы девушка задержалась в имении. Только не подумайте, что дело исключительно в её сексуальной привлекательности.
Оно, конечно, приятно, когда рядом красивая дама. А еще приятнее, когда она к тебе благоволит. Но я не обольщаюсь. Ну было у нас с ней разок, но потом Владимирская напрочь игнорировала все мои попытки сближения для продолжения близких отношений.
Но в данный момент меня интересует вовсе не физиологический аспект, а кое что другое более прагматичное. Насколько мне известно, Анастасия Петровна вполне справлялась с лекарскими обязанностями в одиночку. То есть своим отъездом взбалмошная барышня подложила мне знатную «свинью». Не без основания опасаюсь, что целителя хотя бы не столь высокого ранга будет тяжело заманить в поместье. Как уже упоминалось выше, специалисты в данной области даже с более скромными способностями здесь на дороге не валяются. Их ценят, холят и лелеют. А без доктора, сами понимаете, как без рук. Придется послать запрос в Коллегию. Может, кого и пришлют.
  
Торжественная встреча плавно перешла в поминальный пир в соответствии с местными традициями. Для этого в парковой зоне в тени деревьев были заранее сколочены длинные дощатые столы и скамьи, чтобы всем обитателям поместья хватило места. Благо Любовь Прокопьевна Синицына еще вчера была предупреждена о моем скором приезде. Похоже, всю ночь не спала бедняжка со всем вверенным ей поварским контингентом. Благодаря стараниям этой доброй женщины, столы ломились от яств и выпивки.